Читать книгу - "Пропавшие без вести. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга 2 - Алексей Ракитин"

следах. Специальный агент Конрой прямо указал на то, что в сложившейся обстановке передавать деньги без надёжной гарантии того, что ребёнок жив и будет возвращён, нельзя — Мюррей Левин реально мог повторить ошибку Чарльза Линдберга, отдавшего в 1932 году выкуп за своего маленького сына и не получившего его обратно.

По итогам совещания Директор ФБР Гувер постановил следующее: а) не допустить передачу денег Мюрреем Левиным без получения гарантий того, что ребёнок жив и находится в руках получателя; б) сотрудникам Бюро надлежит предотвратить передачу денег таким образом, чтобы отвести от Мюррея Левина любые подозрения в его плотных контактах с ФБР; в) негласно зафиксировать всех, находящихся в районе передачи денег, но задержаний не производить; г) осуществить селекцию всех зафиксированных лиц методами оперативной разработки и идентифицировать того, кто явился за выкупом. Поскольку объём работы в ближайшие дни грозил увеличиться неимоверно, Гувер санкционировал увеличение группы Конроя в два раза [до 30 человек]. Поскольку нью-йоркское управление ФБР не могло одномоментно перебросить в Нью-Рошель ещё 15 оперативных сотрудников, директор Бюро пообещал, что в течение суток прибудет усиление из других региональных подразделений.

На следующий день 8 марта раввин Авраам Новак дал интервью газете «New York Journal-American», в котором обратился к людям, удерживавшим похищенного мальчика, с заверением в полной конфиденциальности любых попыток вступить с ним — раввином Новаком — в контакт. Священник на разные лады повторил несколько раз, что ждёт от них доброй вести и верит в скорое возвращение Питера.

Преступник, несомненно, прочитал интервью и уже утром 9 марта позвонил в синагогу. Раввин, с некоторых пор взявший за правило лично снимать телефонную трубку, выслушал от обладателя знакомого хриплого голоса очередную короткую инструкцию о том, где надлежит искать новое сообщение. Бросив все дела, он побежал к небольшому кедру, росшему возле стены синагоги, и снял с его ветки небольшой конверт, привязанный шёлковым шнурком. Внутри находилась детальная инструкция, описывавшая порядок передачи денег Мюрреем Левиным вечером 9 марта, причём особо подчёркивалось, что речь идёт о последней возможной дате и после этого никаких переговоров с отцом похищенного мальчика не будет. То есть либо сегодня 30 тыс.$ будут переданы, либо…

Крайне возбуждённый и даже впавший в экзальтацию Авраам Новак помчался к Мюррею Левину.

В этом месте, возможно, требуется пояснить, почему ФБР не пыталось поймать или хотя бы отследить того, кто использовал прилегающую к синагоге «Бет-эль» территорию в качестве площадки для своих тайников. Казалось бы, что может быть проще — рассадить дюжину агентов с биноклями на подходе к синагоге и на её чердаке и взять с поличным того, кто станет закапывать что-то под камнем на газоне или вешать на веточку кедра! Но сотрудники ФБР рассуждали иначе… Они знали, что подобное задержание серьёзных судебных перспектив не имеет, ибо храм является общедоступным местом. Серьёзный состав преступления возникает не в момент закладки письма с требованием денег — такое требование можно объяснить банальной шуткой, которую почему-то потерпевший понял неправильно! — а в момент получения денег. Вот тут уже ссылку на шутку судья не поймёт…

Федеральное Бюро расследований дорожило каналом связи с похитителем, точнее, предполагаемым похитителем, через раввина Новака и компрометировать последнего не желало. Сам же священник не понимал, что все его телодвижения ФБР видит и никакой тайны его «конфиденциальные» контакты с преступником не представляют. В каком-то смысле раввина можно уподобить бабочке, помещённой под перевёрнутый стакан — сама бабочка могла считать, что рядом никого нет и она в полной безопасности, но глядящий со стороны видел все её движения. ФБР создавало иллюзию приватности, усыпляя бдительность раввина и его vis-a-vis, но это была именно иллюзия.

