Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

— Вы очень красивы, — улыбнулась она.

Она не держала на него зла. Почти. Он это понял и, сев на край кровати, коснулся поцелуем её губ.

— Прости, — произнёс он с искренним раскаянием.

— Не извиняйтесь, господин, это моя вина.

Не удержавшись, Мирелла протянула руку. Она коснулась щеки Даджи, затем его чёрных с синим отливом волос, связанных в хвост, и затаила дыхание. Раньше такая вольность могла стоить ей жизни.

Даджи усмехнулся.

— Ну? Чего ты таращишься на меня, как испуганная кошка? Честное слово, я тебя не съем.

— Правда? А можно мне погладить его, того другого? — спросила Мирелла.

Она тут же пожалела о своей просьбе, но было уже поздно, Даджи превратился в лиса.

Вместо привычной агрессии, испытываемой ко всем без исключения, громадный зверь сел на задницу и, обернув лапы хвостом, смерил её любопытным взглядом. Даже в сидячем положении он возвышался над ней, поэтому Мирелла не стала спускаться с кровати. Кончиками пальцев она коснулась его головы и тут же отдёрнула руку.

В ответ на это лис громко фыркнул. «Трусиха!» — услышала она презрительный мужской голос, совсем не похожий на мелодичный голос Даджи. Причём услышала не ушами, а чем-то другим. Впрочем, после похода на тот свет, её уже ничего особо не удивляло.

— Кто ты? — спросила она, насторожённо глядя на зверя.

«Твой ночной кошмар! Я бы давно сожрал тебя, если бы не тот дурак, что питает к тебе слабость».

— Ясно, — улыбнулась Мирелла. — Так можно погладить? — бесстрашно вопросила она.

«А если откушу руку, причём вместе с головой?» — последовал ироничный ответ.

— Я рискну.

Лис склонил голову, глядя на неё, а затем кивнул: «Тогда гладь».

На ощупь лисья шерсть оказалась такой же шелковистой, как волосы Даджи, и она ощутила тот же волнительный трепет, какой испытывала в присутствии человеческой части демона-лиса.

«Ну, что скажешь? Кто из нас лучше — я или он?» — поинтересовался зверь.

— Вы стоите друг друга, оба красавцы, — дипломатично произнесла Мирелла.

И в самом деле, громадный рыжий зверь с чёрными подпалинами на хвосте и лапах был необычайно хорош.

Лис снова фыркнул, но уже не так громко, как прежде. «Ладно, живи», — мысленно сказал он, и на его месте снова возник Даджи.

— Ну как, познакомились? — спросил он, снимая её с кровати.

— Да, — весело отозвалась Мирелла. С тех пор, как она переселилась в тело приморской ведьмы, она чувствовала себя так, будто в её жилах постоянно бурлит тот пенистый хмельной напиток из винограда, который Даджи называл шампанским. Расхрабрившись, она поцеловала его в щёку.

— Своевольничаешь? — вздёрнул он бровь.

— Почему нет? Любовь, знаешь ли, она такая, не знает сословных границ.

— Ладно, идём завтракать. И учти, если еда остыла, я не посмотрю ни на какую любовь и накажу тебя.

— Договорились, — взяв его под руку, Мирелла прильнула к нему бедром. — Только не бей слишком сильно, хорошо?

— Это уже не тебе решать… — он развернулся к ней. — С каких это пор мы перешли на «ты»?

— Вам показалось, мой господин, — пряча улыбку, она, как положено служанке, отступила назад и сложила подобающим образом руки.

Даджи смерил долгим взглядом её склонённую голову, украшенную замысловатой причёской из золотых волос, и в его душе вновь всколыхнулось давно забытое чувство. Он протянул руку и, приподняв её личико, испытующе посмотрел в синие как небо глаза.

— Странно видеть тебя в чужом облике, но что-то в этом есть. Иди рядом, хватит с меня твоего притворства. Не бойся, я тебя не накажу. Только если ты совсем уж выведешь меня из себя.

— Правда? — сверкнула улыбкой обрадованная Мирелла и, спохватившись, прижала пальцы к губам. — Ой! — она попыталась встать на колени, но Даджи не дал ей этого сделать.

— Глупая ведьма! Чего ты испугалась? Я же сказал, что не буду наказывать тебя по пустякам.

— Спасибо, мой господин, — с почтительным поклоном проговорила Мирелла и снова взяла его под руку. — Давайте поспешим, пока еда действительно не остыла.

— Идём, — согласился Даджи, и они направились к столовой.

В раздумье он вновь посмотрел на преобразившуюся ведьму. «Прекрасна как богиня и внутренне свободна как ветер. Если верить тому, что она сказала, больше её не тяготят прошлые грехи. И это плохо. Если Мирелла переродилась, то удержать её будет ещё сложнее. Пока ещё действует старая дрессура, но стоит дать слабину, и всё будет кончено, она улетит, и её уже не вернёшь. Кстати, есть ощущение, что мне не просто так отдали Владычицу ночи. Хранители хотят, чтобы я предпочёл её Мирелле? — Даджи припомнил неотступный взгляд девушки, висящей на кресте, и покачал головой. — Ну, даже не знаю. Конечно, она землячка, и у нас гораздо больше точек соприкосновения, поскольку мы из одного культурного слоя. Одна беда, на тот момент я посчитал, что Мирелла потеряна навсегда, а треклятый демон, если его не сдерживать, любому маркизу де Саду даст сто очков вперёд. Так что теперь поладить с Танечкой Орловой будет очень сложно. Интересно, почему она держится за облик аборигенки и ни разу не предстала в истинном виде? Неужели стесняется своей внешности? Значит, в исходном виде она выглядит не очень…»

«Не хочу Владычицу ночи, пусть будет Мирелла», — неожиданно заявил лис.

«Заткнись! Мои женщины тебя не касаются», — отозвался Даджи, удивлённый миролюбивым тоном демона. Впрочем, после ожесточённой схватки, в которой победитель так и не определился — во всяком случае, ему так казалось — их взаимоотношения несколько утеряли прежнюю напряжённость, чему он был только рад. «Почему именно она?» — спросил он.

«Потому что ведьма мне нравится», — последовал высокомерный ответ.

Даджи усмехнулся. «Опасаешься, что теперь, когда Владычица ночи вернула свои силы, она надерёт тебе задницу?»

Демон презрительно фыркнул. «Между прочим, это и твоя задница», — напомнил он.

«В том и беда, что задница у нас одна на двоих, — Даджи вздохнул. — Творишь всякую дичь ты, а отдуваться приходится мне. Кстати, не понимаю, почему ты её не прикончил».

«Потому что она такая же, как я», — не сразу ответил демон.

«Ого! — оживился Даджи. — Выходит, к Владычице ночи ты тоже не равнодушен? Тогда почему не она, а Мирелла?»

«Не твоё дело! И