Читать книгу - "Остров Время - Евгения Михайлова"

— находиться всегда рядом со своим детищем, самым важным делом. Оно стало полноценной заменой семьи. Хотя Артем не оставлял ее без внимания, помощи и постоянного искреннего интереса.

Его жизнь тоже изменилась, стала более полной и по-настоящему личной. Только после переезда Яны он женился на своей помощнице Ирине, с которой тайно встречался много лет, стараясь скрывать отношения от Яны. Он страшно боялся ранить несчастную девочку, дав ей повод думать, что она лишняя, что ее терпят, а не любят, что он просто может о ней забыть. При всем своем большом уме Яна ощущала себя в доме Боголеповых полностью зависимой и беспомощной. Брат и сестра сейчас, встречаясь, даже научились шутить на темы неуверенности и бесконечного страха Яны как над маленькими и уже почти забавными проблемами.

У Яны не было границ рабочего дня: она работала круглосуточно. Из прошлого осталась только вера в сон. Теперь эти несколько часов сна иногда приносили ей нужное решение. Всю информацию сотрудники хранили в цифровом архиве, но обнаружилась потребность в чем-то вроде склада улик, которые собирала следственная группа. И Яне однажды приснилась пластиковая папка в виде сундучка, который запирался на крошечный ключ. И она договорилась с руководителем фирмы пластиковых изделий о том, что они создадут товар по ее эскизу. И теперь в любой момент они готовы были передать правоохранительным органам не только информацию, но и уже собранные улики, которые расскажут о преступлении все.

В этих сундучках-хранилищах содержались свидетельства преступлений на протяжении лет: фото, видео, предметы истязаний. Сотрудники группы поиска, установив жертву, искали и находили способы проникнуть в жилище агрессора. Немало уголовных дел было заведено по этим материалам. Немало невинных жизней удалось спасти.

Все это было невероятно трудно и даже опасно, но четкость и полнота доказательств чаще всего приводили к их победам. Правда, речь обычно шла о так называемых простых людях, которых не видят в упор даже ближайшие соседи, такие же «простые» люди.

Но однажды случился настоящий скандал. К Яне пришла сотрудница поисковой группы Вика и сказала:

— Я нашла совершенно дикий материал. Ребенка нужно срочно отправлять на медицинскую экспертизу: там, наверное, внутри все переломано, а психика уже на грани. Мальчику всего пять лет, а… Да вот, посмотри, как выглядит в их доме «комната воспитания». Я ужаснулась, когда я увидела эту камеру пыток. На стенах висят орудия истязаний — одного зрелища достаточно, чтобы свихнуться. Вот фото, сделанное издалека — через щель приоткрытой двери. Оно мне стоило половины зарплаты, дай бог здоровья прислуге, продающей информацию о хозяевах.

И Яна со вдруг проснувшимися страхом и болью увидела ребенка, сидящего на цепи.

Вика добавила:

— У мальчика на коленях и локтях незаживающие раны. Но проблема у нас не в этом…

— В чем проблема?

— В том, что такого типа у нас еще не было. И он нам наверняка не по зубам. Яна, этот чудовищный агрессор — наш спонсор Олег Дмитриев. Тот самый лощеный и богатый владелец строительного бизнеса. У него, кстати, больше ста объектов личной недвижимости в Москве и за рубежом. Он купит любой суд с потрохами, нас же и посадят.

— Это большая проблема, конечно, — согласилась Яна. — Как любой богатый человек, который может купить правосудие. Но мы можем сделать эту проблему меньше и спровоцировать его на агрессию, если вернем ему его деньги. Такие люди не выносят ни унижений, ни критики. Пусть начнет сам. Попрошу бухгалтера подсчитать сумму и вернуть деньги на его счет. Даже не пойму теперь: что это за выходка с его спонсорством? Похоже на извращенное удовольствие садиста. И возможно, такой план по внедрению и истреблению нашего фонда. Само по себе это скандал — спонсор фонда по борьбе с домашним насилием истязает собственного ребенка.

— Урод, — авторитетно заявила Вика. — Но материал мы должны передать в группы следствия и экспертизы, а ребенка необходимо отправить на полную медицинскую проверку.

— Этот вопрос надо очень крепко обдумать. Нас в таком случае могут успеть схватить за похищение. Не исключаю, что такой поворот входит в планы Дмитриева. Но мы не обещали бороться с насилием со стороны только нищих алкашей. Преступные повадки сильных мира сего, наверное, опаснее и страшнее для нашего общего будущего. Больше возможностей и уверенность в безнаказанности. Мы, конечно, попробуем спасти ребенка от такой «заботы» отца. А что там с мамой?

— Мама — просто тусовщица, получает от мужа большие бабки и торопится их тратить. Она и была тусовщицей-эскортницей, когда ей так повезло удачно выйти замуж. Считает, что за ребенком должны ухаживать няни.

— Посмотрим на его поведение, когда он получит свои спонсорские взносы обратно. Думаю, появится сам.

И через пару часов после получения извещения о переводе Дмитриев вошел в кабинет Яны. Это был крупный, очень ухоженный мужчина под сорок лет с энергичным и почти красивым лицом. Многие считали его привлекательным, но Яна с первого дня знакомства испытывала отторжение и временами даже неприязнь под откровенным и наглым взглядом его холодных глаз. А его квадратный подбородок намекал на жестокость и потребность в острых ощущениях. Но платил он щедро, что теперь, кажется, выдавало коварство замысла. У него, наверное, и подельники есть из числа других экстремальных «воспитателей», которые мечтают истребить наблюдателей.

— Чем объяснить ваш возврат моих взносов? — спросил Дмитриев, как ему, вероятно, казалось, с небрежной иронией.

— Тем, что нам необходимо расторгнуть наше сотрудничество до проверки обстоятельств, — ответила Яна. — Видите ли, у нас есть информация о том, что вы очень жестоко обходитесь со своим сыном. Кроме всех вытекающих из такого факта обстоятельств, включая уголовное следствие, это порочит репутацию нашего дела. Если все окажется неправдой, мы сможем возобновить наши отношения.

— Вот как, — произнес Дмитриев. Он явно пытался сдержать свои эмоции, но его сжатые кулаки выдавали ненависть и торжество уверенного в своих замыслах стратега. — Даже не ожидал, что вы так быстро полезете в личную семейную жизнь собственного спонсора. Но давайте поборемся. Мне тоже есть что публично заявить по поводу руководительницы фонда, которая мстит всем людям со своими представлениями о воспитании собственных детей за то, что ее в детстве избивал отчим. Теперь я точно знаю, какие бывают последствия, если ребенка бить ногами по голове. Мозг страдает непоправимо, так? И вам очень хочется разрушать чужие семьи. Да, я наказываю своего сына, но цель как раз в том, чтобы его мозги лучше понимали, что можно, чего нельзя. У меня все рассчитано — и сила воздействия, и оптимальное время наказания. И врачи у меня