Читать книгу - "Линии: краткая история - Тим Ингольд"

должного внимания, то это, несомненно, отчасти обусловлено тем, что обычно нити изготавливаются из органических материалов, которые плохо сохраняются. Но, как предполагает Барбер, это также может быть продиктовано тем, что работа с нитями – по крайней мере, в сознании многих доисторических мужчин – ассоциируется с женским трудом.

Самым ярым противником Земпера был австрийский искусствовед Алоиз Ригль. В «Проблемах стиля» (1893) Ригль категорически отверг идею о том, что линия искусства восходит к нити. Он утверждал, что доисторические люди рисовали линии задолго до того, как познакомились с ткачеством и текстилем (Riegl 1992: 32, fn. 9). Ригль настаивал, что линия была изобретена не на основе материалов и техники, а в «естественном течении по сути своей художественного процесса». В свете наших целей этот спор интересен не тем, какая из сторон одержала в нем победу, а тем, что они исходили из взаимоисключающих представлений о линии. Для Земпера прототипичной линией была нить; для Ригля – след, «базовый компонент всего двумерного рисунка и оформления поверхности» (1992: 32). И это подводит нас ко второму основному классу в нашей таксономии.

След

В нашем понимании след – это любая устойчивая отметина, в твердой поверхности или на ней, оставленная в результате непрерывного движения. Большинство следов относятся к одному из двух видов: аддитивным и редуктивным. Линия, проведенная углем на бумаге или мелом на доске, аддитивна, поскольку материал угля или мела образует дополнительный слой, который накладывается на поверхность. Нацарапанные, вырезанные или вытравленные на поверхности линии редуктивны, поскольку в этом случае они образуются путем удаления материала из самой поверхности. Как и нити, следы изобилуют в нечеловеческом мире. Чаще всего они возникают в результате передвижения животных и проявляются в виде тропинок или отпечатков. Улитка оставляет аддитивный след слизи, но следы животных обычно редуктивны, высверлены в древесине или коре, оставлены на мягкой поверхности грязи, песка или снега, а если поверхность более твердая – вытоптаны множеством ног. Иногда эти следы окаменевают в скальных породах, позволяя геологам реконструировать движения давно вымерших существ. Люди также оставляют редуктивные следы в ландшафте, часто передвигаясь по одному и тому же маршруту пешком или верхом, а с недавнего времени и на колесных транспортных средствах. Однако некоторые следы не предполагают ни добавления, ни удаления материала. Художник Ричард Лонг создал свою знаменитую работу «Протоптанная линия» (1967), расхаживая взад и вперед по полю, пока в траве не возникла линия (рис. 2.2). Хотя в результате этой деятельности едва ли был удален или добавлен какой-либо материал, линия проявляется в узоре света, отраженного от бесчисленных стеблей травы, согнувшихся под ногами (Fuchs 1986: 43–47).

Рис. 2.2 «Протоптанная линия», Англия, 1967 год, Ричард Лонг. Воспроизведено с разрешения Ричарда Лонга.

Но точно так же, как люди – изготовители и пользователи нитей par excellence, они создают своими руками и следы. Показательно, что мы используем один и тот же глагол «to draw»[8] для обозначения активности руки как при манипулировании нитями, так и при нанесении следов. Как будет видно, эти два значения связаны теснее, чем мы могли предположить. Без помощи какого-либо орудия или материала люди способны оставлять редуктивные следы – например, на песке – пальцами. При помощи инструмента для нанесения надписей, такого как штихель или резец, они могут оставлять следы в гораздо более твердых материалах, таких как дерево, кость или камень. Слово «письмо (writing)» первоначально отсылало к такого рода нанесению следов острым предметом. В древнеанглийском языке термин writan имел конкретное значение «вырезать рунические буквы на камне» (Howe 1992: 61). Таким образом, можно написать линию, прорисовав ее острием по поверхности: здесь отношение между рисованием и письмом – это отношение между жестом (протягивание или перемещение инструмента) и оставленной им линией, а не между принципиально разными по смыслу и значению линиями, как это обычно понимают сегодня (см. главу 5). Аддитивные следы могут быть нанесены с помощью различных ручных орудий, включая ручки и кисти, которые доставляют красящее вещество на поверхность. В случае песочной живописи орудие не требуется, так как материал пропускается между пальцами. Но в упомянутых выше примерах мела и угля, а также в случае с грифелем карандаша и мелками само орудие служит источником пигмента. Материал следа и орудие, с помощью которого он наносится, совпадают.

Разрез, трещина и складка

Ниже я сосредоточусь на нитях и следах, а также на отношениях между ними. Однако существует третий основной класс линий, создаваемых не путем добавления материала к поверхностям или его соскабливания, а разрывами в самих поверхностях. Это разрезы, трещины и складки. В эссе 1926 года «Точка и линия на плоскости» Василий Кандинский отметил, что «особенное свойство линии [есть] ее способность к созиданию плоскости» (Кандинский 2005: 113, курсив мой. – Т. И.). В главе 6 мы вернемся к способности прямой линии создавать ровную двумерную плоскость путем бокового смещения. Кандинский приводит в пример движущуюся лопасть, разрезающую острым краем поверхность почвы, как в археологическом срезе, создавая при этом новую вертикальную поверхность. Таким образом, конечно, получаются и борозды фермерского поля, прорезанные в земле лемехом, который не только создает новую плоскость, но и поворачивает ее лицом вверх. Если разрезать не почву, а лист материала, это не создаст поверхность, а разделит материал: так, портниха вырезает линии в материале ножницами, а изготовитель пазлов – лобзиком. Вид разреза, знакомый мне по моей собственной полевой работе в Лапландии, делается ножом на ушах северного оленя, так создается узор из меток различной формы, которые служат для идентификации владельца каждого животного. Саамы традиционно описывают каждый узор как слово, а вырезание метки – как письмо (рис. 2.3).

Рис. 2.3 Страница из книги с метками на ушах оленей, полученная автором в ходе полевых исследований в финской Лапландии в 1971–1972 годах. Паттерн, который нужно вырезать на левом и правом ушах, нарисован в книге на стандартном обоюдоостром шаблоне; рядом с каждым из паттернов записано имя владельца.

В то время как разрезы могут быть случайными, как в очевидном случае с пораненным пальцем, трещины таковы по обыкновению. Они возникают в результате раскола хрупких поверхностей вследствие напряжения, соударения или износа. Поскольку силы, создающие трещины, как правило, нерегулярны и проходят поперек линий разлома, а не вдоль них, эти линии обычно зигзагообразные, а не округлые (Кандинский 2005: 133). Трещины часто можно наблюдать в природе – при ломке льда, в высохшей на солнце грязи, при сжатии пород, в сухостое и коре древних деревьев (рис. 2.4). Но, разумеется,