Читать книгу - "Леннон и Маккартни. История дружбы и соперничества - Иан Лесли"

кричать: „Открывай!“ Пол так и не ответил, так что Джон перелез через забор и забарабанил в дверь. Тогда они начали орать друг на друга. Джон вопил, что Джордж и Ринго специально приехали в город, а Пол даже не удосужился сообщить, что не придет на сессию…»

В конце апреля Клейн предложил The Beatles составить официальное соглашение, дающее ему статус менеджера группы. Седьмого мая битлы встретились, – в сопровождении адвокатов – чтобы обсудить предложение Клейна. В принципе они все были согласны, обсуждали только поправки и уточнения. Несколько дней юрист Apple крутился как белка в колесе и наконец добыл подписи от Джорджа, Джона и Ринго. Пол отказался подписывать. Теперь требовались лишь ратифицировать соглашение у совета директоров, куда The Beatles входили в полном составе. Девятого мая во второй половине дня они собрались на Olympic Studios в Барнсе, на юго-западе Лондона, где встретились с Глином Джонсом – тот уже некоторое время пытался сделать альбом из треков, записанных в январе. Встреча перетекла в бесконечные споры между Маккартни и остальными по поводу контракта с Клейном. Клейн настаивал, что соглашение нужно подписать сегодня же, чтобы он поставил в известность совет директоров. Маккартни не высказывал прямых возражений против кандидатуры Клейна, однако не хотел, чтобы группа соглашалась на предложенные им двадцать процентов комиссии. Он также настаивал, что нет нужды принимать решение прямо сейчас. В 1990‐х годах он так будет вспоминать эти прения: «Остальные мне говорят: „Подпиши контракт, пускай отнесет его совету директоров“. Я говорю: „Сейчас вечер пятницы. Он не работает по субботам. И вообще Аллен Клейн – сам себе закон: он ни перед каким советом не отчитывается. Так что не переживайте, в понедельник соберемся и спокойно все сделаем. Давайте сейчас лучше сессию. Меня вам не уговорить – и не пытайтесь“».

Воистину, Маккартни не любил, – терпеть не мог, – когда ему указывают.

«Они мне: „Ты тянешь время“. А я им: „Да нет, я о нас с вами забочусь. Мы – большое дело. (Я точно помню, что так и сказал: „The Beatles – большое дело“.) Обойдется пятнадцатью процентами“. Но почему-то (мне кажется, он им всем мозги промыл) они ответили: „Нет, надо дать двадцать. Подписывай – сейчас или никогда“. Я и сказал: „Так, все. Сегодня я петь не буду“».

Возражения Маккартни – и относительно оплаты услуг, и относительно искусственного дедлайна, который поставил им Клейн, – кажутся справедливыми: именно The Beatles обладали в тех переговорах самым большим весом. Однако Леннон упорно добивался, чтобы все сделали так, как хочет он – лидер коллектива. Маккартни один раз уже попадал в такое положение – в Ливерпуле: тогда он, новенький и невписывающийся, отказывался подчиняться власти Леннона. Однако сейчас положение было отчаянное. Впоследствии Пол назовет день девятого мая 1969 года днем, когда единству в группе навсегда пришел конец. Остальные хотели поскорее покончить с делом и решили поставить точку сами, без подписи Маккартни. Около восьми часов вечера Джон, Джордж и Аспиналл – с позиции директоров Apple – ратифицировали договор. Напоследок обменявшись с Полом злопыхательными репликами, они ретировались. Пол в одиночестве бродил по Olympic Studios, злой и несчастный, пока наконец не увидел знакомое лицо – рок-музыканта из Америки Стива Миллера. Пол обрадовался: у него появилась возможность прибегнуть к тому средству, к которому он всегда прибегал, когда жизнь катилась под откос, – с головой уйти в музыку. Он сел за ударные и неистово сыграл барабанную партию в песне Миллера My Dark Hour.

* * *

В апреле и мае конфликт лишь усугубился, а музыку делали с еще бóльшим остервенением. Едва ли не самый причудливый пример того, как Джон и Пол фактически жили двойной жизнью, – сессия, состоявшаяся в «Эбби-роуд» 30 апреля: записывали You Know My Name (Look Up the Number). Больше всего трек напоминает шутку для своих: это смесь радиокомедии в стиле The Goons и последних достижений авангарда. Джон и Пол начали работать над ней еще в 1967 году, однако дело застопорилось; вернулись они к песне только сейчас (Джордж и Ринго не участвовали). Особенно остро дуализм их отношений, музыкальных и деловых, чувствуется в песне Пола You Never Give Me Your Money, которую группа записала на Olympic Studios за три дня до катастрофы девятого мая: вечерняя сессия длилась долго, закончилась около четырех утра, и позднее время записи угадывается в конечном продукте.

И название, и трехчастная структура – все в этой песне так же странно и неоднозначно, как и в любой композиции The Beatles. Вступительная секция умудряется сделать финансовые и юридические разногласия делом частным, эмоциональным: этого прекрасно добивается нежный, печальный вокал Пола Маккартни, наложенный на его чуткую фортепианную линию и на сочувственную гитару Харрисона. Следующая секция, резвая, в стиле хонки-тонка, является нам словно глоток свободы. Текст едва ли не теряет смысл, однако в своей разухабистой абстрактности прекрасно передает пьянящее чувство свободы, когда бросил учебу, отказался от работы в офисе и выбрал рок-н-ролл. Затем музыка замедляется, и Пол Маккартни поет о том, как это волшебно, когда некуда идти. Эмоции здесь чрезвычайно глубоки и многогранны: и дерзость, и оптимизм, и тоска – все сразу. Третья секция (one sweet dream) – это и мечта о The Beatles, и мечта освободиться от них. И, когда гитары сходятся в поединке, а вокал превращается в скандирование, песня подходит к концу: мы возвращаемся туда, куда часто приводят песни Пола и Джона, – в детство, а затем теряемся в авангардистском коллаже. Воистину, они побывали на небесах, пускай им и пришлось спуститься с них.

* * *

Первую половину лета накрыли новые дурацкие бумажки: Клейн сделал попытку вывести The Beatles из-под контроля NEMS. И фильм, и альбом Get Back он поставил на паузу. Джон и Йоко уехали из Британии в Монреаль – поближе к Североамериканскому молодежному протесту (в США их не пускали: еще в 1968 году Леннон был признан виновным во владении запрещенными веществами). Там они снова дали интервью мировой прессе из постели. Записали сингл под названием Give Peace a Chance и выпустили его под именем Plastic Ono Band. воистину, Леннону удавались слоганы. К концу июня они приостановили протестную компанию и устроили себе отпуск. Леннон повез Йоко, Джулиана и Кёко по местам своего детства: на приморский курорт в Уэльсе, потом в Ливерпуль, а потом и в Шотландию. Всю дорогу проделали на машине. В Шотландии остановились в Хайленде, в глухой деревушке Дернесс, где Джон провел когда-то самые счастливые каникулы в жизни.

Супруги Маккартни отдыхали во Франции и Греции. Вернувшись, Пол позвонил Джорджу Мартину и спросил, не хочет ли тот спродюсировать новый альбом. Спешил Маккартни отчасти из коммерческих соображений: Клейн сообщил The Beatles, что для укрепления позиции в переговорах с EMI нужно продемонстрировать, что группа остается игроком на музыкальном рынке. Каждый из них был одинаково способен отказаться сотрудничать – однако непреходящая тяга делать