Читать книгу - "Попаданец. МУР. 1922 год - Вадим Владимирович Чинцов"

Несмотря на жилищный кризис, мест для притонов все же хватало. И на притоны разврата, и на наркотические, и для азартных игр, и просто воровские. Мы наткнулись на одни из них: в Головине переулке, между Трубной и Сретенкой, обнаружился так называемый «кокаиновый домик». Здесь можно было не только курить и нюхать, но прочесть маленькую книжонку рассказов француза К Фаррера «В грезах опиума», в которой восхваляется это одурманивающее зелье.

Прелести наркотического опьянения, описанные в рассказах Фаррера, были не для всех. Нанюхавшись кокаина в притонах Цветного бульвара и Домниковки, эти любители сладостных ощущений начинали страдать от страшного зуда кожи, им казалось, что по их телу бегают вши, крысы, змеи, что они подползают к горлу, вгрызаются в кожу и т.д. До такого состояния доходили не все и не сразу. Кокаин, как главная «дурь» тех лет, оставался одной из причин совершения краж, грабежей и убийств.

В двадцатые годы в Москве проживало более тысячи китайцев. Многие из них держали прачечные. Жили они обособленно, сохраняя свои обычаи. Привычными для них были опиум и настольные игры: лото, фишки, карты. Поэтому, естественно, в Москве существовали китайские опиумные и игорные притоны. Такие притоны были, например, в доме 24 по Последнему переулку, в доме 12 по 1-му Спасскому тупику, в домах 5 и 20 по Большому Сухаревскому переулку, в доме 8, квартире 26 по Большому Кисельному переулку, в доме 3/2 по Садово-Спасской улице и по многим другим адресам. Я знал, что после событий на КВЖД в 1929 году многих китайцев репрессируют, так что не только притонов, но и прачечных не останется. Конечно, наркотические притоны были не только китайские. Известен, например, «волчатник» в Проточном переулке. Хозяйкой его была «касатка», грубая одноглазая баба, пользующаяся авторитетом в воровском мире. К ней в дом приносили ворованное, здесь же всегда можно было достать кокаин. «Королем кокаина» в Москве называли некоего Батинина — Батулина. Официально свободное обращение наркотических веществ будет запрещено лишь через пару лет совместным постановлением ЦИК СССР и ВЦИК. Я считал, что этим пора озаботиться уже сейчас.

Что касается игр, то с появлением нэпа появился и игорный бизнес. Поначалу было разрешено играть в лото, механический ипподром, разрешались такие карточные игры, как винт, преферанс, бридж, безик. Вскоре, правда, свобода игорного бизнеса была ограничена. В соответствии с инструкцией № 355, выпущенной по этому поводу 22 февраля 1922 года, заведения, получившие разрешение на организацию у себя определенных игр и уплатившие промысловый налог, не имели права организовывать какие-либо другие игры без соответствующего на то дополнительного разрешения. Инструкцией категорически запрещались азартные игры, к которым были отнесены карты, лото, рулетка и др. Запрещались игры на деньги. Вообще азартными были признаны игры, успех в которых зависел не столько от умения играть, сколько от удачи и шулерства, и в которых расчет шел на деньги. Следует добавить, что инструкция требовала, чтобы вход в игорное заведение был свободным. Это позволяло хоть как-то наблюдать за их деятельностью. Уследить за всем было, конечно, невозможно. В игорном бизнесе существовали свои правила, не очень-то отличающиеся от приемов обыкновенных мошенников. И мошенники в игорном деле были свои, особенные. Завсегдатаи бегов, «тотошники», создавали ажиотаж вокруг лошади, которая заведомо для них не должна была прийти первой, «мазчики» в казино увеличивали ставки, вовлекая деньги играющих в оборот заведения, а «благодетели», торчавшие у игорных столов, ссужали проигравшим деньги, беря в залог ценные вещи и договариваясь о встрече на следующий день. Многие денег для возвращения долга не находили, и их ценные вещи, драгоценности переходили в руки «благодетелей».

Нашей задачей на сегодня стала проверка разрешений на игорный бизнес и уплаты налогов. Нам пытались дать взятку те, кто этим разрешением не озаботился, но мы составляли на месте протокол о попытке дачи взятки, а деньги изымали, они пойдут для поддержания штанов молодой республики.

В китайских кварталах я пытался отыскать знатоков ушу. Увы, китайским я не владел, но несколько фраз, будучи на пенсии изучая у настоящего китайца, мастера ушу, модное кунфу, я освоил. Поначалу мои расспросы китайцы воспринимали настороженно, делая вид, что меня не понимают. Наконец когда я плюнул уже на попытки отыскать специалиста, одна сморщенная лет семидесяти китаянка, дернула меня за рукав кожанки и залопотала на мандаринском наречии. Видя, что я ее не понимаю, медленно произнесла на китайском:

— Господин ищет мастера ушу? Мой сын был знаменитым мастером в Пекине. Жди здесь.

Старушенция исчезла в толпе китаезов, а я попросил своих товарищей немного подождать. Когда уже терпение наше кончилось и мы собрались уходить, появилась старуха, буквально тащившая за руку парня невысокого роста, одетого в традиционный китайский наряд: поверх длинного прямого халата чаншань на нем была набитая ватой телогрейка.

Парень растерянно выслушал, что ему сказала старуха, постоянно тыкая в мою сторону своим кривым пальцем и, сложив ладони у груди, поклонился, затем заговорил по-русски с сильным акцентом:

— Мое имя Чжи Янг, я изучал стили чоцзяо, «втыкающиеся стопы», и фаньцзыцюань, «вращающийся кулак» у знаменитого мастера, которого зовут Вэй Цзанькуй. В первом стиле основной акцент сделан на технике работы ног. В отличие от многих других стилей ушу, где доминируют удары руками, в чоцзяо ноги играют главную роль, а руки выполняют вспомогательную функцию. Техника строится на непрерывных перемещениях, быстрых связках ударов ногами и их сочетании с действиями рук. А второй стиль ориентирован на ведение боя на короткой дистанции. Его характерная черта — стремительные круговые движения руками, быстрая смена уровней атаки и непрерывная, плотная серия ударов. Акцент делается на резкости, скорости, твёрдости и упругости. Сила генерируется от поясницы и выбрасывается единым, мгновенным движением. Оба стиля дополняют друг друга. Из Китая мы переселились пять лет назад в поисках лучшей жизни.

— Сколько же вам лет, Чжи?

— Тридцать четыре.

Я оценил крепкие кисти китайца, его стойку настоящего бойца и попытался нанести быстрый удар в печень, а второй — ногой в голень. Увы, тело китайца чуть сдвинулось, его рука поставила жесткий блок, а мой удар ногой провалился в никуда — свою ногу китаец успел убрать из под удара. Двигался китаец в несколько раз быстрее меня — мое новое тело нужно тренировать и тренировать и я это прекрасно понимаю.

— Как ты смотришь на то, чтобы стать сотрудником милиции и тренером по рукопашному бою? Есть ли еще бойцы ушу, которым нужна работа? Правда необходимо знание русского языка.

Чжи переглянулся с матерью и кивнул:

— Я знаю еще пятерых, все они говорят на вашем языке, правда