Читать книгу - "Моя история. Автобиография Альбано Карризи - Альбано Карризи"

Мы поженились 26 июля 1970 года, и эту свадьбу, сыгранную в Челлино-Сан-Марко, многие местные помнят до сих пор.

К сожалению, жизнь сложилась вопреки нашим мечтам. Едва ли мы могли вообразить, что наш союз когда-нибудь распадется. Но что мы могли поделать? Нас затягивал круговорот событий, и было бесполезно ему сопротивляться.

Мы поженились в воскресенье. При обсуждении даты церемонии с настоятелем отцом Франческо, тот заявил, что никогда не проводит таинство брака в последний день недели. Но я ответил, что это единственный возможный вариант из-за моего плотного концертного графика. И с тех пор, слава Богу, каждый мой день расписан до минуты. Только во время недавней пандемии мне пришлось остановиться, но стоило ей пойти на спад, как я ринулся в бой с удвоенной силой, словно стремясь наверстать упущенное.

Ушедшие с головой в романтику, мы с Роминой планировали простую сельскую свадьбу. Скажем, в оливковой роще под аккомпонемент цикад. Но не учли свою популярность.

За несколько лет я стал одним из самых известных и любимых в народе исполнителей, а она – актрисой, сыгравшей в более чем десятке фильмов и несущей на себе славу родителей. И хотя мы не афишировали церемонию, надеясь сохранить ее в тайне, на ней присутствовало 35 тысяч человек. Думаю, сарафанное радио запустил мой тогдашний импрессарио.

Я ни капли не преувеличиваю, говоря, что на праздник съехалась публика со всей Италии. Тысячи поклонников хотели своими глазами увидеть свадьбу богатой американской наследницы и парня из Апулии, главных героев фильма «Nel sole», судьбы которых соединялись в реальности. Сказка, становящаяся былью.

Вокруг творилось настоящее безумие. Тут и там кружили журналисты и фотографы, даже из-за рубежа, а некоторые даже взбирались на деревья для лучшего обзора. В церкви Челлино, где мы венчались, было нечем дышать – людей набилось под завязку, и даже маме Ромины не хватило места, и ей пришлось наблюдать за церемонией через крошечное окошко в куполе. Пересматривая фотографии того дня, трудно поверить, что в небольшой церквушке поместилось столько народу.

В момент, когда священник спросил меня: «Согласен ли ты взять в законные жены стоящую здесь…», голоса гостей слились в оглушительное «ДА», прогремевшее, как удар грома. Так хор из поклонников и жителей Челлино ответил на вопрос за меня.

Нас ожидали невероятные годы. Мы словно жили в мечте, ставшей явью и сотканной из любви, музыки, путешествий и богатой окружающей нас природы.

Именно Ромина предложила нам жить в Апулии, сказав, что она напоминает ей родную Калифорнию. Конечно, если бы выбор места зависел от меня, я бы выбрал Рим, Милан или Париж. Мы могли уехать куда угодно, но я вернулся в Челлино, откуда сбежал несколькими годами ранее.

Челлино образца семидесятых был обычной деревней, поэтому решение остаться здесь в некотором роде можно счесть безумным. Но ради любви я согласился с Роминой.

Покидая Челлино, я оставил и определенный образ жизни, и тип мышления, присущий селянам, но мне пришлось отступить – мной двигало желание сделать Ромину счастливой, видеть ее улыбку. Я бы и звезду с неба достал – если бы она пожелала.

За год до свадьбы, в июне 1969 года, я привез Ромину в Челлино, чтобы познакомить с семьей. Она очень понравилась папе, и даже мама, имеющая привычку изучать людей тщательно и молча, в конце концов нашла ее очаровательной, бесхитростной и искренней.

Мне хотелось показать невесте места, где я рос, поля, где работал с отцом, целый мир, нашедший отражение во многих моих песнях. Она была очарована. Лето – лучшее время для Саленто, здесь даже пыль пахнет пряностями. Ослепительный чистый свет заливает белоснежные нагретые жарким солнцем камни. Виноградные гроздья наливаются соком, зреют плоды фикидиндии, а по оливковым рощам стелится красная как ржавчина земля. Все покрыто как звуковой завесой неутомимой песней цикад, а по ночам сверчки, словно оркестр под управлением невидимого дирижера, подхватывают эстафету у лягушек из придорожных канав. Кристально чистое небо над головой разливается бесконечным океаном из звезд.

Жемчужина Саленто взялась за дело и покорила Ромину.

Однажды она увидела большой лес, ныне – сердце моего поместья, и тотчас в него влюбилась.

– Почему бы тебе его не купить? – спросила моя невеста.

Так этот лес и стал нашим семейным гнездышком.

28. Семья в окружении леса

С годами мой образ стал неразрывно связан с лесом, растущим вокруг дома, который я купил, чтобы порадовать Ромину. Отчасти я сам поспособствовал возникновению этого занятного феномена, поскольку никогда не скрывал любви к родной земле и природе, и многие фотосессии, съемки и интервью проходили именно в этой чаще, идеально подходящей для любого из подобных мероприятий.

Невероятно, но факт: пытаясь поначалу покинуть свою малую родину и дистанцироваться от происходящих там событий, со временем, хоть и не совсем по своей воле, я открыл ее заново, в конце концов осознав, что с этим местом меня связывает гораздо больше, чем я предполагал.

Ранее земли принадлежали графу Джованни Бальзамо, представителю неаполитанской знати. Эти 60 гектаров леса – последний обширный остаток некогда гигантской Оританской пущи, простирающейся в забытой ныне Земле Отранто.

К моменту покупки лес превратился в настоящие заросли мастикового дерева и иглицы, над которым возвышались мощные кроны каменных дубов и алеппских сосен. И хотя мне отчасти удалось укротить его, проложив тропы и поляны, в остальном он сохранил свою гордую и дикую личину, неизменно желающую стряхнуть с себя любое человеческое присутствие.

Желая остаться наедине со своими мыслями, я погружаюсь в глубину чащи, представляя, что я последний человек на планете.

Испытав это первобытное, животворящее чувство, я словно преображаюсь изнутри. Только здесь, среди многовековых деревьев, я ощущаю глубокую связь с самим собой, когда, с одной стороны, в моей душе просыпается тот самый мальчишка, а с другой – возникает незримая связь с предками, которые жили и трудились в этом лесу. Например, с прадедом Антонио, производившим древесный уголь во второй половине 19 века.

В те редкие дни, когда я просыпаюсь в своей постели, мне нравится ранним утром зайти в лес, пока в воздухе еще разлита влага, и пройти мимо деревьев, рассматривая их кору и представляя каждое из них моим старым другом, которого знаю и хорошо помню. Прислушиваясь к пению птиц, шуршанию листьев от ветра, звуку собственных шагов, ступающих по мягкой земле, я вдруг замечаю пробегающую по тропинке лису. Она останавливается, с любопытством изучает меня, а затем – вновь исчезает в чаще. В такие моменты я словно вижу себя, когда был