Читать книгу - "После «Украины» - Валерий Михайлович Коровин"

Все последующие годы, от момента провозглашения Новороссии до начала СВО события на этом пространстве развивались так, как они и были описаны с самого начала: последовательно, шаг за шагом, с элементами агрессии, крови, жертв, но это, к сожалению, неизбежный фактор истории. Ибо история бескровно не делается. А то, что возникает бескровно, представляет собой в основном симулякр, который рассыпается при первом столкновении с какими-либо реальными проблемами. Примером такого дармового, бескровного образования стала постсоветская Украина, за которую никто из её новых, постсоветских элит, ничего не заплатил. Нужно взглянуть на происходящие в Новороссии процессы с точки зрения исторических высот, укрупненно, стратегически, учитывая все возможные жертвы, и бояться этого не стоит. Да, потери – это неприятно и сложно для восприятия, особенно с позиции бытового сознания, но в то же время они же являются источником исторической мотивации, движущей силой истории.

Сейчас всё идёт поэтапно. Прошли референдумы, на которых была обозначена субъектность республик и новых регионов Новороссии, а электорат – это во всех типах демократических государств и есть высшая инстанция. Волеизъявление народа – это то, что лежит в основе любых юридических, нормативных документов, любой демократической легальности. В дальнейшем хорошо было бы начать диалог о разделе территории бывшей Украины с местными националистами, дать им надежду, предложить иной сценарий вместо тотальной войны на взаимное уничтожение, но, к сожалению, этого уже не было сделано, выбран был именно второй сценарий – война на уничтожение. Хотя и на нынешнем этапе предложить националистическому сегменту перспективный проект с чётко определёнными границами, отделяющими националистов от олигархов во власти, которыми националисты, кстати, тоже тяготятся, было бы вполне уместно и эффективно.

Американцы, не имеющие, в отличие от англичан, колониального опыта, совершенно не знают, как обращаться с народами, с этносами. Именно поэтому и в отношении полиэтничного пространства бывшей Украины они действуют технологично и очень грубо, не понимая и не учитывая нюансов, особенностей, специфики. Их подход везде прост и одинаков: «Это что там за свиньи, сейчас мы быстро их научим американскую демократию любить». Американцы воспринимают пространство Украины почти так же, как отцы-основатели Америки, а именно – как пустое пространство. Там, где не живут европейцы, англосаксы и американцы, там никто не живёт. Как индейцев они не принимали за людей, так не считают за людей жителей бывшей Украины, но пока «украинцы» (граждане Украины) это поймут, от них ничего не останется. Поэтому чем быстрее мысль о высокомерии американцев, ставящих украинцев в ничто, будет донесена до самих украинцев, чем быстрее будет принят факт неизбежности распада Украины, тем более бескровно пройдёт раздел сферы интересов, тем более гармоничным и спокойным это пространство будет в дальнейшем.

При добровольном и осмысленном разделе Западенщина имела все шансы войти в состав ЕС, Малороссия – пространство от Збрутча до Днепра – стать буферной зоной, а Новороссия – естественной и неотъемлемой частью русского мира. С одной стороны, будет Русский мир, с другой стороны, – Европа, а между ними – прослойка Украины-Малороссии, предохраняющая Европу и Россию от большой войны. Всё это было вполне возможно, если бы ситуация развивалась логично, геополитически верно и естественно для жителей этого разнородного пространства, несколько десятилетий по недоразумению именовавшегося Украиной. Всё это было бы возможно, если бы не вмешательство англосаксов. Сегодня же остаётся лишь пожелать мужества русскому народу и другим народам Новороссии, а также исторического, масштабного мышления нашим лидерам для того, чтобы завершить этот драматичный процесс, начатый не нами. Именно нам предстоит его закончить.

Ценности Новороссии

[Идеологические вехи Новой России]

Прежде чем начать говорить о ценностных основах Новороссии, не лишним было бы напомнить, что представляет собойценность как философский концепт. Собственно, ценность в этом смысле обозначает явление, – в нашем случае, содержательное, ментальное, – весьма значимое в жизни общества, народа, этноса, иных социальных групп. Есть и индивидуальные ценности, бытовые, но они нас в данном контексте не интересуют. В первую же очередь нам важно описать ценности русского народа, как органической общности (лаос), проживающей на пространстве Новороссии. То есть то, что представляется для русских как благо, и на основании представлений о чём они выстраивают свою жизнь, формируют своё бытие – всё то, что являет собой аксиологическую основу русского общества. Здесь нужно сразу пояснить, что аксиология – это философская дисциплина, исследующая ценности, иерархию ценностного мира, его онтологический (изначально бытийный) статус, способы его познания, специфику ценностных суждений. Всё это является основой формирования любого общества и может иметь как естественный, органический характер, так и искусственный, рукотворно созданный, или, как в случае с Украиной, придуманный, сконструированный и навязанный. Нас же интересуют в данном случае позитивные ценности Новороссии, то есть созидательные, а не негативные и разрушительные, коими являются для Новороссии ценности политического украинства (впрочем, столь же разрушительными они являются и для остальной части бывшей Украины). Западная, выхолощенная, кастрированная материализмом философия и социологическая наука сводят ценности к сугубо материальным и бытовым вещам. Нас же, напротив, интересует уровень онтологический, духовный, метафизический, ментальный и культурный.

Русские ценности основаны на Традиции, базирующейся в свою очередь на категории Вечности (а не времени). Хайдеггер связывал ценности с вопросом бытия, которое и оказывается их основанием. Русское бытие подразумевает суммированный, синхронический опыт всех периодов существования ушедших, настоящих и вытекающих из него будущих поколений русского народа, а его ценности складываются как соборные идеалы и, как следствие, нравственные цели. Как совершенно верно замечал Хайдеггер, ценности – это не столько то, к чему стремятся, сколько то, с чем считаются. Из ценностей предыдущих поколений складываются ценностные основания и цели народа, как коллективной идентичности, в текущий период, то есть из коллективного прошлого складывается коллективное, органическое настоящее. Это и есть отличительная черта народа (лаос). Если эти ценностные основы размываются или трансформируются до неузнаваемости, народ перестаёт существовать, а на его месте складывается что-то другое – искусственная политическая нация или гражданское общество атомарных индивидуумов, в каждом из которых эта базовая идентичность затухает, всё больше превращая индивидуума из человека в биологическую машину. Народ же – это коллективные идеалы, уходящие корнями в соборное прошлое, и только тот, кто сохраняет их в себе, оставаясь их носителем, остаётся частью своего народа. Коллективная идентичность народа – это то, в чём личная свобода (freedom, «свобода для…» чего-то: для свершения, для реализации своей воли[57]) и судьба народа совпадают.

Выстраивая ценностную основу Новороссии, следует исходить из того, что этот политический проект создаётся на месте регионов бывшей Украины, освобождённых не только от политического присутствия проекта «Украина», его