Читать книгу - "История философии - Энтони Грейлинг"

влиянию на британских идеалистов, так и косвенному, проявившемуся через реакцию на них со стороны основателей аналитической философии.

Для некоторых исследователей Гегель по величине своей фигуры сопоставим с Кантом. Одним из главных сходств между ними, безусловно, является сложность и масштабность их трудов, ведь оба они были мыслителями крупного, амбиозного и новаторского склада. Другие ученые считают его даже более значительным, чем Кант, из-за того влияния, которое его мысль оказала на ключевые направления философии, политики и практических мировых дел с его времени и до наших дней. Для третьих же его практически не существует: многие из тех, кто преподает и пишет о философии в англоязычной аналитической традиции, уделяют его трудам мало внимания; некоторые едва ли прочитали хоть слово из написанного им и никогда не испытывали в этом потребности.

Гегель родился в Штутгарте в 1770 году. Его отец был чиновником в правительстве герцога Баден-Вюртембергского, мать — дочерью юриста верховного суда герцогства. Она умерла, когда Гегелю было тринадцать лет. Его брат, Георг Людвиг, был армейским офицером и погиб на военной службе во время русского похода Наполеона 1812 года.

Гегель получил образование в протестантской семинарии при Тюбингенском университете. Там он подружился с Фридрихом Шеллингом и Фридрихом Гёльдерлином. Все трое были страстно увлечены эллинской культурой и Французской революцией и в силу этого выступали против удушливой атмосферы семинарии и того, что они считали реакционным характером политики в немецкоязычных государствах. Хотя Шеллинг начал реализовывать свои философские амбиции еще в студенческие годы, Гегель последовал его примеру лишь позже — после того как Шеллинг стал профессором Йенского университета и пригласил его преподавать там в качестве приват-доцента. До этого времени Гегель зарабатывал на жизнь домашним учителем.

В Йене Гегель приступил к созданию своего самого знаменитого труда — «Феноменологии духа» (1807), рукопись которого он завершил под доносившиеся до города отзвуки победы Наполеона в битве при Йене. У него все еще не было стабильного места работы, и ему пришлось ненадолго занять пост редактора журнала, прежде чем стать директором школы — эту должность он занимал почти десять лет. Преподавание в школе натолкнуло его на мысль об энциклопедическом труде в трех частях, посвященных соответственно логике, миру природы и «Geist» (разуму или духу). Работая в школе, он написал первую часть этого амбициозного проекта — «Науку логики».

В 1816 году Гегель наконец получил оплачиваемую должность в Гейдельбергском университете, где написал «Энциклопедию философских наук в кратком очерке» (1817). В следующем году он перешел в Берлинский университет; его слава росла, а лекции привлекали студентов со всего немецкоязычного мира и из-за его пределов. В 1821 году он опубликовал «Философию права», а в 1829 году стал ректором Берлинского университета. Он умер два года спустя во время эпидемии холеры. Легенда, повторяемая в различных вариациях, гласит, что его предсмертные слова были сетованием на то, что его философию так никто и не понял. Согласно одной версии, несомненно вымышленной, он прошептал своему ученику: «Никто не понял меня, кроме тебя... да и ты все понял неверно», — и испустил дух прежде, чем встревоженный ученик успел получить разъяснения.

С самого начала Гегель рассматривал философию как часть движения за политические и социальные реформы. Он считал, что она необходима как ответ на раскол в обществе, в частности, как средство восстановления гармонии между идеями и практикой, которая, как верили он и его друзья Гёльдерлин и Шеллинг, существовала в классической Греции. В самой ранней из своих публикаций, защищающей философию Шеллинга против Фихте, Гегель писал: «Раздвоенность есть источник потребности в философии». Он и его друзья были удручены тем, что виделось им как отсутствие целостности в немецкой культуре, и сходились во мнении, что единственное, чем немецкая культура могла гордиться, — это Кант. Тем не менее они критически относились к философии Канта; Гёльдерлин говорил, что Кант подобен Моисею, который вывел свой народ из изгнания, но этому народу все еще требуется проводник в Землю обетованную.

Втроем друзья составили документ, задуманный, по всей видимости, Гёльдерлином, хотя долгое время его считали ранней работой Гегеля (поскольку дошедшая до нас рукопись написана его почерком), получивший название «Старейшая системная программа немецкого идеализма». Очерченный в нем проект начинается с кантовской идеи человека как радикально свободного нравственного существа, где свобода — это подчинение законам, которые люди сами себе предписывают. Но авторы документа идут дальше Канта, утверждая, что способность разума создавать и применять к самому себе подобный закон свидетельствует о том, что он не ограничен теми рамками, которые очертил Кант; напротив, разум следует признать способным перешагнуть границы эмпирического опыта и дать ответ на вопрос: «Каким должен быть мир для нравственного существа?»

Этот ответ сформулирован в терминах метафизики «Идей». Авторам документа казалось очевидным, что науке пойдет на пользу освобождение от оков того, что они называли всего лишь «рутинным» экспериментальным методом. Но что еще важнее, концепция «Идей» указывала путь к совершенно новой теории государства. Для этого требовалось показать, что на самом деле никакой «Идеи» государства не существует: «Нет никакой Идеи государства, как нет и Идеи машины, потому что государство — это нечто механическое. “Идеей” может быть только то, что является предметом свободы. А значит, мы должны выйти за пределы государства! Ибо любое государство обращается с людьми лишь как с винтиками в своей машине». И задача философии в этой программе — заложить основу для общества нового типа, в котором все равны и свободны, поскольку их разум освобожден, образован и автономен: наступит «абсолютная свобода всех умов, которые несут интеллектуальный мир в себе и не ищут ни Бога, ни бессмертия извне».

Эти революционные истоки мышления Гегеля просуществовали недолго. К тому времени, когда он написал «Феноменологию духа», он пришел к выводу, что историческая эпоха, в которую он живет, представляет собой кульминацию процесса культурной трансформации, а потому задача философии видится ему уже иной, нежели вначале, а именно: донести до каждого понимание того факта, что диалектический путь Духа пришел к своему завершению. Эти последние семь слов выражают самую суть философии Гегеля; их объяснение сводится к следующему.

Слово «Geist» означает «разум» или «дух», и для Гегеля оно означало всеобщий разум или деятельное начало, в котором сопричастны все отдельные человеческие умы. Известные трудности, связанные с тем, как именно переводить «Geist», обычно — и вполне разумно — побуждают некоторых переводчиков и большинство философов-комментаторов использовать само немецкое слово «Geist»: представьте себе, что оно означает «мировой разум» или «мировой дух», в котором сопричастны наши индивидуальные конечные умы. Как