Читать книгу - "Маоисты в Индии. Сборник переводов о движении наксалитов - Хобб"

юстиции после расследования выяснил, что их ограбили и убили, и преступники затем распространили слух, что торговцев убили дикие животные. Обвиняемые предстали перед народным судом, где присутствовали 1,5 тысячи человек, из которых 115 составляли члены семьи погибших. Они требовали казнить обвиняемых. После долгих препирательств порешили остановиться на компенсации в 60 бычков, 40 коз, 15 свиней, 20 кур и 10 канди риса (один канди составляет 40 кг). Впрочем, потом всё это было заменено денежной компенсацией в 80 тыс. рупий, кости убитых были вручены семьям и захоронены. Я спросил, почему так мягко обошлись с обвиняемыми. Мне ответили, что 80 тыс. рупий — это огромная сумма для лесных районов, кроме того, размер компенсации устанавливается по классовому признаку. Так, богатый крестьянин должен был заплатить 20 тыс., средний 15 тыс. и бедный 10 тысяч. Кроме того, как они сказали, конституция РНК из принципа запрещает кровную месть.

В статье 5 говорится, что «народные суды будут работать, исходя из принципа справедливого судебного разбирательства на основе классовой линии и линии масс[42]. Отдел юстиции будет разбирать споры между людьми с целью повышения их честности. Обычно он не прибегает к наказанию. Когда он судит землевладельцев, полицейских, членов парамилитарных организаций, военных, агентов полиции, заговорщиков, вредителей, обманщиков, бандитов, воров, анархистов[43] и прочих, он изолирует их и наказывает их соответственно, включая конфискацию собственности. Он следует принципу увеличения роли народа в предотвращении преступлений. Смертная казнь применяется к тем, кто уличён в контрреволюционных преступлениях. Перед приведением смертного приговора в исполнение местное народное правительство должно получить разрешение от вышестоящих органов. За исключением контрреволюционных преступлений, осуждённые за убийство, покушение на убийство, изнасилование, информаторство и другие такие вещи будут посланы в трудовые лагеря. В этих лагерях они будут принуждены к труду. Их будут обучать революционной идеологии и они будут исправлены. Отдел юстиции будет способствовать развитию народной судебной системы, вынося вердикты по спорным вопросам, преступлениям и заговорам. Он также будет учитывать при вынесении вердикта существующие народные традиции».

В другом пункте той же статьи говорится, что «в каждом случае судьи должны голосовать и вердикт должен выноситься в соответствии с мнением большинства. Возможно вынесение вердикта при незначительном большинстве. Но в серьёзных случаях вердикт должен собрать большинство в две трети. Председатель отдела юстиции или судья, который председательствует на процессе, оглашает вердикт. Они также должны дать соответствующее объяснение».

Таким образом, что бы ни говорили критики, которые верят, что маоисты убивают направо и налево, смертная казнь применяется только к тем, кто осуждён за «контрреволюционные преступления» и запрещается во всех остальных случаях. Что подразумевается под «контрреволюционными преступлениями»? Как я понял, речь идёт о таких страшных преступлениях, как помощь силам безопасности в организации нападения, в результате которого есть погибшие — это может повлечь за собой смертную казнь. Она применяется не к каждому информатору или даже каждому убийце. Как мне говорили, смертная казнь применяется редко и предваряется несколькими предупреждениями. Даже в этом случае, по крайней мере так говорится в конституции, смертный приговор должен быть одобрен вышестоящей инстанцией, вплоть до уровня штата или зонального РНК. Это нужно для того, чтобы предотвратить возможные злоупотребления. ‹…›

Когда я посетил Бастар, мне сообщили, что РНК начали эксперимент с кооперацией сельского хозяйства. Это шаг в направлении укрепления того, что они называют «народной экономикой». Следует помнить, что народная война — это не только военные действия. В сущности, это на 80 % не связанная с военными действиями работа. Маоисты рассматривают производственную деятельность, которой занимается милиция, или сбор лесных продуктов милицией как часть их тактической контрнаступательной кампании, потому что это помогает как обеспечить продуктами членов милиции, так и покрыть нужды армии. Поэтому производство является неотъемлемой частью народной войны. Это нужно понимать, иначе мы не поймём разницы между народной войной и милитаризацией, которую проводит государство.

Как разъясняется выше, народная война означает также мобилизацию ресурсов и организацию социального обеспечения типа образования, здравоохранения, распределения продовольствия и одежды среди людей, сталкивающихся с репрессиями и голодом. РНК распределяют семена и выдают кредиты крестьянам и даже в ходе самых жестоких репрессий они проводили аграрную реформу. Я помню статью в приложении к People’s March[44] в номере за июль 2007 г., где рассказывалось, как в блоке Бхаимгарх дистрикта Дантевада штата Чхаттисгарх, который был одним из главных центров террора Салва Джудум, 768 акров земли адиваси и не-адиваси были конфискованы и распределены РНК. Это было в деревнях Такилоде, Сатхва, Дхарма, Белнар, Пусал, Нирум, Пидиакот, Поллевайа, Пала, Коданка, Паркелли, Маркапал, Оорсапара и Оотхия. Поэтому уверенность партии в том, что народ с ними, проистекает из того факта, что те, чьи жизни изменились благодаря реформам, предпринятым РНК, останутся на их стороне, организуются и будут бороться. Эта уверенность опирается на тот факт, что пять лет террора Салвы Джудум в деревнях Бастара не ослабили, а укрепили маоистское движение. В этом контексте их постоянное стремление укрепить «народную экономику» привело их к введению кооперации в Дандакаранье, что на уровень выше в смысле развития, чем распределение земли, совместная работа и т. п.

Земля, которая принадлежала РНК, была расчищена крестьянами по инициативе РНК. Её обработали крестьяне, выделившие для этого время, и затем они распределили урожай между собой. Эта кооперативная ферма была экспериментом, направленным на утверждение кооперативного сельского хозяйства, в котором существует коллективная собственность на землю через РНК. Её обрабатывают жители деревни и делят между собой урожай. Впервые такая система была применена в Мааде около двух лет назад. Первое, что бросилось мне в глаза, были зелёные стручковые перцы. Примерно 25 % земли, где выращивают овощи, заняты перцем. Красный и зелёный перец поедают в больших количествах. Они также посадили анис, чеснок, баклажан, разные сорта тыквы, окру, цветную капусту, бананы, кукурузу, шпинат, помидоры, тыквенное дерево. Я спросил, сколько труда на это потребовалось. Расчистка земли заняла один день, в ней приняли участие 28 жителей деревни. Из каждого домохозяйства в деревне пришло по одному человеку сажать семена, по два человека приходили каждый восьмой день на полив. Каждый день два человека сторожили поле от диких животных.

Нарсимха, другой специалист районного РНК по сельскому хозяйству, показал мне поле, где высевают падди[45]. Оно занимало полтора акра. Рис уже созрел и он сказал, что через несколько дней жители деревни придут собирать урожай. По его словам, это сделает их в какой-то степени независимыми и сократит необходимость полагаться на базары за пределами деревни. Кроме того, он сказал, что во время нужды РНК должен обеспечивать людей продовольствием. Как распределяются продукты на таких