Читать книгу - "Похождения Вечного Принца - Михаил Ефимович Литвак"

развиваются. Так и тут. Все-таки квалифицированный специалист зарабатывает больше неквалифицированного. А если ему не удается получать соответствующее вознаграждение, то его квалификация начинает падать.

В конце января мы с Золушкой поехали к ее матери, которая жила в маленьком городке соседней области и уже около года вдовствовала. Была она уже очень больной, но встретила нас радушно. Впрочем, ей помогала сестра Золушки и ее племянница, которые жили в этом же городе. Сестра Золушки была еще мягче Золушки. Находилась в полном подчинении у своей свекрови, неграмотной, алчной женщины. Да и муж ее алкоголизировался и зарабатывал меньше ее. Тем не менее сестре Золушки и в голову не приходило сделать что-то радикальное, чтобы изменить свой статус. Тут я понял, что любовь Золушки ко мне и ее преданность меньше всего связаны с моими достоинствами, а больше с ее натурой. Стало немного грустно. (Вот о таких женщинах и мечтают некоторые американцы, которые хотят жениться на русских женщинах, а им попадаются международные авантюристки русской национальности. А наша русская женщина уже где-то у кого-то находится в рабстве. В свободном плавании таких женщин и в России найти практически невозможно. – М.Л.)

В маленьких городках я никогда не жил и с нравами этими знаком не был. Я понял, что попал на смотрины. То и дело к теще стали заходить ее приятельницы, рассматривали меня. Некоторые пытались делать вид какой-то беседы. А некоторые просто приходили в комнату, где был я, садились против меня смотрели на меня некоторое время, а потом уходили, не сказав ни слова. Насколько я понял, оценили они меня достаточно высоко.

Золушка, как человек добросовестный, много внимания уделяла учебе, а мне благ от нее доставалось все меньше и меньше. (Если бы мировоззрение и установки Вечного Принца были проще, то Золушка не поступала бы в мединститут. Устроилась бы на работу медсестры, а дома полностью принадлежала бы ему. Но как же так. Его жена не будет иметь высшего образования! А Золушка, может быть, и права. Не исключено, что если бы она не поступила в мединститут, он бы на ней не женился. Вот как идиотские социальные установки портят людей, которые организуют свою жизнь по этим установкам и тех, кто с ними связывается. – М.Л.)

Наступил мой первый гражданский отпуск. Пошел я в отпуск в июне 1968 года. Перед отпуском, где-то в апреле, у нас была беседа с Профессором. Он сказал, что планирует начать широкомасштабное исследование микроэлементов в физиологических жидкостях психически больных, предложил нам подключиться к этой работе. Вот я этим и занимался. По этой теме Артист уже защитил кандидатскую диссертацию. И вообще эта тема была диссертабельна. Но он защитил по одному заболеванию. Я же защищался бы по-другому. Диссертация как таковая уже была написана. Мне нужно было бы только подставить другие цифры и другое название болезни.

Однако индивидуально тем никому не давали. Мы сжигали кровь, мочу и спинномозговую жидкость практически всех психически больных. Кроме меня, этим еще занимались и Мыслитель, и Звездная сестра, и Аккуратистка. Хотя больше всего этому уделяли внимание я и Мыслитель. Сейчас опишу, как это делалось. Вначале выпаривались в платиновом тигле физиологические жидкости. Затем порошок помещался в угольные электроды, в которых высверливались специальные емкости. Затем все это сжигалось на спектрографе, и получались спектрограммы. Затем шло фотометрирование, при помощи которого узнавали, сколько микроэлементов в этих жидкостях. Вера моя в учителей была безмерна. Наука как таковая, как я потом уже позднее понял, меня не интересовала. Я хотел как можно быстрее стать кандидатом наук, и все делал, как они говорили. Более того, я даже не познакомился с литературой, думая, что нужно быстрее набрать материал, а потом поехать в Москву в центральные библиотеки, познакомиться с литературой, и диссертация через года два-три у тебя будет в кармане.

Позднее я понял, что так примерно и делается большинство кандидатских, да и докторских диссертаций, которые потом лежат на полках и создают информационный шум, мешая найти нужные работы. То же самое делается в большинстве научных сборников. Лишь бы были публикации, без которых нельзя выходить на защиту. Губятся лучшие годы. Большинство диссертантов, кто осознанно, кто неосознанно, понимают, что их диссертации никому не нужны, кроме них самих. Далее этот же материал используется для написания статей еще несколько лет. Так выполняется план научных работ.

Тем не менее в процессе работы по механизмам психологической защиты многие диссертанты убеждают самих себя, что делают очень важное дело. При зрелом размышлении, может быть, и нужен этот мрак, чтобы яркие звездочки были заметны? Но то, что мне приходилось видеть, наводило меня на печальные мысли. Хоть бы была у нас одна диссертация. А то ведь потом нужно еще и докторскую защитить, а это уже получается где-то к 45 годам. Пыл начинает слабеть. Более того, многие защитившиеся и потом себя обманывают. Продолжают себя считать выдающимися учеными, а наличие диссертации делает их особо гонористыми. Как же, со степенью!

Так вот, и я был заражен этой ерундой. Впрочем, сам факт работы над диссертацией приводит к приобретению навыков исследователя, и потом человек успевает сделать много полезного. У нас есть много продвинутых ученых, которым хватило сил и на написание диссертаций и на занятия наукой. Но сколько людей с высоким интеллектом и слабыми эмоциями были выполоты из науки этой системой. Сколько кандидатов и докторов наук после защиты почти ничего не написали. Докторам наук было проще, особенно, если становились заведующими кафедрами. Они подписывались под всеми работами своих учеников, и при отчетах им всегда было что показать. Тем более, что их фамилии в этих работах всегда стояли какими вы думаете? Правильно – первыми! Довольно часто большие ученые часто не имели организаторских способностей. Администраторами становились бестолковые в научном плане люди. А если таким еще удавалось и становиться ректорами, то такие вузы планомерно избавлялись от творческих работников и потихоньку деградировали. Не знаю, что и сказать молодым талантливым людям, которым я предлагал заняться наукой. Они приводили массу примеров и доводов, что этим заниматься не стоит, по крайней мере, в научных учреждениях, и крыть мне было нечем. (Не принимайте близко к сердцу комментарий Вечного Принца. Не совсем он вышел из невроза. Конечно, отдельные случаи бывают, как говорили в годы застоя, но не так все запущено, как это кажется Вечному Принцу. – М.Л.)

Первый ребенок

Когда я пошел в отпуск, то продолжал ходить на работу и сжигать физиологические жидкости, и, хотя был вытяжной