Как бы там ни было, днём 9 марта в доме адвоката Левина вскипели страсти — Мюррей был настроен вернуть сына сегодня либо уже никогда и для этого собирался лично отправиться на переговоры с тем, кто явится за деньгами. Раввин предлагал обратиться к услугам Филипа Грабеля, адвокат отказался и весьма здраво указал на то, что само по себе привлечение посредника представляется абсурдным… Для чего этот человек нужен? Пусть похититель приходит за деньгами и ответит на вопросы отца! В конце концов, ему нужны доказательства того, что Питер жив! Минни Левин, жена Мюррея, опасалась за его безопасность во время передачи денег и умоляла мужа не встречаться с преступниками лично.

Место передачи денег — это был самый конец пустынной дороги под названием Ист-Честер роад (East Chester road) на севере Нью-Рошели — в ходе разговора прозвучало неоднократно, и сотрудники ФБР, осуществлявшие прослушку дома Мюррея Левина, его, разумеется, слышали. Немедленно началась подготовка к операции, призванной помешать передаче денег. Лейтенант городской полиции Рейфенбергер был поставлен в известность о предполагаемой работе сотрудников Бюро в районе упомянутой улицы с 21 до 24 часов 9 марта, разумеется, без раскрытия каких-либо деталей. Рейфенбергеру надлежало удалить из района все полицейские силы и не допускать их появления до тех пор, пока спецагент Конрой не даст «отбой!» операции, то есть не сообщит о её завершении. Поскольку согласно замыслу операции ФБР нужен был один полицейский в форме на мотоцикле, было согласовано место, где тому надлежало появиться и получить соответствующий инструктаж.

Место, выбранное преступником, представлялось удобным для его замысла в том отношении, что находилось на границе Нью-Рошели и соседних городов Норт-Пелхэм (North Pelham) и Маунт-Вернон (Mount Vernon). Рядом находилась большая автомобильная развязка, позволявшая выехать на крупное шоссе, проходившее по границам городов. Строго говоря, человек на автомашине мог от места передачи денег направиться в любом направлении — на север, юг, восток и запад. Ист-Честер роад в вечерний час являлось местом довольно тёмным и пустынным, и теоретически это позволяло преступнику отслеживать активность в интересующем его месте, однако темнота и малолюдность являлись палками о двух концах. Приборов ночного видения в 1938 году не существовало, а сие означало, что возможности преступника следить за дорогой были крайне ограничены. Сотрудники ФБР ввиду своей многочисленности и наличию радиофицированных автомашин находились в несравненно лучшем положении.

Примерно за час до назначенного автором письма интервала времени для передачи денег в западной части Ист-Честер роад появились четыре пары сотрудников Бюро. Им надлежало зафиксировать все автомобили, припаркованные по обеим сторонам дороги и на прилегающих улицах. Их интересовали 450 метров (500 ярдов) самой западной оконечности дороги, к которой выходили четыре тупика и три улицы. Конрой исходил из того, что преступник заблаговременно появится в районе передачи выкупа и будет осуществлять наблюдение за Ист-Честер роад, чтобы увидеть приезд автомашины с деньгами и установить наличие слежки, если таковая будет за ней осуществляться.

Начиная с 21 часа сотрудники ФБР с интервалом в 5—10 минут проходили и проезжали по интересовавшему их участку дороги, фиксируя появление и исчезновение всех автомашин на участке длиной 450 метров. Ист-Честер роад была темна, пустынна, шёл дождь, температура понизилась до +3° по Цельсию, но ниже уже не должна была опуститься. Сотрудники ФБР размещались в 9 автомобилях, расположенных как на самой дороге, так и на соседних улицах. Все машины были радиофицированы.

В 21:50 пришло сообщение об отъезде от дома автомобиля Мюррея Левина, за рулём находился владелец. В 21:57, преодолев 4 км по тихим безлюдным улицам, машина адвоката припарковалась в западной оконечности Ист-Честер роад. На зеркале заднего вида со стороны пассажира был завязан бант из белой ленты, призванный помочь опознать машину в темноте. Сразу же начал движение по улице полицейский на мотоцикле — его появление должно было насторожить преступника и заставить того повременить с активными действиями.

Проехав неспешно в самый конец дороги, патрульный развернулся и поехал в обратную сторону. Следуя полученной