Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

столовую Алексей несмотря на все перипетии успел, как и ничего с ним не случилось по дороге туда, во время приёма пищи и позже во время следования в общежитие. Наверное, именно чувство сытости и помогло ему пережить без особых потрясений реакцию другого заинтересованного лица на его решение. И оно было не изумлённое, хотя изумления там тоже хватало. Оно было скорее бешено-злобным. После первой волны удивления именно бешеной злобой и можно было охарактеризовать то состояние, в которое впал Леонид Игоревич, когда услышал ответ Белодревова на своё крайнее предложение. И перед сидящим в кресле Алексеем, посреди кабинета в усадьбе Белых метался Леонид Игоревич, размахивая руками и не сдерживаясь в словах.

— Но почему? — голос его срывался от злости — Тебя молокосос за такое здесь просто сгноят! Я к тебе со всей душой, а ты решил плюнуть в эту самую душу? Да ты у меня в дуэлях утонешь!! И что тогда? Сам приползёшь, но я тебя уже не приму. Нет. Не будет тебе места больше здесь. Тебе предлагали то, что другие даже помыслить не могут. А ты значит решил отмахнутся от меня? — Белых резко остановился и впился полным злости и обвинения взглядом в Алексея — Ты понимаешь, что теперь о школьном аттестате можешь просто забыть? Ты забыл, что школа вот в этих вот руках? — Леонид потряс кулаками в воздухе, предметно показывая, что он имеет ввиду. — Что молчишь?

— Я вам Леонид Игоревич своё решение сказал. Решение мною обдуманное и окончательное. — голос Белодревова был хоть и ровным, но предельно уставшим.

— Ради чего ты ерепенишься? Что ты крутишься как уж на сковороде? Решил так значит? Ну хорошо, посмотрим кто будет смеяться последним мальчишка! Ещё попомнишь мою доброту, когда она иссякнет. — Белых прекратил метаться по кабинету, под внимательным взглядом своего брата, явно ожидавшего чего угодно, судя по напряжению что его держало. Рухнув в кресло Леонид на несколько секунд замолчал, прикрыв веки и явно пытаясь успокоиться.

— Пошёл вон из моего дома молокосос. — теперь его голос был скорее усталым, чем злым. Но в тоне звучала окончательность и, наверное, приговор малолетнему идиоту. — Иди пожинай плоды своих решений.

Уже в двуколке, увозящей его в школу, Алексей был вынужден признать, что он точно зря грешил на жандармскую охрану в последнее время. Судя по реакции Леонида Игоревича на полученный отказ по всем фронтам, а главное на реальные переживания безопасника Белых о том, что их глава сорвётся, не нападения же Алексея на Леонида он боялся в конце то концов, при отсутствии этой самой охраны, и главное без общей известности его сегодняшнего визита в усадьбу Белых, далеко не факт, что его сегодня не закопали бы где-нибудь в лесочке по указанию Леонида. И далеко не факт, что совсем мёртвым.

p.s. Подписаться на автора жизнеописания попавшего в другой мир Алексея Николаевича. https://author.today/u/evgenynikitin/works

Напоминаю, что поставленный «лайк» книге улучшает не только мою карму)

Все предыдущие приключения описаны ранее:

Книга 1 «Последний из младшей ветви»

Книга 2 «Наследие младшей ветви»

Все ваши комментарии и высказанные в комментариях размышления, читаю внимательно. Не факт, что они изменят моё видение описываемых событий. но случается что критика или разумные высказывания действительно влияют на понимание тех ложных убеждений что влияют на жизнь Алексея Николаевича. Такое действительно уже случалось.

Глава 28

10 Декабря 1894 года. Понедельник.

г. Буй Костромская губерния.

Прошедшие три недели можно было считать сущим испытанием на прочность. Прочность здоровья, прочность силы воли и конечно устойчивости психики. Казалось бы, всё происходило так, как и прогнозировал в своих предположениях Алексей, но в действительности было намного тяжелее, чем он рассчитывал. Тяжелее в первую очередь морально. В классе его стали чураться ещё сильнее, чем это было раньше. Если раньше его просто бойкотировали, и не разговаривали, то теперь натурально шарахались от него, как чёрт от ладана. Стоило Белодревову появится где-то рядом, как одноклассники начинали напоминать мальков на мелкоте, прыская в разные стороны от любого шороха. В их глазах читалась иной раз натуральная паника, лишь бы кто не увидел их рядом с этим сумасшедшим бедствием. А то мало-ли посчитают что они с ним заодно, и пиши пропало.

Конечно с одной стороны это не так уж и напрягало Алексея, даже, наверное, было легче от того что не приходилось ни с кем общаться, отвечать на глупые вопросы или подковырки, но всё же чувство одиночества это не самое лучшее в жизни. И потихоньку такая «дружелюбная» обстановка начала его тяготить, незаметно, но настойчиво, в первую очередь своей показательностью. Стиснув зубы Алексей твердил самому себе, что осталось то по факту всего полгода до выпускного, и тогда пути дороги его с этими школьниками разойдутся навсегда. А полгода уж он протянет, несмотря на все трудности этого вынужденного «изгойства». Отдельной строкой он мог бы выделить поведение нескольких своих коллег по учёбе. Не в плане общительности — никто с ним не общался. А в том смысле что их реакция немного отличалась от реакции остальных.

Борисов со свойственной ему в последнее время серьёзностью во взгляде наблюдал за Алексеем с ехидной усмешкой, и как бы не вскипала внутри Алексея злость в моменте перехватывания такой ухмылки, предъявить своему тёзке ему было совершенно нечего. Договор с его отцом противный школьник судя по всему чтил безусловно. Нападок не совершал, реплик не выдавал, и в общем то ничего предосудительного не делал. Лишь всем видом своим показывал, что явно испытывает приятное настроение, когда видит эти тихие мучения Белодревова. И ещё, создавалось ощущение, что ждёт Борисов того самого момента, когда срок договора с его отцом истечёт и сможет он тогда развернутся на всю катушку в их противостоянии.

Белых и её компания состоящая из трёх девушек и двух мальчишек свиты, тоже несколько выбивалась из общей атмосферы. Сергей Обухов понятно, бросал периодически злобные взгляды в его сторону, но с разговорами не лез. Как, впрочем, и Игорь Филиппов. Вот только у Игорька к злобным взглядам добавлялась ещё и приторно-ехидная усмешка. Но опять же, к делу её не пришьешь. А лишних поводов ему эта свита Белых не давала для скандала. А вот трио школьниц что могли в прошлом месяце стать его невестами при его желании, своё неприятие к нему не скрывали совсем. Хорошо хоть делали это молча, но с таким видом что мама не горюй. Столько злобного презрения на их мордашках было нарисовано, когда они упирались в него взглядом, что хватило бы