Читать книгу - "Маоисты в Индии. Сборник переводов о движении наксалитов - Хобб"

фермах? Они придерживаются классовой линии: сначала бедные крестьяне, потом остальные. Выращивают ли овощи для собственного потребления крестьян или они продаются на рынке? Планировалось продать часть урожая на базаре, но так как базары были перемещены в военные лагеря, то это теперь невозможно. Так что, возможно, придётся отказаться от овощей в пользу выращивания зерна.

‹…›

РНК в Думнаре (Маад) распределил 817,5 кг падди в пользу 109 человек в 10 деревнях в 2009 г.

В том же РНК в ходе сезона дождей были дополнительно распределены 243 кг падди. Они также передали 622,5 кг РНК в Ведаметте в 2009 г.

Сколько существует таких ферм под управлением РНК? К сожалению, я не смог получить точных цифр, но в последние два года такие фермы организуются в каждой деревне и в каждом районном РНК. Это означает, что их довольно много. Как мне сказали, в Мааде у каждого РНК есть по крайней мере одна такая кооперативная ферма, в некоторых случаях даже больше. Те, которые я видел, были примерами успеха, но, разумеется, были ведь и неудачи? Мне ответили, что ни одна из кооперативных ферм не была неудачей. Но я думаю, что через несколько лет мы узнаем точно, сохранятся ли существующие сейчас темпы кооперативного движения. В любом случае, в контексте продовольственной безопасности такие фермы сыграют очень важную роль. Также я обратил внимание, что некоторые члены партии обсуждали бедность почвы в Бастаре и необходимость удобрений, аммиака, мочевины и цинка, для её улучшения. Они решали такие вопросы перед лицом надвигающегося урагана войны. Возможно, ускорение развития сельского хозяйства поможет им в случае ожидаемого недостатка продовольствия.

Разговор о насильственном перемещении и захвате земли и о роли партии в борьбе со всём этим заставил меня поднять неизбежный вопрос, ведь минералы и в самом деле надо как-то использовать, и основанная на переработке минералов промышленность должна развиваться, поэтому, выступая против захвата земли корпорациями, не выступают ли они против индустриализации как таковой?

Именно поэтому, ответил Раджу, вскоре мы сформулируем нашу собственную программу развития горнодобывающей промышленности.

Какими будут её основные пункты?

Подожди, пока она будет опубликована, но одно очевидно, что низкие выплаты роялти в размере примерно 10—50 рупий за метрическую тонну, в зависимости от качества железной руды, это слишком мало, когда международная цена за тонну железной руды превысила 10 тыс. рупий за метрическую тонну. Он сослался на брошюру, выпущенную в Чхаттисгархе, где обращалось внимание на недостатки односторонней политики правительства, которая выгодна иностранным и крупным корпорациям. Цитируя её, он сказал, что компания NMDC поставляет железную руду в Японию со своих шахт в Байладилье по цене 400 рупий за метрическую тонну. В то время как местные производители были вынуждены одно время покупать железную руду за 5,8 тыс. рупий за тонну, но потом цена была снижена, когда профсоюз рабочих машиностроительных предприятий и партия «Фронт освобождения Чхаттисгарха» надавили на владельцев фабрик, убедив их в том, что вместо выжимания денег из рабочих путём понижения зарплаты им следовало бы лоббировать правительство в связи с дискриминационной политикой, согласно которой для них выставляют огромные цены на железную руду, одновременно позволяя продавать шахты по бросовым ценам мультинациональным корпорациям (МНК).

По словам Раджу, партия твёрдо выступает против передачи шахт в аренду МНК, которые экспортируют минералы, не позволяя использовать их местной промышленности. Они также считают, сказал он, что горнодобывающая промышленность должна строго регулироваться и ограничиваться.

Как насчёт преимуществ массового производства, сбережения энергии, восстановления земли после горных разработок…

Он сказал, что на все эти вопросы будет дан ответ, и что наша партия не против местной промышленности.

Когда я спросил его, означает ли это, что шахты будут переданы в аренду частным владельцам, и если это будет так, то какими будут критерии и какова гарантия того, что не будет эксплуатации.

По этим вопросам, как с улыбкой ответил Раджу, мне следует проявить терпение и подождать.

Пока я жду, тем не менее, отмечу, что важно, что партия считает нужным публично изложить свою версию развития горнодобывающей промышленности. Более того, они, по-видимому, уже подробно рассмотрели этот вопрос. Как сказал Раджу, партия не выступает против индустриализации как таковой, но она решительно против крупной промышленности. Также они считают, что следует отдавать предпочтение отраслям промышленности, основанным на переработке лесных продуктов, таких как амла (индийский крыжовник), бамбук и древесина.

‹…›

Как мне сообщили, в южной Дантеваде один РНК заработал 5 лакхов рупий на торговле рыбой. Это может означать, что другие РНК тоже могут получать доходы, в большей или меньшей степени. В районном РНК, в котором я был, доходы от рыболовства составляли менее лакха рупий. По-видимому, уровень доходов неравномерно распределён в Дандакаранье, но, несомненно, у РНК доходы есть. Их размер может зависеть от доступа к внешним рынкам. Из-за войны и ограничений, введённых государством на вход и выход из партизанской зоны, многие товары, которые в противном случае бы поступили на базары и принесли бы доход, потребляются внутри. Это обстоятельство может оказывать влияние на доходы РНК и районных РНК.

Кроме того, мне рассказали, что РНК рассматривает вопрос об открытии завода по производству бумаги для собственных нужд, так как её покупка и транспортировка стали проблемой. Бамбука и воды в этом регионе достаточно. Они могут обойтись без отбеливателя или по крайней мере использовать только его необходимый минимум, и единственной проблемой остаётся отсутствие электричества. Если они получат энергию при помощи устройства микроГЭС, что не так сложно и для этого имеется соответствующая техника или точнее технический опыт, то они смогут решить эту проблему. Изобретательность, деловая хватка и амбиции РНК действительно производят впечатление.

Красная звезда над Индией[46]

Ян Мюрдаль[47]

Мы сильно устали, но чай, которым нам подали, был очень горячим. Он разбудил меня. Когда я осушил свою первую чашку, я увидел группу людей, выходящих из джунглей по другой тропе. Они сели рядом с нами. Было трудно как следует разглядеть их лица в мерцающем свете. Они спросили о дороге, была ли она трудной для меня. Потом они спросили о ситуации в Европе. Я постарался забыть о своей усталости, ноющих коленях и спине, и сказать что-то вразумительное как об углубляющемся экономическом и политическом кризисе, так и массовом движении против