Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Я почувствовал, как от его слов астрал Виолы негодованием и чувством несправедливости. Возмущение — такое острое, что у меня аж в груди закололо. Она резко повернулась к Захару, открыла рот, чтобы что-то сказать… и закрыла. Сжала губы в тонкую линию, сглотнула комок в горле и отвернулась, скрестив руки на груди.

Почему она сдержалась? Ведь может же быть резкой — я видел. А тут молчит. Интересно почему? Ладно, потом разберусь. Сейчас надо гасить этот пожар.

Я быстро накрыл астрал Захара своим полем и стал переводить его бушующие эмоции в спокойствие.

— Захар, — сказал я ровным тоном, — ты забыл, что благодаря ей Григорий вон мёртвый валяется.

— Но она же… — попытался он возразить, но я перебил его.

— Она, — продолжил я, глядя ему прямо в глаза, — прилетела сюда, когда могла просто остаться в стороне. Она сама влезла в драку и помогла нам. А теперь нам ещё Романа надо доставить в безопасное место. Длительный перелёт на Землю на этом воздухолёте он вряд ли выдержит.

Захар закусил губу и перевёл взгляд на лежащего без сознания Романа и на Амату, который сидел с закрытыми глазами, положив ладонь на грудь инженера. Ириец, похоже, вообще не вникал в разговор, а был полностью погружён в лечение.

— Амату его долечит в долине, — продолжил я, нажимая на логику. — И доставить его туда может только Виола на своём агрегате — других пилотов у нас нет. Или ты его сам на своём горбу потащишь?

— Да понял я, понял, — проворчал Захар, отводя взгляд и почёсывая затылок. — Но всё равно… бабы в форте — это беда. Попомни мои слова, Яр.

— Захар, я тебя услышал, — отрезал я, закрывая тему. — Пока работаем вместе, потом разберёмся.

Виола медленно выдохнула, и её астрал тоже чуть успокоился, но осадок у нее остался. Даже не осадок, а осадище. Я чувствовал, что её прямо трясёт изнутри от желания высказаться. Но она снова сдержалась.

Костя всё это время сидел на камне, осматривая своё перевязанное плечо и морщась от боли. Он в разговор не лез — видно, понимал, что пока не в том статусе, чтобы встревать в чужие споры. Но я чувствовал, что он внимательно следит за разговором, запоминая расстановку сил в нашей маленькой команде.

— Значит, так, — громко сказал я, привлекая внимание. — Слушаем все сюда. Крепим Романа к рулю ступы и идём через ущелье. Летунов там — больше сотни, но мы не будем с ними драться. Мы пройдём под ними так, что они нас не заметят.

— В ментальной невидимости, — кивнул Захар, почти полностью успокаиваясь.

— Именно, — подтвердил я. — Все вместе держим мысль «нас нет» и представляя всёотражающую зеркальную сферу. Амату задаёт ритм, мы подстраиваемся. Пять сознаний, слитых в одну мысль — это будет такая силища, что они нас просто не заметят.

Костя поднял голову, нахмурился.

— Я понимаю идею, — сказал он, растирая здоровой рукой шею, — но я не менталист. Как это вообще работает? Что значит «слить сознания»?

— Смотри, — я присел на корточки напротив него. — Ты знаешь, что в Ирии мысль имеет вес?

— Знаю, — кивнул Костя. — Нас учили. Здесь если представишь опасность — она придёт. Если испугаешься — страх материализуется. Мысль тут — почти магия.

— Верно, — я поднял палец вверх. — А теперь представь, что будет, если не один человек удерживает мысль, а несколько. Двое сливают сознания — мысль усиливается в семь раз. Не вдвое, Костя, а в семь. Трое — это уже семь во второй степени. Четверо — семь в третьей. А пятеро…

— Семь в четвёртой, — прошептал Костя, и его глаза расширились.

— Именно, — усмехнулся я. — Мы впятером создадим такую плотную ментальную завесу, что ни одна тварь нас не почувствует.

Костя медленно кивнул, переваривая.

— Да, нас учили, — сказал он задумчиво, — что в Ирии ментал — это основа всего. Что человек с сильным ментальным даром здесь может сворачивать горы. Но я никогда не думал, что это можно использовать вот так…

— Сейчас покажем, — я повернулся к Амату и Захару. — Амату, давай короткую демонстрацию.

Ириец открыл глаза, и я почувствовал, как его ментальное поле мягко развернулось, накрывая нас троих. Захар тут же подхватил ритм, и мы втроём запульсировали единой мыслью: «Нас нет. Зеркальная сфера. Нас нет. Зеркальная сфера».

Вокруг нас — я почувствовал это отчётливо — сгустился воздух и ментальная энергия сплела прозрачный, но осязаемый купол.

Виола ахнула.

— Ничего себе, — прошептала она, прижимая ладонь к груди. — Вы есть, но… вас как будто и нет.

— Именно! — довольно подтвердил Захар, выныривая из ритма и как будто забывая, что он только что был очень недоволен Виолой. — Работает! Мы так мимо жигарей прошли! Ты бы видела — они рычат, нюхают воздух, а нас не замечают вообще!

Костя поднялся с камня, шагнул ближе и осторожно вытянул руку, пропуская её сквозь границу сферы.

— Плотная граница, — уважительно сказал он, убирая руку. — Жаль не вижу, а только чувствую. А если не сработает? Если нас заметят?

Я ожидал этого вопроса: сомнения, ищущие подтверждения — это нормально. Я бы и сам сомневался на его месте.

— Если заметят, — сказал я, — будем отбиваться. Но не огненным щитом — щит я долго не удержу, эфиров не хватит. Есть вариант получше.

Я повернулся к Виоле, глядя на карман её куртки, из которой торчал серебристый скипетр.

— Виола, — обратился я к девушке, которая смотрела под ноги, о чём-то задумавшись. — Ты можешь накрыть силовым полем всю нашу группу?

Зональщица вздрогнула, выныривая из своих мыслей.

— Да, могу, — ответила Виола, доставая из кармана скипетр.

— Отлично, — сказал я, рассматривая серебристую штуку у Виолы в руках, которая напоминала гантелю с резными набалдашниками. — Тогда план такой. Если ментальная невидимость не сработает — Виола ставит поле, и мы отступаем под его прикрытием. За это время мы успеем перегруппироваться и встретить тварей организованно. Тогда уж, — я усмехнулся, — и заморозкой угостим, и огнём, и всем остальным.

— Годится, — кивнул Костя с боевым азартом в глазах.

— Тогда за дело! —