Читать книгу - "Наследник темной звезды. Том IX - Василий Груздев"

было задумано — новый виток истории, новые декорации. Изменился и состав присутствующих.

Если раньше сюда пускали исключительно Сильных, то теперь ложи ломились от аристократов всех рангов, пестревших собственными гербами. Все затаили дыхание в ожидании этого судьбоносного момента. Как же! Впервые на памяти жителей Империи меняется её правитель.

Тут тоже приходилось импровизировать. Стандартной церемонии возведения императора не существовало. Раньше смена правителя проходила для обычных людей незаметно. Да что там! Большинство аристократов не замечали подмены: только самые близкие к короне роды улавливали, что интонации голоса правителя изменились, а недавние разговоры забылись.

Случалось это редко — старые императоры правили больше сотни лет, некоторые — более двухсот… В связи с этим церемонию придумали с нуля. На трон Алекса должны были возводить десять сильнейших аристократических родов. Те присягали ему на верность, называя первым среди равных. Никакого вассалитета — просто достойнейший из прочих.

Представители этих родов получали особые привилегии и входили в Малый совет, способный принимать важные решения. Надо ли удивляться, что в число избранных входили ближайшие сподвижники нового императора? Пять из них — самые близкие: Рональд Соверен, Ричард Шекли, Канг Де Хён, Элис Фиц, Квентин Барли, и ещё якобы оппозиционеры, среди которых затесался Майкл Игнис.

По факту эти пятеро тоже поддерживали императора, просто играли роль громоотвода. Слишком много им обещали за эту поддержку, чтобы они отказались. А по-настоящему непреклонных противников в этот зал не подпустили бы и на пушечный выстрел.

Без капельки мистицизма тоже не обошлось. Решив, что ходившие о нём слухи надо поставить себе на службу, Алекс сам, с помощью Линды, запустил неофициальные: о том, что душа императора не умирает, а переходит к наследнику. Не уточняя, правда, что наследник может вовсе не быть потомком.

Таковы якобы верования его рода. Традиция, пришедшая из тьмы веков. Сказка, кстати, не сильно отличающаяся от правды. Разница лишь в том, что для обычных людей это будет просто чудным аристократическим заскоком, а на деле ничего не поменяется. Культ продолжит выполнять свою функцию под обновлённым «брендом».

Бёрн представил их как «Хранителей трона» — особый орден, задача которого хранить традиции и защищать душу и тело императора. По сути же у культа просто появилась внешняя оболочка, позволяющая действовать официально на публике. В том числе на них повесили церемониал.

Особенно загадочно выглядела Лайя. Девушка была закутана в мешковатую мантию, скрывающую лицо. Чёрно-золотые одежды, обувь на огромной платформе, чтобы компенсировать рост, и слишком высокий для столь хрупкого создания голос.

— Подданные Империи! — голос Лайи разнёсся под сводами. — Сегодня мы собрались, чтобы возвести на трон достойнейшего. Того, кто поведёт нас сквозь тьму. Того, кто станет нашим щитом и мечом.

Они стояли в центре зала. Алекс — в старомодном чёрном костюме, с плащом. Рядом Рамона: строгое тёмное платье и отрепетированно величественное выражение лица. Снаружи монолит, внутри паника. Теперь уже ему приходилось подбадривать свою жену через эмпатический канал.

Вокруг них, замерев, стоял десяток виднейших аристократов. Лайя повернулась к первому из них.

— Князья-гаранты Короны, вам слово, — торжественно воскликнула она, и крайний из них заговорил.

— Дом Фицджеральд! Признаёт Алекса Моркштерна достойным титула императора! Клянёмся всячески поддерживать и защищать правящую династию.

Лайя повернулась к следующему.

— Дом Бронс! Признаёт Алекса Моркштерна достойным титула императора! Клянёмся всячески поддерживать и защищать правящую династию.

— Род Канг! Признаёт…

И далее все десять человек расписывались в своей верности, а заодно и получали права, которых не было у других аристократов Империи. Скреплённые узами, они становились рядом с правителем, чтобы помогать ему управлять… Быть подле при любых неурядицах. Казалось, что они сами только что дошли до этой мысли, осознали важность момента. Каждый следующий оратор невольно поднимал градус торжественности.

Напряжение нарастало, Алекс чувствовал это благодаря Джой. Говорили они, но в центре стоял он. Взгляды присутствующих сходились на его фигуре и больше не могли оторваться, пойманные в ловушку его «ауры». Когда Лайя повернулась к Бёрну, она не сказала ни слова — он всё сделал сам. Слова его в воцарившейся тишине звучали словно раскаты грома.

— Я, Алекс Моркштерн, клянусь защищать Империю от внешних врагов — флотом и оружием. От внутренних — законом и правдой. Клянусь стоять за каждый мир, каждую колонию, каждого гражданина. Пока я дышу — Империя будет стоять. Вместе мы входим в новую эру, когда год от года границы будут шириться, а угрозы забудутся. Встаньте рядом со мной и помогите мне вернуть величие человеческой Империи!

Аура правителя пылала как никогда и заставляла людей верить и следовать за ним. Вставали даже те, кто не думал этого делать. Удар эмоций был столь силён, что Рамона перекрыла канал полностью.

— Да здравствует Император! — прогремел зал.

— Да здравствует Император!

Под рёв толпы Лайя взяла чёрную корону со стоявшего рядом пьедестала и водрузила ему на голову. Толпа ревела, а Алекс наконец-то расслабился. Ничего особенного — просто первый его день на троне Империи. Повернувшись к Рамоне, он протянул ей руку, и та взяла её. Она больше не боялась. Стояла рядом, улыбаясь во всю ширь.

А дальше началась самая скучная часть этого вечера. Приём в честь коронации растянулся на много часов. Бесполезное времяпрепровождение. Теперь, когда всё состоялось, Алекса эти улыбки, рукопожатия и разговоры ни о чём весьма раздражали. В Империи кризис, а он вынужден доигрывать роль…

Была бы его воля, он уже отправился бы на станцию. Ситуация ведь только ухудшается. Теперь не так стремительно, как прежде, однако чем позже они возьмутся за эту проблему, тем тяжелее её будет решить. Красные порталы продолжают наращивать мощь. Репликанты с каждым днём всё сильнее, а в маршрутах начали появляться странные аномалии…

Но и бросить гостей так просто нельзя. Благо, не ему одному приходилось отдуваться. Если Рамона в этом плане ему импонировала, то Беатрис, напротив, ловила кайф от происходящего. Аж зрачки расширены от переизбытка удовольствия. Не дали поучаствовать в церемонии — так она теперь здесь отрывалась. За словом в карман не лезла, беседы поддерживала на любые темы.

Причём одинаково легко — о погоде и биржевых котировках. Вот что делает хорошее образование и жёсткое аристократическое воспитание. За это Алекс был ей крайне благодарен и бессовестно использовал в качестве щита — натравливал на особо занудных собеседников.

Единственное, кого не хватало, — Эрики. Жаль, но рыжая совсем стала нетранспортабельна. Пришлось оставить её в поместье под присмотром врачей… Стоило об этом подумать, как к нему, молодому императору, подскочил один из слуг. На лице — смесь радости и испуга.

— Ваше величество, — поклонился он. — Пришло сообщение… госпожа Эрика родила. С ребёнком всё в порядке, она