Читать книгу - "Рассказы из русской истории. Поэты Империи - Владимир Ростиславович Мединский"

положение в дворянской среде и деньги, чего у Державиных не было. В общем, после Казанской гимназии в девятнадцать лет Гаврила поступает простым солдатом в Преображенский полк.

Он живет в солдатской казарме, ведь у него нет денег не только на квартиру, но даже на офицерскую казарму: за нее надо было что-то платить.

Не успел он поступить на службу, как произошел дворцовый переворот. В июне 1762 года императорская гвардия «на штыках» возвела на престол Екатерину II[30].

Казалось, удача могла улыбнуться молодому гвардейцу. Но нет — в нужный момент он не оказался в нужном месте, не получил ни наград, ни повышения. В своих «Записках» он написал, что после коронации в Москве лишь однажды «на часах» в Кремле имел случай вместе с другими поцеловать руку императрице, «нимало не помышляя, что буду со временем ее статс-секретарь и сенатор». Екатерина, видимо, как раз шла мимо часового на заседание Сената.

Итак, Державин продолжает тянуть солдатскую лямку со всей ее рутиной. Учения, смотры, парады, упражнения… Это кажется молодому человеку невероятно скучным.

От скуки он начал писать. У него был красивый почерк, литературный стиль, и, когда его просили, он писал письма для своих товарищей — домой или любимым. Помогал офицерам составлять рапорты. Еще стал писать стихи, это уже для себя. Но нигде не публиковался. Может, к лучшему, его стишки тогда носили, скажем так, легкомысленный характер. На потребу вкусам казармы, не очень приличные. К сожалению (или к счастью), все его ранние стихотворные работы были утеряны: как-то его сундук (!) со стихами не пропустили на карантине. Так что ранний поэт Державин нам неизвестен.

Денег по-прежнему не было, и он пытался заработать игрой в карты[31].

Поначалу, находясь в Москве, в отпуске, а потом по случаю созыва Уложенной комиссии, он в конце концов проиграл все деньги, полученные от матери на покупку имения. Хотел отыграться — не удалось, взял в долг, купил на свое имя деревню и тут же заложил, чтобы играть дальше.

Попав в такую беду, ездил, — пишет Державин, — с отчаяния день и ночь по трактирам искать игры. Спознакомился с игроками, или, лучше, с прикрытыми благопристойными поступками и одеждою разбойниками; у них научился заговорам, как новичков заводить в игру, подборам карт, подделкам и всяким игрецким мошенничествам.

Так он обучился игре у профессиональных картежников и со временем часто стал выигрывать.

Известен случай, когда Державин, уже став офицером, сел за карточный стол с пятьюдесятью рублями, а к утру выиграл фантастическую сумму, целое состояние, сорок тысяч. Даже после расплаты по семейным долгам немалая часть выигрыша еще оставалась. Так окупились все проигранные при обучении деньги.

Свой первый офицерский чин Державин получил только через десять лет. Представьте себе, ему уже двадцать девять, а он был всего лишь прапорщик гвардии. Надо, надо было что-то делать![32]

И вот, когда началось восстание Пугачева, новоиспеченный офицер явился к командиру корпуса, направленного на подавление бунта, генералу Бибикову[33].

Гвардейские части к данному делу не привлекались, это была личная инициатива прапорщика. Державин заявил, что сам родом из Казани, знает местность и татарский язык и может быть очень полезен в охоте за Пугачевым. А потому желает служить в штабе генерала.

Ф. С. Рокотов. Портрет А. И. Бибикова. После 1771

Будет удостоен оды

Есть такая категория начальников, которые не любят инициативы в подчиненных. Видимо, чуют покушение на собственные прерогативы. Бибикову не очень понравилась излишняя рьяность, и он быстро отправил молодого человека в «предбанник».

Прошло время, рабочий день закончился, но Державин продолжал ждать. Когда генерал вышел, он снова тут как тут: хочу быть полезным. Бибиков был поражен такой «инициативностью» какого-то прапорщика и в конце концов принял его на службу[34].

Место ему было определено при штабе, в подразделении, которое теперь называлось бы военной контрразведкой[35].

И завертелось. Державин засылал к пугачевцам шпионов, вел допросы пленных, вербовал агентов из местных жителей, составлял поименные списки особо опасных мятежников и их жертв, ну и лично участвовал в военных действиях. Однажды во главе небольшого отряда он напал на бунтовщиков и, как писали, «разогнал» довольно большую толпу[36]. Удостоился похвалы от самого Суворова[37].

Кстати, именно там, при подавлении пугачевского бунта, они и познакомились. Суворов был старше на пятнадцать лет. Он был опытным известным генералом.

Пятнадцать лет — большая разница. Целая пропасть между младшим офицером Державиным и генералом Суворовым. Но почему-то Суворов его отметил, а спустя годы они станут близкими друзьями.

Державин оставил подробные записки о пугачевском восстании и даже сочинил оду во славу скончавшегося генерала Бибикова[38].

Записки впоследствии были использованы Пушкиным при написании «Истории Пугачевского бунта».

После подавления пугачевщины Державин получил, хотя и не без труда, чин капитан-поручика, небольшое имение и вышел в отставку[39].

На гражданке

Пятнадцать лет он прослужил в армии, а теперь перешел на гражданскую службу. На ней Державин почему-то добивался всего гораздо быстрее. Через несколько лет он статский советник, в то время это гражданский чин, чуть более высокий, чем армейский полковник[40].

Ему предстояло потрудиться в различных ведомствах начиная со службы в Сенате.

Сенат к тому времени представлял собой сложное рыхлое госучреждение, находившееся одновременно в двух столицах, в Москве и Петербурге, и занимавшееся великим множеством дел. К тому же каждый император старался слегка подправить функции Сената. Это не был тот маленький и компактный Сенат, который создал Петр I как высший орган при государе. И конечно, это не современный Совет Федерации, членов которого мы с чьей-то легкой руки иногда называем сенаторами[41].

Державину было поручено наблюдение за строительством нового здания Сената в Петербурге. Оно