Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

же смертный… Эх, а я надеялся вдруг получить могучего союзника. Вот же я вестник наивности!

— Так что ты всё-таки сделала? — прищурившись, спросил я, — Как ты вдруг овладела ещё и магией огня?

Бессмертная рассмеялась.

— Овладела? Я и есть стихия, я её дух… Я и Вьюга, я и Жара!

Она вдруг исчезла, превратившись в позёмку, и этот ветер полетел ко мне. Меня обожгло лютым холодом, но метель тут же превратилась в девушку, теперь уже вполне нормального роста.

Ну как нормального… Для бросса — да, а бард бы ей в грудь уткнулся. Хотя, зная Виола, уверен, он был бы этому только рад.

— Я чувствую в тебе азарт, смертный.

— Малуш, госпожа Вьюжара. Меня зовут Малуш.

Девушка словно и не заметила этого, лишь обходила вокруг меня, водя по доспеху ногтем, оставляющим морозный след на чёрной броне жука.

— Ты желаешь знать. Ты желаешь владеть. Даже несмотря на то, что ты лишь игрушка в руках богов, ты всё ещё горишь желанием, и ты… — она вдруг принюхалась, — Странно, от тебя пахнет, как от Огнезима. Помнится, он был влюблён в одну девушку…

Я удивился её проницательности.

— Агата?

Та лишь поморщилась, продолжая изучать мой запах.

— У неё есть дочь. Это дочь Огнезима, которая унаследовала его силу.

— Креона⁈

— Мне не интересны ваши имена, смертный!

— Но Огнезима ты, значит, запомнила? А бросса Малуша запомнить не можешь?

Вьюжара возмущённо открыла было рот, потом захлопнула. Я тут же улыбнулся — есть первая победа, пробил я её бессмертное хладнокровие.

— Ах, да, бросс… Я и забыла о вашем упрямстве. Как и о том, что вы предпочитаете решать всё силой, а не мозгами.

— Так, давай уже перейдём к делу.

— У тебя есть дело ко мне, смертный? Ты же сказал, что тебя здесь ничего не держит.

Тут уже я, открыв рот, сразу же его и закрыл. Да, хитрость, как говорится, не удалась.

— Хорошо, я тебе открою тот же секрет, что познал Огнезим, — Вьюжара приблизила лицо, — Но ты же понимаешь, смертный, что ничего не бывает просто так?

Глава 17

Ничего не бывает в этом мире просто так. Уж кому, как не мне, бывшему Тёмному Жрецу, знать об этом. Но когда я услышал, что хочет Вьюжара, мне даже стало слегка обидно за могучего Холодрага.

У того желание было связано с Вьюжарой, а вот хозяйка горы ни словом не обмолвилась о водяном драконе, сразу заявив:

— Мне нужно ожерелье царицы Хладограда.

— Эээ… — я прищурился, — Чьё? Я не ослышался?

Вьюжара, обернувшись позёмкой, улетела от меня и вновь возникла на троне. Положила ногу на ногу и откинулась на спинку.

— Нет, ты не ослышался.

Я открыл было рот, но странным образом губы хозяйки горы задвигались в унисон с моими.

— «Почему ты не можешь его достать сама? Почему не можешь создать подобное?»

Это я спросил или она сама сказала? А Вьюжара, заметив моё смятение, рассмеялась.

— Глупые смертные, вы всё меряете своими мирскими рамками. Я могу создать себе тысячи прекрасных ожерелий, — она махнула рукой, и пол вокруг меня засверкал россыпью украшений, — Но если я хочу именно то сапфировое ожерелье, которое носит на себе царица Хладоградская, значит, на то есть причины!

— Оно было твоим… — вдруг дошло до меня, и улыбка исчезла с лица Вьюжары.

Дальше я насмехаться над ней не стал, но другого объяснения не было. Духи стихий по сути — полубоги. И здесь, в обычном мире даже имеют больше возможностей, чем настоящие боги.

Чтобы ходить среди людей, превратившись в таких же смертных, им не нужно тратить божественный предел. Они — часть этого мира, и сила их крепко у нему привязана.

Но если Вьюжара сама когда-то отдала это ожерелье взамен за какую-то услугу, то отобрать его она не может. Как ни странно, нарушить своё слово могучие существа не могут, ведь их сила зиждется на их собственной воле.

Нет, конечно, и боги, и духи стихий могут обманывать смертных. Такое происходит сплошь и рядом… Но если Вьюжара честно подарила его, а теперь хочет ожерелье обратно, то она противится своему же собственному решению.

И единственная лазейка для бессмертных, как ни странно, это помощь обычных людей. Если я сам, по своей воле, своими собственными силами, достану это ожерелье — куплю, украду или отвоюю в бою — а потом отдам Вьюжаре, то она сможет обойти собственный запрет.

— Да, смертный, ты многое знаешь о законах мироздания, — бровь хозяйки горы чуть приподнялась, она явно слушала мои мысли.

— Знаешь, настроить против себя хладоградского царя, да и вообще весь север… — я пожал плечами, — Стоит ли оно того, это знание, которое ты хочешь подарить мне?

— А царь Стоян разве уже не настроен против тебя? Разве не от его войск ты сейчас прячешься и спасаешь своих друзей?

Я хмыкнул. Тут она была права.

— И всё же… — начал было я, но тут Вьюжара махнула рукой.

Моему удивлению не было предела, когда из стены метели неожиданно выскочил Кутень. Цербер, кажется, и сам ошалел, потому что затряс головой и чихнул, выплёвывая комья снега.

Я в недоумении уставился на цербера, потом покосился на хозяйку горы. Она верно прочитала мой взгляд.

— Да ну будет тебе, смертный! Холодраг влюблён в меня по уши, и любая моя просьба для него — закон. Да и его условие ты выполнил, передал его слова.

Я лишь поджал губы. Эх, Холодраг, Холодраг… Такой могучий, такой великий речной дракон, а всё туда же. Любовь поманила его пальчиком, и уже завилял драконий хвост.

— Там-там-там, — протявкал цербер, показывая мне, что ему у речного хозяина не особо понравилось. Рыбы оказалось не так уж и много.

— Теперь ты будешь держать его в плену? — спросил я хозяйку горы.

Вьюжара даже слегка обиделась. Потом махнула рукой, и стена вьюги выплюнула вихрь, который подтолкнул Кутеня ко мне.

— Нет, глупый смертный, — она улыбнулась, потом закатила глаза, — Холодраг привык решать дела грубой силой. Но нам с тобой зачем быть врагами?

Цербер переглянулся со мной, а потом шагнул в портал Тьмы и спокойно исчез. Я усмехнулся, понимая, что Кутень действительно свободен. Да, хозяйка горы была хитра, даже очень.