Читать книгу - "Мозг и его «Я». Кто мы? Откуда мы? Куда мы идем? - Татьяна Владимировна Черниговская"

Мы разбирали вчера, что если провести декомпозицию этой проблемы на вопросы «что такое мозг», «что такое разум (mind)» и «как они соотносятся», то огромные сложности возникают с пониманием и определением того, что такое mind. И я с тобой совершенно согласен, что без рабочих определений неясно, что именно следует искать.

Наиболее частыми являются следующие определения mind. Первое – это часть личности, которая позволяет осознавать мир и свой опыт: ощущать, мыслить, помнить, понимать, осознавать. И второе, имеющее также широкое распространение, – это способность личности ощущать, мыслить, помнить, понимать, осознавать.

Исходя из этого, мы можем предположить, что в человеческой практике отмечаются два существенных свойства разума – с одной стороны, это некоторая специфическая структура, а с другой стороны, это ее свойства – способности, некий потенциал, сила, возможности.

Т.Ч.: Можно вопрос? Что ты имеешь в виду, когда говоришь «структура»? Это структура чего? Это психологическое поле, это физиологическое поле? Структура где? Или, может быть, это онтология? Или что?

К.А.: Это некоторая конструкция, некоторая субстанция, которая имеет определенную устойчивость и протяженность во времени. Я подумал, что другим термином для структуры может быть система. Это предполагает некоторый комплекс, который, во-первых, имеет элементы со специфическими свойствами, а во-вторых, эти элементы как-то увязаны. И эти элементы, и эти связи либо стабильны, либо квазистабильны. Но, в общем, они не исчезают в тот момент, как только…

Т.Ч.: Когда дело сделано.

К.А.: Да. К ним можно обращаться, и по ним можно путешествовать. В этом смысле – структура.

Т.Ч.: Я поняла, да.

К.А.: Мой следующий шаг – сказать: давайте мы введем научный термин для того, что мы ищем. Который отбросит некоторые другие понятия mind, связанные с религиозными коннотациями или же с приписыванием этому понятию вещей, от которых я сразу хотел бы его освободить. Что это процесс, например. Для меня кажется важным разделить эти две вещи. И вот эти два основных использования понятия mind обозначим термином «когнитом».

Т.Ч.: Про процесс ты можешь еще проговорить? Что бы ты хотел разделить? Когнитом – это процесс?

К.А.: Нет, не процесс. С научной точки зрения, мне кажется принципиальным разделять структуры и процессы, которые могут протекать внутри этих структур. Это дает ясность.

Т.Ч.: Мы можем сказать, что когнитом – это структура?

К.А.: Да, и теперь дальше. Если мы примем такое понимание mind, ограничив его специально вводимым термином когнитом, то можем дать следующее начальное определение когнитома: когнитом – это полная система опыта целого организма.

Система в том смысле, что это структура, что она имеет элементы, и эти элементы увязаны, она может развиваться, она может меняться, она динамична, но тем не менее это система.

Т.Ч.: Человек – это система?

К.А.: Да.

Т.Ч.: Вот это, мне кажется, важно. Я сейчас пока слушаю, естественно, внимательно. Мне кажется, это очень важно, что человек – это система. И не в смысле того, что он хорошо биологически организован, кровь знает, что ей делать, и тромбоциты с лейкоцитами функционируют. А что это именно система, в которой… Я бы даже сказала – самодостаточная.

К.А.: Да. Но как сущность – да. Сформированная в процессах, во-первых, биологической эволюции…

Т.Ч.: В том числе – личной.

К.А.: Да, во-вторых – и личной эволюции, то есть индивидуального развития и процессов обучения, приобретения индивидуального опыта, который делает каждую из этих структур уникальной и неповторимой. Это все – к вопросу «откуда мы».

Т.Ч.: Это ведь вообще удивительно на самом деле. Почему-то считается, что каждый из нас все время один и тот же человек. Вот у нас клетки все сменились, вообще все. У нас поменялось мировоззрение, у нас поменялась внешность кардинально за жизнь много раз. Иногда до неузнаваемости. Точки зрения, даже тип характера мог поменяться, несмотря на психофизиологические особенности, ну или, во всяком случае, сдвинуться. И это все еще одна и та же личность.

Вот за счет чего сохраняется эта личность, учитывая, как она меняется? Ну, как мы знаем из классиков, тот, кто не был романтиком в юности, у того нет сердца; тот, кто не стал консерватором к концу жизни, у того нет мозгов… Ну, во всяком случае, я не к сердцу и уму, а к тому, что очень меняется это индивидуальное развитие, это Бог знает сколько разных личностей сменилось, которые имеют тот же паспорт.

К.А.: Мне это кажется очень важной проблемой. Я думаю, что в течение XXI века мы очень многое узна́ем про такого рода экзистенциальные вопросы, лежащие в области уже не биологических наук, а в сфере наук о человеке, наук об обществе.

Т.Ч.: Кстати, про XXI век писал Вячеслав Всеволодович Иванов, это он Клода Леви-Стросса цитировал: «XXI век будет веком гуманитарных наук – или его не будет вовсе».

К.А.: Да, это я помню тоже. Ведутся, конечно, споры, существует ли self как некоторая константная сущность? И огромное количество нейронаучных и психофизиологических данных показывает, что происходит постоянная смена. То есть не только биология человеческого организма, но и его когнитом не просто развивается, а меняется.

Т.Ч.: Меняется – вот это важно.

К.А.: При этом очень важный вопрос для будущей когнитивной науки: что является ядром, и каким образом это ядро позволяет личности чувствовать константность себя. Наука XXI века, я думаю, решит.

Но вернемся к нашим проблемам. Дальше я хочу подчеркнуть очень важную вещь. Я цитировал уже платоновский принцип бытия или сущего, когда Элейский чужестранец говорит: «Я даю такое определение существующего. Оно есть не что иное, как способность». Способность, как мы помним, – воспринять какие-то воздействия и оказать какие-то воздействия. В этом смысле, если мы посмотрим на mind – или когнитом – как на структуру со специфическими, качественно особенными для нее способностями, мы должны сделать очень важный вывод – разум реален. Это не эпифеномен, это не что-то параллельное мозгу. Это очень важное заключение.

Из этого далее следует, что сознание как процесс, протекающий в этой структуре, также реально. Реально в том смысле, что он, этот процесс, каузален: на него можно подействовать, и он может воздействовать внутри системы индивида.

Т.Ч.: А что значит подействовать? Подействовать я могу на инфузориютуфельку, могу ведь подействовать? Взять там, плеснуть в нее уксус balsamico, и она отскочит. Поэтому нужна какая-то добавка.

К.А.: Вот добавка там, на доске, и я к ней сейчас вернусь. Добавка состоит в том, что мы каждый раз должны рассматривать систему на максимальном уровне ее реальности.