Читать книгу - "Жизнь и ложь Альбуса Дамблдора. Рита Скитер - Ю. С. Горпиненко"

они что-то упомянут или о чем-то подумают, обя­зательно сообщите об этом."

Альбус быстро кивнул. "Я так и сде­лаю, сэр!" – он послушно прощебетал.

Он направился к двери и прошел в фойе. Кендра встала с кресла с озабо­ченным видом. Чиновник кивнул ей. "Луч­шие пожелания, мэм. Суд состоится 27 ноября."

Кендра кивнула. "Спасибо. Позвольте проводить вас..."

К тому времени, как она вернулась, Альбус уже пришел в себя. Его руки пе­рестали дрожать от сосредоточенности и напряжения, вызванного ложью.

"О чем он спрашивал? " – поинтере­совалась его мать.

"Все, что мы от него ожидали," – от­ветил Альбус. "Я убедил его не говорить с Аберфортом и Арианой."

Глаза Кендры наполнились слезами, когда она улыбнулась, переполненная эмоциями. "О, Альбус, ты такой хороший сын. Когда твоего отца не стало..." – она по­перхнулась.

"Не волнуйся, мама," – утешительно ответил Альбус. "Все будет хорошо."

28 НОЯБРЯ 1891 ГОДА

Насыпное Нагорье

Англия

Все, к сожалению, было не в поряд­ке. Кендра сидела за кухонным столом с красными и опухшими от слез глазами. Когда она вернулась накануне вечером, стало ясно, что все прошло не очень хоро­шо. Мать Альбуса тогда была не в состо­янии говорить, но теперь Альбус затронул эту тему.

"Что они решили?" – спросил он.

Кендра промокнула глаза носовым платком. "Он был приговорен," – голос ее сорвался, – "к пожизненному заключению в Азкабане."

Эта новость вызвала новый виток слез. Альбус воспринял новость с хо­лодной отрешенностью. После того как он увидел своего отца той ночью... он не мог не задаться вопросом, заслужил ли он это или нет. Мать Альбуса восприняла его отсутствие эмоций иначе. Она ласково улыбнулась.

"О, благословляю тебя, ты еще слиш­ком мал, чтобы понять. Со временем, Аль­бус..." – она замолчала. "Иди, забери своих брата и сестру и скажи им, чтобы собира­ли вещи."

"Собирали вещи?" – спросил Альбус.

Кендра кивнула. "Мы переезжаем. Моя сестра подыскала нам место подаль­ше от дома. Надеюсь, подальше от этого скандала."

Сердце Альбуса упало. В следую­щем году он должен был начать учиться. "Я ведь все равно буду учиться в Хогвар­тсе?"

Она рассеянно кивнула. "О, да. Те­перь иди собирайся."

Альбус поднялся по лестнице, что­бы найти брата и сестру. Он нашел Аберфорта в его комнате, смотрящим в окно. "Мы переезжаем, Аберфорт. Мама хочет, чтобы ты собрал вещи."

Аберфорт не отвечал ни минуты. "Это из-за Арианы, не так ли?"

Альбус колебался.

Его брат обернулся, и в его глазах отразилось выражение, далеко превос­ходящее его годы. "Ты винишь ее, не так ли?"

Помедлив, Альбус кивнул.

"Она не виновата," – настаивал Абер­форт. "Она не просила об этом!"

"Если бы она послушалась меня, когда я сказал ей зайти в дом."

"Она еще ребенок, Альбус!"

Альбус крикнул в ответ: "Так же, как и ты!".

Аберфорт замолчал и уставился на брата. Альбус понимал, что это почти не­справедливо, ведь ему самому было все­го десять лет, но он чувствовал себя го­раздо взрослее своих лет. Он всегда так считал. Читать он начал в четыре года, писать - вскоре после этого. Он всегда опережал других детей. Всегда был выше других. Может, он и был молод, но гораздо мудрее, чем казался.

"Она не виновата," – повторил Абер­форт, уже тише. "Она очень грустит из-за этого. Обо всем."

Альбус ничего не ответил. Он не мог отделаться от мысли, что именно она ви­новата во всей этой ситуации. За то, что заставила их переехать. За то, что поса­дила их отца в тюрьму. За то, что разруши­ла их жизни. За то, что подвергла семью опасности. За то, что она причинила вред этим маглам, пусть и ненамеренно.

"Хорошо. Иди и помоги ей собрать вещи. Я буду в своей комнате."

Аберфорт ничего не ответил, пока Альбус шел из комнаты в свою. Он с грохотом захлопнул дверь и опустился на пол, уронив голову на руки. В этот момент он винил всех. Он винил Ариа­ну за то, что она все это затеяла, своего отца за то, что он все усугубил. Он винил Аберфорта за то, что тот защищал их, и свою мать за то, что она была слишком слаба, чтобы хоть чем-то им помочь. Он винил себя за то, что не заставил Ариану вернуться в дом, и винил маглов за то, что они причинили ей такую боль, какую причинили.

Выпустив на свободу все свои сдер­живаемые эмоции, Альбус разрыдался. Он ненавидел свою жизнь. Он ненави­дел этот скандал. Он ненавидел, что все смотрят на него с подозрением, когда он идет в магазин за молоком. Альбус не­навидел свою семью и себя. Возможно, переехав, он сможет начать все с чисто­го листа. Да, с чистого листа. Звучит не­плохо.

Встав, Альбус вытащил из шкафа свой сундук и начал бессистемно бро­сать туда одежду, по лицу всё ещё текли слёзы. Опустошив целый ящик, он оста­новился и посмотрел на беспорядок. Это был не он. Альбус был аккуратен, упоря­дочен. Он никогда бы не стал запихивать одежду в сундук с таким хаосом. Что он делал?

Почти в оцепенении Альбус доста­вал каждый предмет одежды, склады­вал его и укладывал на кровать. Когда получилось несколько аккуратных ря­дов, он перенес их обратно в сундук,  расположив в наиболее стратегически выгодном порядке, чтобы вместить как можно больше одежды. Это был Альбус. Организованный, правильный, а глав­ное – контролирующий ситуацию. Альбус контролировал ситуацию. Он вспомнил о клятве, которую дал в ночь преступле­ния своего отца.

"Я контролирую ситуацию," – пробор­мотал Альбус про себя. Он повторял сно­ва и снова: "Я контролирую себя."

Альбус принялся за следующий ящик, аккуратно складывая все вещи. Закончив с одеждой, Альбус перешел к другим вещам. Он упаковывал и упа­ковывал безделушки, пока не добрал­ся до чего-то удивительно знакомого и в то же время странного. Это была пара запонок, больших, аляповатых, с выгравированным фамильным гербом. Персиваль подарил их Альбусу, сказав, что они передавались старшему сыну на протяжении пяти поколений. Носить их и представлять семью должно было быть честью. Альбус повертел их в ру­ках. Он не чувствовал себя польщен­ным.

Переведя взгляд с запонок на сундук и обратно, Альбус нахмурился. Он мог бы их взять. Они были маленькими и почти не занимали места. Он мог бы подарить их Аберфорту, несмотря на нарушение тра­диций. Но Альбусу почему-то не хотелось этого делать. Он чувствовал, что его пре­дал отец, которому он доверял так много. Слишком многое. Зачем он забрал его в ту ночь и нанес ему шрам на всю жизнь? Чтобы доказать,