Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

ей, как мальчишка, восхищённо рассказывать о впечатлениях, что на него и его семью произвела отличная машина. — С дочерью тоже всё в порядке.

— Волнуется, наверное? — продолжала интересоваться Пивоварова. — Это у неё первая беременность?

— Первая, волнуется.

В кабинете физиотерапии никого не было, и Саблин сразу протянул ей ключи от машины Савченко. Но она их не взяла.

— Сегодня я подготовлю всё, что вы заказали по списку, а вы подъедете ночью, и мы всё погрузим, отвезём в лодку.

«Погрузим? Отвезем? — Розалия, судя по всему, собиралась во всех этих делах принимать самое активное участие. — А муж-то её будет?». И тут он понимает, что женщина всё ещё собирается с ним в рейд. Во всяком случае, она будет проситься. А Розалия уже достаёт шприц и показывает ему.

— Шея как ваша?

— Да нормально… — кстати, насчёт лечения — Аким действительно стал чувствовать себя хорошо, он не мог сказать точно, это силы его организма или от уколов с массажем, но от неприятных последствий контузии и следа не осталось. Ни голова, ни шея у него вообще не болели.

— Снимайте гимнастёрку, сделаю укол в район восьмого позвонка, разработаем весь плечевой пояс.

— Да не нужно, — начал было Саблин, но она настаивает:

— Я уже ампулу сломала… Давайте, давайте…. Препарат отличный, дорогой, эффективный…

И тогда он соглашается и снимает гимнастёрку.

⠀⠀

Глава 32

Она сделала ему укол, потом смазала плечи, лопатки и шею мазью и уложила его в кресло, а когда Саблин почувствовал, как ролики стали проминать ему мышцы, а она уселась рядом с его массажным креслом, он вдруг и говорит ей тихо:

— Мой дом… когда нас с семьёй не было, обыскивали.

Пивоварова уставилась на него и несколько секунд неотрывно смотрела, а потом наклонилась к нему пониже.

— Что?

— Мой дом обыскивали, — всё так же тихо повторил Аким.

Она опять отвечает не сразу, а лишь через несколько секунд.

— Это не мы, — и тут она немного насторожилась. — А у вас что-нибудь пропало?

— Кажется, нет, — отвечает прапорщик.

— Ящики целы? — уточняет физиотерапевт. Да, тут сразу чувствуется, что это её интересует. Вернее, только это её и интересует.

— Я их дома не храню, может, ещё целы.

Это «может ещё», конечно, ей не понравилось. Но Пивоварова говорит ему:

— Рада, что всё обошлось.

— Мой сын приводил в дом санитарку из госпиталя.

— Ваш сын — талантливый мальчик, — произносит Розалия.

«Талантливый мальчик!». Это выражение почему-то покоробило Саблина. Сын казака, боевого офицера, и — вдруг «талантливый мальчик». Он немного морщится. А Пивоварова, не обращая внимания на его гримасу, продолжает: — Для его возраста тяга к девушкам абсолютно нормальна, — она старалась оправдать Юрку, и в тоже время спросила: — Вы знаете, кого именно он приводил?

— Её зовут Нелли… Фамилию я не запомнил, — отвечает Саблин.

Розалия встаёт.

— Я сейчас узнаю о ней; если придут пациенты, скажите, что буду через пять минут.

Пришла она минут через десять и, присев на высокий стул рядом с его креслом, сообщает ему:

— Её фамилия Романовская, санитарка, убирала операционные и помогала в приёмном отделении. Второй день не выходит на работу и не ночует в общежитии, вещи какие-то не забрала.

Говорит она всё это быстро, по-деловому, как отчитывается, и чувствуется, что к факту обыска дома Саблиных Пивоварова относится без должной серьёзности: ну, какая-то девица пришла в дом и обыскала его. Воровка обычная. Ящики-то целы, а это для неё главное. А вот Аким — нет. Дело это для него — из ряда вон… Да и для всего казацкого общества Болотной тоже. Но вот огласки Саблин не хочет. Никак не хочет.

Если он пойдёт к старосте да расскажет, что его дом обыскали, так Анисим Николаевич обязательно устроит разбирательство. Он этого так не оставит. Всё про эту Нелли выяснит, ну и Юрке влетит, конечно. Но нет, точно нет, этих разбирательств прапорщику совсем не нужно, но знать, зачем эта шалавёнка его дом обыскивала, а денег при том не взяла, ему, конечно, хотелось бы.

Ролики массажного кресла так хорошо проминают спину, он просто каждый мускул свой чувствует. Это от укола… Или от мази. Саблин косится на Розалию, что сидит рядом с ним. И ему кажется, что она…

«Нет, она не имеет отношения к этому обыску. Хотя чёрт его знает!».

А она, поймав его взгляд, улыбается и говорит:

— Так как насчёт нашего разговора?

— Какого разговора? — уточняет Саблин. — У нас с вами столько их было… Я с женой меньше разговариваю.

— Ну, я просила вас взять меня с собой. Помните?

— А-а… — вспоминает он. — А я просил вас найти себе броню. Вы уже нашли?

— Я врач, — говорит она. — Я здесь работаю физиотерапевтом, потому что вакансий других не было. Моя специальность — хирургия.

— Врач — это да, это хорошо, но мне в рейд радист нужен, — отвечает ей прапорщик. — Радист со мной идти отказался.

— Я имею навыки обращения с рацией, — сразу заявляет Пивоварова. — Я младший лейтенант запаса, я прошла курсы младших офицеров, я знаю, как работать с рацией.

«Знает, как работать с рацией?». Он едва сдерживается, чтобы не усмехнуться.

— О как…? А навыки работы с РЭБ-ом имеете?

Тут Пивоварова ему уже не отвечает. На этом их разговор и заканчивается. Женщина, кажется, обижается на него. Но Саблину всё равно, не нужна она ему в болоте. Случись что… да даже и без этого, даже если ничего не случится, женщина в болоте — большая обуза. Тем более что ему нужен был не только радист, ему нужен был болотный человек, рыбарь. Такой, как Денис Калмыков.

«Жаль, конечно, что Вася отказался».

Потом он, когда уже оделся, передал список необходимого Розалии. А она, взглянув на список, произнесла чуть прохладно, видно, всё ещё дулась на прапорщика за отказ:

— Подъезжайте к дому Олега к одиннадцати. Я всё подготовлю, — и спросила: — Как себя чувствуете?

— Хорошо, — ответил он коротко.

— Если завтра утром не уедете, то приходите, я ещё вам поясницу перед дорогой проработаю.

И вправду он почувствовал себя после процедур лучше. Вот так живёшь и не знаешь, какую тяжесть таскаешь на плечах, а тут раз — и вдруг легко стало, а шеи так и вовсе не чувствуешь. Но это всё не успокаивало прапорщика. Никак не мог Аким угомониться, очень уж ему хотелось знать, кто послал девицу Нелли к нему в дом. И пошёл он… в чайную.

А там как раз уборка утренняя шла,