Читать книгу - "Пушкинская эпоха: преддверие. XVIII век - Сергей Владимирович Сурин"

и друг бесценный Пушкина, Иван Пущин, который из всех вариантов карьеры выберет должность судьи московского надворного суда (быть писателем, художником, университетским преподавателем и судьей дворянину считалось абсолютно неприличным, но, как выяснилось, ничего страшного от этой работы не происходит – хвост не вырастает, а польза может оказаться значительной). Когда в Александровскую эпоху против аристократического течения пойдут Толстой, Глинка и Пущин, быть поэтом для дворянина будет уже в пределах нормы, и в этом несомненная заслуга Сумарокова.

Иллюстрация, созданная при помощи искусственного интеллекта

Отчего прослыл я скандалистом?

В последний год Елизаветы Петровны начались глобальные конфликты Сумарокова – человека вспыльчивого, порою истеричного и крайне несговорчивого. Он увольняется с поста директора театра, будучи не в силах найти средств, чтобы выплатить актерам заработную плату (денег, выделяемых из казны, совершенно не хватало…).

Это было время не только личных конфликтов, но и самой большой – Семилетней – войны в правление Елизаветы. Леонард Эйлер, уже признанный гений математики и механики мирового масштаба, жил и работал тогда в Берлине. Во время артподготовки при наступлении на столицу Пруссии русская артиллерия разрушила его дом (артиллеристы не успели прочитать последние работы швейцарского ученого по расчету траекторий). Узнав об этом, фельдмаршал Салтыков немедленно возместил потери из армейской казны, а следом императрица Елизавета Петровна в качестве компенсации морального ущерба прислала еще четыре тысячи рублей – на эти деньги можно было отремонтировать все соседские дома в округе, переложить мостовые и озеленить главные улицы Берлина.

Семилетняя война. Действия в Европе в 1756 году

Неизвестный художник. Апофеоз Екатерины II

С личным домом Александра Петровича также произойдет печальная история, но позже (лет через 15) и без артиллерии. А пока что ему везло: Екатерина II, воцарившись, приказала покрыть все долги Сумарокова из казны (Пушкину Николай I при жизни такого счастья не предлагал, установив вместо списания долгов большой оклад) и предоставила право печатать свои произведения за государственный счет (то есть Александр Сумароков стал одним из главных бенефициаров дворцового переворота 1762 года). В ответ Александр Петрович (вместе с Михаилом Херасковым и Фёдором Волковым) ставит открытый маскарад «Торжествующая Минерва» к московской коронации Екатерины (250 колесниц, запряженных волами, с четырьмя тысячами актеров, хористов и статистов продвигались с песнями, танцами и пантомимой по улицам Москвы; на центральных перекрестках били фонтаны с вином – пей сколько влезет за счет казны, прославляя царицу и закусывая разделанными жареными быками и всевозможной дичью,– после чего уж точно забудется незавидная судьба Петра III) и через четыре года получает орден святой Анны и чин действительного статского советника, опережая на один карьерный класс Ломоносова.

Орден святой Анны

Интересно, что один из текстов Сумарокова для маскарада «Торжествующая Минерва» – о чудесной заморской стране – цензура не пропустила, посчитав его недостаточно патриотичным: как это так – у них, за морем, лучше, чем у нас?

…За морем подьячие честны,За морем писать они умеют.За морем в подрядах не крадут…Пьяные по улицам не ходят,И людей на улицах не режут…(Александр Сумароков. «Другой хор ко превратному свету»)

Александр Петрович мог опередить Карамзина и стать автором первых русских путевых заметок, но сумма, которую он запросил из казны за свое путешествие по Франции, Италии и Голландии,– 12 тысяч рублей – повергла в искреннее изумление даже видавших виды придворных (Сумароков же верил в свое литературное мастерство и был уверен, что затраты окупятся изданием заметок).

Титульный лист либретто маскарада «Торжествующая Минерва»

Неудачная попытка раздвинуть горизонт

Достигнув карьерного неба, люди, как правило, успокаиваются. Но Александр Петрович не был уверен, что это потолок. Попытка активного участия в политических процессах быстро приводит к опале, причем еще и обидной – ответ императрицы на комментарии Сумарокова по ее «Наказу» 1767 года ходил в списках по столицам:

«Господин Сумароков хороший поэт, но слишком скоро думает, чтоб быть хорошим законодавцем; он связи довольной в мыслях не имеет…» (Екатерина II)

Обидевшись, Александр Петрович пишет о суетности мира – за 56 лет до предсмертного стихотворения Державина «Река времен». Интересно, что улучшение отношений с Тредиаковским (вместе удобнее атаковать Ломоносова, поджидая его в темном переулке с крутой разборкой метафор) совпало по времени с применением Сумароковым дактиля, который, как и хорей, отделяется от ямба ударением на первый слог (скажи мне, на какой слог у тебя ударение в стопе, и я скажу, кто сегодня твой друг).

Счастье, забава,Светлость корон,Пышность и слава —Все только сон.(Александр Сумароков, «На суету человека»)

И как во сне будет жить Сумароков в свое последнее десятилетие, достигая апогея психической неуравновешенности: разгневал императрицу, ушел из театра, окончательно разругался с Ломоносовым (при попытке стать членом Академии наук) и поссорился со своим учеником Иваном Елагиным (директором Придворного театра), который затягивал постановку пьес, подвергая их цензуре. Уже не зная, кому пожаловаться, Сумароков написал письмо Вольтеру и, как ни странно, получил в ответ послание поддержки (и теперь имел право писать в резюме: состоял в переписке с ведущими французскими философами)!

С кем еще рассориться? К 20-летию совместной жизни (чтоб уж точно стать самым конфликтным литератором в русской истории) Сумароков разводится с женой, а затем становится автором самого громкого скандала десятилетия, вступив в брак с дочерью своего кучера Верой Прохоровой (на тот момент у них уже были сын и дочь).

…А пастушка не кричит,Хоть стращает, да молчит:Для чего же не кричит, я того не знаю.(Александр Сумароков. Из цикла «Песни»)

Н. де Ларжильер. Вольтер

Письмо императрицы графу Орлову. Вероятно, тем же изящным почерком Екатерина смиряла Сумарокова

Приятно удивился Александр Петрович, когда в знак признательности своих заслуг получил достойнейшее пенсионное обеспечение в две тысячи рублей (таким же будет оклад государственного историографа Николая Карамзина через 50 лет, только в силу полувековой инфляции пенсия Сумарокова была значительнее), впрочем, благосостояние зависит в первую очередь от уровня расточительности, а уровень этот был у Сумарокова крайне высоким, и независимо от объема получаемых денег он постоянно влезал в огромные долги.

На дне: утрата облика, здоровья, имени и жизни

В конце 1760-х годов Сумароков перебирается в Москву, предусмотрительно выйдя из опалы (и императрица, находясь в позитивном настроении, жалует три тысячи рублей на переезд). Но, продолжая проявлять свой буйный нрав, во время раздела имущества (по смерти отца) так мощно ссорится со своими родственниками, что родная мать, Прасковья Ивановна, не пускает его в свой дом, предает проклятию и обращается за протекцией к императрице – исполняя царскую волю, Александр Петрович вынужден просить прощения у своей родни…

Дж. Кваренги. Проект зрительного зала Эрмитажного театра

Очередной конфликт: одна из пьес Сумарокова ставится против его воли приказом московского главнокомандующего. Александр Петрович требует отменить премьеру хотя бы потому, что