Читать книгу - "Пропавшие без вести. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга 2 - Алексей Ракитин"

по почте, то состава федерального преступления нет. А посему Бюро вмешиваться в происходящее не станет, по крайней мере на данном этапе.

Веттерли рекомендовал Уорду связаться с Джорджем Рейфенбергером, лейтенантом полиции Нью-Рошели, передать ему письмо и далее следовать его указаниям.

Закончив разговор с Уордом, начальник управления позвонил Конрою и рассказал тому о письме, содержавшем требование передать деньги сегодня же вечером (то есть 5 марта). После короткого обсуждения сложившейся ситуации они решили на данном этапе предоставить инициативу городской полиции, но на всякий случай направить к пересечению Пелхэмдэйл-авеню и Ист-Честер-роад пару специальный агентов.

Между тем Мартин Уорд, следуя совету Веттерли, связался с лейтенантом Рейфенбергером. Последний предложил предпринимателю встретиться на «нейтральной территории», объяснив это тем, что автор письма может следить за домом Мартина. В этом случае появление хорошо известного местным жителям полицейского убедит его в нежелании Уорда следовать полученному предписанию.

Встреча состоялась в 15 часов в одном из ресторанов в Бронксе. Детективы полиции Нью-Рошели внимательно наблюдали за автомашиной Уорда с того самого момента, как предприниматель покинул дом, однако слежки не обнаружили. Лейтенант забрал письмо, полученное Уордом, и заверил последнего, что его имя и фамилия останутся неизвестны средствам массовой информации.

К 22 часам в районе пересечения Пелхэмдэйл-авеню и Ист-Честер-роад находились как детективы полиции Нью-Рошели, так и сотрудники ФБР, причём первые о присутствии вторых не подозревали. Примерно за пять минут до начала указанного в письме интервала времени появилась автомашина «такси», припарковавшаяся метрах в 10 от перекрёстка. Водитель из салона не вышел и двигатель не заглушил.

Он стоически выдержал указанное в письме время, отклонив обращения двух клиентов. В 22:30, так и не получив сумку с деньгами, «такси» тронулось, и тут с тротуара махнула рукой женщина — это был третий по счёту клиент, которого человек за рулём также проигнорировал. Он явно хотел поскорее уехать, но тут появился полицейский на мотоцикле, знаком приказавший таксисту прекратить движение.

Самый проницательный читатель без труда догадался, что появление полицейского на мотоцикле, как, впрочем, и женщины на тротуаре, являлось частью затеянной лейтенантом Рейфенбергером операции. Патрульный потребовал от сидевшего за рулём человека предъявить документы и объяснил, что его поведение показалось ему подозрительным — таксист захотел уехать, не взяв клиента, хотя машина его пуста. Дескать, вы ведёте себя, как угонщик!

За рулём автомашины оказался 23-летний эмигрант из Германии Вернер Лак (Werner F. Luck), представлявшийся обычно именем Фред. Он имел лицензию таксиста, объяснил, что работает в паре с другим таксистом — это делалось с целью минимизации простоя машины. Свои действия, показавшиеся полицейскому подозрительными, Лак объяснил просто — ему надлежало забрать какие-то вещи — чемодан, сумку, что-то такое — клиента, который заранее оплатил поездку. Накануне в диспетчерскую позвонила какая-то женщина, сказала, что выслала по почте чек, указала адреса, где следовала получить её багаж и куда доставить. Конечной точкой поездки должен был стать Центральный вокзал на острове Манхэттен в Нью-Йорке. Патрульный задал таксисту несколько вопросов, в частности, поинтересовался, как часто приходят такие заказы, на что Фред Лак вежливо ответил, будто такое иногда случается, и он лично несколько раз перевозил подобным образом личные вещи. На вопрос, связанный с нежеланием Лака взять женщину, голосовавшую на тротуаре перед самым его отъездом, таксист лишь пожал плечами и спокойно объяснил, что время его смены заканчивается и ему следует ещё помыть машину перед передачей её сменщику.

Документы мужчины оказались в полном порядке, никаких формальных оснований для задержания не существовало, и патрульный отпустил Лака.

