Читать книгу - "Дорога через хаос - Михаил Леонидович Анчаров"

Мона Лиза

Захочет – позовет…

На лестницу выходят Леонардо и Аталанте, Зороастро Мельци. Джокондо их провожает.

Джокондо

Итак, синьор маэстро, все дела

Успешно привели мы к окончанью.

Имущество немногое, синьор,

В порядке все. И пени и доходы

Положены сполна на ваше имя.

Леонардо

Благодарю, Джокондо, от души,

За хлопоты твои о нашем деле,

Которое вы сделали своим.

Я напишу для вас Мадонну с сыном,

Как только встречу нужную натуру.

Джокондо

Увы, твою картину, о маэстро,

Приобрести сумеет только князь.

Аталанте сбегает по лестнице, срывает цветок. Замечает Мону Лизу и молча кланяется ей.

Хочу я вам представить, Леонардо,

Супругу драгоценную мою.

Идите-ка сюда, моя синьора.

Мона Лиза

Я видела вас в доме у отца.

Давным-давно… Я девочкой была.

Пауза. Аталанте, прислонившись к стене, мурлыкает песенку, позванивая на лютне. Леонардо и Мона Лиза смотрят друг на друга.

Аталанте

(поет)

Вот утро встало —

Голубые горы.

Вот утро встало —

Голубые воды.

А почему

Грустишь ты, Аталанте,

И трусишь ты,

Бродяга-пилигрим?

Вот ты летел

Тропою соколиной.

Вот ты пришел

В Тосканскую долину.

Увы, Мадонна,

Бедный Аталанте

Не сам пришел,

Он жаждою гоним…

Леонардо

Вы девочкой остались, Мона Лиза.

Я помню вас… Вы Лиза Джерардини,

Дочь неаполитанского купца.

Ну, вот вам и натура, Джокондо.

Я напишу для вас эту картину.

Джокондо

Но нужен ведь младенец для Христа,

А я, синьор, увы, пока бездетен.

Мона Лиза

О, можно написать меня одну…

Джокондо

Но так никто не делает, синьора.

Мона Лиза

А разве не приятно будет вам

Иметь изображение супруги?

Джокондо

Ведь я своей живой жены владелец,

Зачем мне покупать изображенье?

Леонардо

Я напишу портрет ее, Джокондо.

Вам это ничего не будет стоить.

Джокондо

Ну, это положение меняет,

Хоть я польщен, маэстро Леонардо.

Однако это странно для меня.

Я понимаю, написать картину,

В которой, скажем, что-то происходит,

Христа с апостолами… А, синьора?

А то отдельно женщину…

Леонардо

Джокондо,

Изображение Мадонны выше

Любых апостолов.

Аталанте

Аминь.

Леонардо

Прощайте, Мона Лиза дель Джокондо.

Хочу уйти и вспомнить все, что было,

Что удалось и что не совершилось.

(Уходят.)

Мона Лиза

Как хорошо… Ты слышишь, о Анита?

Он не уедет!.. Нет, он не уедет…

Анита

С ума сошла?..

Мона Лиза

Оставь меня, Анита.

Анита

(после паузы)

Ах, вот что вы задумали, синьора!

Молчание.

О господи, а мне и невдомек!

Ну нет, змея, меня не проведешь!..

Тебя еще ребенком я узнала!

Не допущу, чтоб ты себя сгубила.

Мона Лиза

Ты ничего не можешь изменить.

Анита

Что ты сказала, дрянь? Да я сейчас

Пойду и кликну твоего супруга!

Мона Лиза

Нет, не пойдешь…

Анита

Иду сию минуту!

Мона Лиза

Пойдешь – я отравлю тебя, Анита!

Анита

Ты это мне сказала, Мона Лиза?..

Иль мне послышалось?..

Мона Лиза

Или себя… Мне все равно… Как хочешь…

Анита

Ох, девочка моя! Цветочек ясный!

Да кто же он такой, он дьявол?!

Да ведь ему уже за пятьдесят!

Твой муж его на десять лет моложе!

Мона Лиза

Оставь меня, Анита… Голова горит…

Прости меня, Мадонна! Это он!..

…После той картины Василия Ивановича Сурикова и того долгого возле нее сидения на стульях мы сблизились с Княгиней.

Мы накинулись друг на друга как голодные. А тут смотрю – изменилась моя Княгиня, другая женщина стала. Какое там воспитание! Все полетело куда-то.

Сначала я обрадовался, а потом смотрю – дело не в ту сторону полетело. Полет, видно, тоже разный бывает. Душа у нее от той музыки цвета раскрылась, но душа неумелая, и чем занять себя – не знала, все в темные ночки ушло. Была она спящая, а теперь проснулась.

– Что это мы делаем? – иногда спрашивала она меня.

А мама ее, дура, говорит:

– Наконец-то ты женщиной стала, наконец-то… У меня билеты есть на фестивальный просмотр. Прелестный современный фильм.

А в прелестном современном фильме – бордель.

– Ты знаешь, Коля, во всем мире сексуальная революция. Наверно, так надо.

– А как же любовь?

– А я только сейчас поняла, какая бывает любовь. Не знаю, что ты чувствуешь, а я чувствую что-то неописуемое.

И я начал чувствовать что-то неописуемое.

Юбки пошли короткие, ноги стали открытые до самого «ура!», до «боже мой». Одна фирменная девчонка лозунг бросила: «У кого ноги мини – те носят макси, а у кого ноги макси – те носят мини». В газетах писали – шоферы в столбы врезались, когда мини проходили по тротуару. Потом примелькалось. Теперь в моде макси и сапоги солдатские, и стало жаль тех вытаращенных коленок. Как на человека угодить?

А я тогда вспомнил «Девушку с горностаем», умницу, и думаю – где же я? Куда я девался?

А я уже тогда влез в эту эпоху Возрождения и книги читал пудами. И чем больше читаю и по музеям хожу, тем больше, мне кажется, Леонардо понимаю. Хаос у них там был в эпоху Возрождения, а Леонардо пытался жизнь человека осмыслить и найти главную линию, линию красоты. Но