Читать книгу - "Властелин Атласа - Колин Фалконер"

конца, будто это никогда не прекратится. Сейчас это случается все чаще. Я очень боюсь за ее жизнь. Вы — чародей. Вы можете ей помочь.

— Я сделаю все, что в моих силах. Сначала я должен ее осмотреть.

— Вы имеете в виду, прикоснуться к ней? Конечно, нет. Она женщина.

— Как я могу выяснить, что с ней, если я не могу…

— Это запрещено! В ней джинн, который ее мучает. Это все, что вам нужно знать. У вас есть какое-нибудь колдовство, чтобы изгнать джинна?

Джордж посмотрел на Гарри.

— Ты понимаешь, в чем дело? — спросил Гарри.

— Невозможно узнать, если я ее не увижу. Похоже на эпилепсию, но я не могу быть уверен.

— Ты можешь ему помочь?

— Думаю, у меня в аптечке есть немного бромида, который может помочь. Он может остановить припадки, если это то, что ее беспокоит.

— Что ж, ты должен что-то сделать.

— У тебя поразительный талант говорить очевидные вещи. — Он повернулся к Амастану. — У меня есть лекарство, которое я могу ей дать. Оно не сможет изгнать джинна полностью, но может сделать духа менее беспокойным. Хотя было бы лучше, если бы я мог…

— Вы не можете. Разве вы не слышали, что я сказал? Она моя сестра.

— Что ж, я посмотрю, какие у меня есть лекарства. Я могу принести их вам сам, позже, и объяснить, как лучше их давать.

— Очень хорошо. Если вы сможете это сделать, то, возможно, я пересмотрю вопрос о вашей оплате. — Они повернулись, чтобы уйти. — Что вы сделали со своими руками, капитан?

— Я упал.

— Вам следует быть осторожнее. Может, не стоит выходить по ночам. При дневном свете дорогу видно лучше.

Гарри не мог сказать, улыбнулся ли тот, из-за шейша, закрывавшего его лицо. Но он подозревал, что Амастан только что пошутил за его счет.

— Что ж, — сказал Джордж, когда они следовали за стражниками обратно в свои покои, — это было неожиданно.

20.

Это была другая комната, не та, где они впервые встретились с Властелином Атласа. Не такая суровая; стены и потолок были украшены резьбой по кедру, а розовые вышивки и искусная рукодельная отделка мебели придавали ей почти женский вид. В окнах стояли цветные стекла, а вдоль стен располагались яркие диваны. В комнате доминировал огромный ковер, бордово-красный, не похожий на местные берберские ковры в его орлином гнезде, — такой, как представлял себе Джордж, можно было найти на базарах в Тунисе, Алжире или Фесе.

Несколько ставен были распахнуты, открывая вид на плоские крыши медины, что спускались по склону горы, словно лестница из глинобитного кирпича. Горный массив, белый и четкий, простирался вдоль всего северного горизонта.

Сначала Джорджу показалось, что комната пуста, но затем из темного угла, словно тень от ветра, словно призрак, шагнул каид. Джордж надеялся, что для этой встречи он обойдется без шейша, но тот был одет так же, как и при их первой встрече, в черную джеллабу и платок.

Амастан подошел и сел на диван у окна. Молча он пригласил Джорджа присоединиться к нему.

Двое рабов принесли чай, пока Амастан возлежал на подушках, наблюдая за ними и следя за тем, чтобы церемония была соблюдена должным образом. На подносе стоял медный чайник, сахарница, несколько крошечных чашек и стаканов и несколько серебряных ложек.

Один из рабов взял горсть зеленого чая и положил в чайник, добавил несколько чайных ложек сахара, а затем кипяток. Они дали напитку настояться несколько минут, налили полстакана чая и выплеснули его из окна. Это, как знал Гарри, должно было удалить любые яды, например медь, которые могли использоваться для окраски чая. Затем раб налил еще полстакана и выпил, как показалось Гарри, довольно шумно и с энтузиазмом, чтобы показать, что чай не отравлен ни тем, кто его готовил, ни хозяином.

Наконец Джорджу в одном из крошечных медных стаканчиков подали чай. Он был похож на зеленый сироп и слишком сладок на его вкус, но он знал, что этикет требует выпить по меньшей мере три чашки, если он не хочет обидеть хозяина.

Он ждал, когда Амастан пригубит из своей чашки, чтобы увидеть его лицо, но чай, казалось, был лишь формальностью. Амастан и не пытался снять шейш.

Принесли инжир и грецкие орехи. Наконец можно было перейти к делу.

— У вас есть волшебный эликсир? — спросил он.

Джордж достал из кармана бутылочку и поставил ее на низкий медный столик между ними вместе с маленькой металлической ложечкой.

— Это не волшебство, — сказал Джордж. — Это называется бромид калия. Ее мучает не злой дух, а то, что мы называем эпилепсией. По крайней мере, я так думаю; не видя ее, я не могу быть уверен. Вы должны давать ей одну ложку этого лекарства каждый день, не больше.

Амастан уставился на бутылочку на столе и кивнул.

— Это изгонит джинна?

— В некоторых случаях это уменьшает тяжесть и частоту припадков.

— Хорошо. Благодарю вас. Если это ей поможет, я вас вознагражу.

— Вознаградите нас?

— Возможно, я удвою ваше вознаграждение, когда контракт будет выполнен. Пятьсот фунтов серебром.

Что ж, это уже кое-что. Джордж смотрел на него. Такие пронзительные глаза, и тем более поразительные, когда остальная часть его лица скрыта. От них по спине пробежал холодок.

Амастан продолжал смотреть в окно, словно его терзали какие-то тяжкие думы.

— Я могу еще чем-нибудь вам помочь? — спросил Джордж.

— Вы можете рассказать мне о своем друге.

— О Гарри? Что вы хотите знать?

— Вы его хорошо знаете?

— Я знаю его с тех пор, как мы были школьниками в Англии.

— Он хороший человек?

— Хороший человек… По каким меркам судят о человеке?

— В нем есть отвага? Честь? Верность?

— Что ж, отваги ему точно не занимать. Он был удостоен высшей награды за храбрость, которую наша страна может дать солдату, за его действия в местечке под названием Тель-эль-Кебир. Его артиллерийское подразделение оказалось под ударом кавалерийской атаки, и им было приказано отступить. Когда они прицепляли орудия к лошадям, командир был тяжело ранен. Он был ранен сюда. — Джордж указал на внутреннюю сторону своего бедра. — Остальные артиллеристы запаниковали и собирались его бросить, но Гарри остался с ним, пытался остановить кровотечение. Трое вражеских всадников