Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

чувствовал недовольство таинственной ауры даже тем, что просто грел себя магией. А Кутень так вообще стал иногда подвывать — он уже не мог даже перекинуться в тень, и сейчас был уязвим перед любым, даже обычным оружием.

Дракон поморщился:

— Знаешь, смертный, я всё же создаю эту оболочку… — Холодраг ткнул себя в грудь, — … не для того, чтобы она отбросила чешую где-нибудь в подземелье, переполненном тупыми кикиморами.

— Не такими уж и тупыми, — пробормотал я, глядя вперёд.

Проход перед нами закрывала решётка. Несколько вертикальных прутьев опустились из пазов в потолке, перекрывая проход всем, кто крупнее обычной кикиморы.

Да, железо было корявым и ржавым, и прутья нельзя было назвать прямыми, но это было железо! Добытое из руды, отлитое и выкованное каким-то не особо умелым кузнецом.

Да ещё через несколько шагов от решётки пещера поворачивала, и на стене виднелись всполохи света. Ровного, будто там дальше горели фонари.

— Кикиморы? — усмехнулся Холодраг, — Смеёшься? Да наверняка какой-нибудь хладоградский царь здесь раньше что-нибудь хранил, а они тут поселились. Может, тайный выход из Хладограда?

Я потрогал толстый железный прут и буркнул.

— Это было бы невероятным везением. Но магия света давно бы выдохлась.

И всё же мне тоже надо было оставаться в здравом уме. Разумные кикиморы? Ну, только если с божественным вмешательством.

Хотя под Солебрегом в магической зоне мне встречались лешаки, ведь разумная жизнь среди таких существ на самом деле не такая уж и редкость.

Вон, Холодраг же тоже, по сути, магическое существо. Просто невероятно могучее… Вот и отмерила ему магия мозги.

— Эй, смертный, не позволяй себе такие дерзкие мысли, — проворчал старик.

— Значит, всё же слышишь мои мысли?

— Слышу твою дерзость. Но даётся мне это, правда, всё труднее, давит гора. Может, всё-таки выйдем, а? Ну пораскинь мозгами, смертный! Даже я, бессмертный, уже опасаюсь твоего безрассудства!

— Тебе же ничего не грозит.

— Всё равно будут трудности, — Холодраг поскрёб бороду, — Если эта оболочка погибнет, и я… ну, тот настоящий я, что остался там, на реке… и я не получу все воспоминания и опыт из этого тела, то всё было впустую.

— Ааа, так вон как вы это делаете. Ты и вправду, получается, не связан с драконом? То есть, с его силой.

— Хладоградские артефакты по другому не обманешь.

— Ну, значит, ты должен как никто лучше меня понимать, — я ухватился за прутья, — Ты же сейчас, получается, частично смертный. Неужели тебе не интересно, что там?

— Совершенно. Что меня может удивить в магии? Какое-нибудь сердце горы, взращенное могучей магической аурой этих мест, и получившее зачатки разума. Такое сплошь и рядом случается.

Я дёрнул прут, и когда тот поддался, понял, что здесь мне хватит даже моей бросской силы. Подумав, я подлил чуть огня в кровь… Аура горы никак не среагировала. Получается, свойства моей крови она тоже не считает магией? Обидно даже.

Тогда я разогрел бросскую кровь посильнее, превращая огонь в крови в ярость и силу. И, зарычав, просто вытянул прут из паза внизу и отогнул. Сделал то же самое ещё с одним, получив достаточный для нас проход.

Я протиснулся вперёд, тщательно вглядываясь в темноту. Холодраг же, пройдя под погнутыми прутьями, хихикнул.

— Ты чего? — спросил я.

— Если кикиморы и вправду разумны, мне сильно интересно, как они будут гнуть эти прутья обратно.

Я лишь усмехнулся, представив мелких кикимор-обезьянок, висящих и дёргающихся на прутьях. «Стой, кикимора, подумай!» «Да чего тут думать, дёргаться надо».

Мы завернули за угол и застыли. Через несколько шагов на стенах пещеры виднелись следы обработки, словно кто-то пытался спрямить углы. А спустя ещё пару метров пещера и вправду превратилась в рукотворную шахту.

Светились не фонари, а деревянные балки и подпорки. Они стояли через каждый десяток шагов, подпирая потолок, и были выполнены из тех же сосен со светоносными свойствами. Проще говоря, это они мерцали ровным и довольно ярким светом.

— Ну надо же, — Холодраг потрогал деревянный брус, — Может, и вправду тут было подземелье. Царь или кнез какой-нибудь?

— Не думаю, — сказал я, глядя вперёд.

Кутень зарычал, когда из-за следующего поворота появились три кикиморы. Они были крупнее тех, которых я завалил ещё в пещере, но всё равно ростом были ниже моего пояса. Вот только эти кикиморы держали в руках корявые копья, на их плечах болталось какое-то подобие кожаных наплечников, а на поясе висели тряпичные повязки.

Цербер хотел было броситься, но я придержал его.

Именно вот эти тряпки, прикрывающие гениталии, заставили меня удивлённо вытаращиться. Это же одежда! Один из первых и довольно надёжных признаков разума.

Кикиморы что-то грозно прокричали, потом одна разогналась и, замахнувшись, метнула в нас копьё. Я и безо всякой магии перехватил летящую палку, которая для меня была просто большой стрелой.

И с интересом уставился на творение, созданное чьими-то неумелыми руками. Наконечник из того же ржавого железа, примотанный верёвкой из грубо обтёсанной палки. Верёвка, кстати, была сделана из тонкой шерсти.

Кикиморы что-то кричали между собой, вроде как грозились и ругались, но я не обращал внимания. Лишь показал Холодрагу:

— Ну и что скажешь?

Тот оценивающе кивнул.

— Это и вправду разум. Но, смертный, ясно одно — это разум немагический.

Тут я был с ним согласен. Тому, кто владеет магией, часто незачем создавать себе инструменты.

В этот момент в нас метнули второе копьё, и цербер перехватил его в воздухе, просто перекусив. Тогда кикиморы, переглянувшись, закричали и исчезли за поворотом.

Мы двигались по коридорам, с каждым шагом чувствуя всё большее давление магической ауры, и встречая всё более искусную обработку. Стены были теперь не только ровными, а даже испещрены рисунками. Корявыми, но не лишёнными вкуса — кикиморы рисовали себя, деревья, горы, и даже какие-то цветочки.

Такое чувство, что чем сильнее на нас давила аура, тем разумнее становились жители подземелья. Пару раз мы натыкались на патрули, которые так же, метая в нас копья, сразу сбегали.

На самом деле я уже и не хотел их особо убивать. Столкнувшись с тем, что это не безмозглые существа, я понял, что у них должен быть предводитель, и что проблему можно попытаться решить миром.

Наконец, вскоре мы натолкнулись на серьёзное сопротивление. Завернув за один из поворотов, мы уставились на настоящего бронированного рыцаря. Правда, ростом мне по пояс, да и доспехи висели на