Сотрудники ФБР, находившиеся в районе пересечения Пелхэмдэйл-авеню и Ист-Честер-роад, видели и автомобиль «такси», и сцену с проверкой документов водителя. Хотя Вернер, он же Фредерик Лак, довольно убедительно объяснил собственное появление на месте намечавшейся передачи денег, телефон в его квартире в Пелхэме (Pelham), городе, соседствующем с Нью-Рошелью, той же ночью был поставлен техниками Бюро на «прослушку».

Впрочем, этим новости не исчерпывались. Имелась ещё одна, о которой в те часы и дни не узнал никто, кроме сотрудников ФБР, непосредственно занятых работой по поиску Питера Левина. В ночь на 6 марта специальный агент Конрой встретился с капитаном Джорджем Рейфенбергером и забрал у него письмо, доставленное утром Мартину Уорду. Письмо это было направлено в криминалистическую лабораторию в штаб-квартире Бюро, где подверглось исследованию вне очереди.

Результат исследования оказался неожиданным. Хотя послание было напечатано на детской пишущей машинке, это была не та машинка, что использовалась при изготовлении писем от имени похитителей ранее. Другими словами, помимо «печатной машинки №1», на которой были напечатаны первые письма в феврале, и «печатной машинки №2», с помощью которой были изготовлены письма от 2 и 3 марта, в деле появилась «печатная машинка №3». Отличалась и бумага, использованная при изготовлении письма, датированного 5 марта.

Как можно было истолковать подобный результат? Очевидно, похититель не нуждался в трёх однотипных пишущих машинках, ему достаточно было всего одной. Означало ли это, что на деньги Мюррея Левина теперь претендуют трое преступников [или преступных группы]? И поскольку мальчик не может находиться в руках каждого из них, стало быть, двое из трёх пытаются отца обмануть? А может быть, все трое!

Утром 6 марта пожарные машины приступили к откачке воды из пруда Индиан. Толпа, привлечённая в парк «Кротона» необычным зрелищем, быстро достигла двух тысяч человек. Репортёры местных газет и радиостанций находились в первых рядах зевак, стремясь не пропустить сенсационное обнаружение трупа похищенного мальчика.

Слева: заметка об анонимных телефонных звонках 5 марта 1938 года в полицию Нью-Йорка с сообщениями о сокрытии трупа Питера Левина в пруду Индиан на территории парка «Кротона». Справа: фотография пруда Индиан и толпы возле него из репортажа, посвящённого работам по его осушению в дневные часы 6 марта.

В то же самое время детективы Департамента полиции Нью-Йорка шли по следу человека, предположительно звонившего накануне капитану Салливану. Изучив списки рабочих, в числе которых портье видел звонившего, они сосредоточились на троих мужчинах средних лет, отвечавших известным приметам. Все они были задержаны и доставлены в полицейский участок, для их опознания туда же были доставлены лица, предположительно видевшие звонившего. Все они опознали одного и того же человека — некоего Джозефа Лаззаро (Joseph Lazzaro), 35-летнего безработного, проживавшего в Бруклине и перебивавшегося случайными заработками.

Остальных задержанных отпустили, а вот за Лаззаро детективы взялись всерьёз. Последний отрицал свою причастность к телефонным звонкам, хотя и признавал, что накануне несколько раз пользовался телефонными аппаратами в разных местах. Когда полицейские предложили ему сообщить имена, фамилии и номера телефонов тех лиц, с которыми он давеча разговаривал, Лаззаро довольно непримиримо ответил, что не обязан этого делать и у него есть право неприкосновенности личной жизни.

Кстати, никакого акцента задержанный не имел, что вкупе с его активными перемещениями по городу 5 марта наводило на мысль о намерении умышленно запутать полицию. Стремясь разговорить задержанного, детективы сообщили ему об осушении пруда в парке «Кротона» и прямо заявили, что в случае обнаружения там трупа Питера Левина последствия для Джозефа могут оказаться самыми печальными, поскольку только преступник может знать, где спрятан труп убитого им человека. Усиливая давление, полицейские