Читать книгу - "Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин"

в грудь молотом. И… у меня чуть руки не отвалились! Будто вся сила удара в меня обратно отлетела!

Ну… ладно!

Блокировал новый удар щитом и снова атаковал сам. Снова молотом, но уже пропуская через него молнию. И это сработало! Туша офицера забилась в конвульсиях, задымилась и упала поджаренной.

После его смерти пехота начала слегка «тупить». Из кузова грузовика высыпали с десяток гномов в гномских доспехах и вступили в бой. А я напомню, что доспехи превращают гнома в маленькую машину смерти. Классная штука, короче.

— Чёрт, и здесь тупик! — прокричал знакомым голосом один из гномов. С их помощью мы снова отбросили врагов немного назад. — Дубов, ты, что ли?

— Мортон! — узнал я знакомого.

— Ха! Хоть одна хорошая новость! — встал он рядом со мной, выстреливая сноп гранат из большой пушки. — Но здесь Саранча просто повсюду! Как… как… натуральная Саранча! Вот!

— Это я заметил.

— Они нас преследуют, будто знают, что мы везём установку, которая отслеживает их подкопы! Нам нужно прорваться к пристаням, чтобы погрузить её на ледокол.

Его гранаты взорвались в гуще Саранчи, вызвав там настоящий огненный ад.

— Тогда я могу пожелать вам только удачи, — глухо отозвался я. — Если можешь, прихвати людей.

— Возьму сколько могу, — кивнул гном, перезаряжая большой диск своей пушки. — И тебе удачи, Дубов. Настали тяжёлые времена… Всё! Грузимся! Попробуем пройти по параллельной улице!

— Дубов, пригодится! — из кабины высунулся Герхард и кинул мне небольшой ящик со сферами.

Я прибрал его в кольцо.

Отряд гномов быстро погрузился, прихватив с собой женщину с тремя мальчишками. Она плакала, когда уезжала. Может, от счастья, что ей удалось выбраться вместе с детьми. А может, нас заживо хоронила.

Но врагу не сдаётся наш гордый дирижабль!

Или как там пела на турнире княжна? Эх, сейчас бы сюда моих девчонок, но они заняты другим, не менее важным делом — удерживают ту самую пристань, к которой стекаются люди.

Прошло много времени. Или мало. В этих сумерках не поймёшь. Дома вокруг стали меньше, а вот Саранчи прибавилось. Паук выпил у меня всю ману, поэтому я сам её почти не использовал для атак.

Зато применял духовную энергию! Правда, и тут без проблем не обошлось. Едва я стал убивать иглами рядовую пехоту, как кто-то или что-то стало ставить духовные барьеры. Похоже, Саранча теперь и это умеет.

Напрягая духовное зрение, смог отыскать некую тварь, что пряталась в одном из зданий позади.

— Макс! — позвал я и сказал ему, где искать монстра.

Спустя минуту он вернулся, а барьер пропал.

— Пора уходить, Дубов! — крикнул Билибин сверху, сражаясь сразу с полудюжиной Жнецов.

Крик его был отрывистым, потому что если он будет орать из Инсекта, то я услышу белиберду. Не скажу, что обычно он говорит что-то осмысленное…

— Здесь больше некого спасать… — закончил за герцога капитан, зажимавший рану в боку. Шашкой он зарубил на моих глазах пехотинца.

И правда. Мы прошли долгий путь. Всё больше Саранчи стекалось к нам, а вот подкрепления не было. Больше к нам никто не смог прорваться, и почти все солдаты уже сражались врукопашную, потому что патроны кончились. Уже час по нам прилетали куски кислотной слизи. Но не прицельно — видимо, Мешки, как я назвал живую артиллерию, находились далеко.

— Отступаем! — выкрикнул я.

— Есть, Ваше Ситяельство, — отозвался капитан и продублировал: — Отступаем!

Я подскочил к Кремницкой и погрузил её вместе с заключённым на спину Альфачика.

— Ау? — жалобно и коротко проскулил тот.

— Коля? А ты? — спросила графиня.

Вместо ответа я качнул головой. Всех разом Лютоволк не унесёт. Тогда графиня, наклонившись, торопливо поцеловала меня, а затем Альфачик поскакал в сторону пристани с дирижаблями.

Наверху солдаты во главе с герцогом тоже отступали, а их преследовала Саранча.

— Идите, князь… — слабо простонал капитан. Его бойцы отходили дальше по улице, оставляя следы на снегу. — Я прикрою сколько смогу — всё равно мне не жить.

— Ага, — ответил я и кинул перед собой несколько шаров Герхарда.

Через секунду они нашинковали десятка три разномастных тварей и даже одного офицера.

Затем шлёпнул пригоршню целебной мази на рану капитана, и он громко заверещал:

— Жжётся! Жжётся!

— Помирать он собрался… — хмыкнул я и закинул его себе на плечо. А после бросился бежать, потому что Саранча уже со всех сторон лезла.

Да, похоже, Империя потеряла столицу. Люди вот-вот потеряют надежду. А я совершенно точно потерял ботинок. Новенький!

Но я за ним вернусь! И очень скоро! И затолкаю его в зад или цесаревичу, или Тарантиусу. Смотря кто мне попадётся первым… В любом случае… У меня есть и второй ботинок!

А пока надо выбраться из города и допросить странного уборщика.

Глава 21

Капитана я донёс до пристани для дирижаблей живым. Саранча преследовала нас, но пара гранат Герхарда покромсала их пыл на части. А затем ещё и я нырнул в проулок, который сверху был закрыт паутиной, и преградил путь за собой парой плевков чёрной дубовой паутины. Она жалила кислотой, если к ней прикоснуться.

Сверху Саранча ещё преследовала нас, перепрыгивая с крыши на крышу невысоких пригородных домов. Но вскоре их начали разить снайперские выстрелы, очень мощные, и преследователи быстро закончились.

На территорию воздушной пристани я ворвался не сильно позже Альфачика и остальных. Солдаты устало привалились к высоким стенам из модульных бетонных плит, графиня Кремницкая с пленником только слезла с Лютоволка. Гоша с Гошиком отдыхали, покачиваясь в гамаке из паутины. Восемь лап паука устало свешивались, а Араратский золотой шелкопряд обмахивал его крыльями.

Гоша хорошо потрудился. Его дорога жизни из паутины помогла выбраться нескольким тысячам людей.

С лязгом за мной закрылись ворота, я передал раненого подбежавшим с носилками медикам и смог оглядеться.

Эта пристань для дирижаблей находилась на юго-западе Санкт-Петербурга и была средней по размерам. То есть под сотню гектаров огороженной сеткой-рабицей территории, с дюжину самих пристаней для дирижаблей — толстых вышек с крестообразными площадками на вершине, — несколько приземистых зданий и ангаров в дальней части, а ближе ко мне — большое здание из стекла и железа, похожее на плюшку, на которую кто-то сел. Там находились магазины, кассы, залы ожиданий и выходы к посадочным площадкам.

Но сейчас всё было по-другому. Главное здание этого