Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

Чем меньше он отвлекается в итак постоянном временном цейтноте, тем быстрее он сможет дойти до магического доспеха.

Вообще магический доспех то как раз был самой универсальной и базовой защитой. Это плетение что в отличии от кольчуги закрывает тело полностью, и не как одежда, а скорее, как слой воздуха, ну или невидимой плёнки вокруг. Он прочнее кольчуги, и с каждым пройденным рангом не меняется ни в чём кроме своей прочности. Щиты конечно прочнее сами по себе, но их надо ставить, за ними надо следить и так далее. А доспех — это панацея для мага. И не мешает, и равномерно защищает как от кинетических нападений, так и магических. Даже в нужный момент превращается в этакий скафандр защищающий от воды или газов. Не долго на начальном уровне, но всё же. Чем сильнее маг, тем больше пользы от доспеха. И не смотря что у тела очень сложные очертания, особенно в движении — для доспеха это не имеет никакого значения. Он просто есть.

К большому сожалению Алексея он не мог на дуэлях использовать получающуюся кольчугу сразу по двум причинам. И обе были важны. Во-первых, дуэли происходили с несовершеннолетними школьниками, и они имели право оказывается не соглашаться на полную дуэль где можно применять как клинок с рукопашным боем, так и магией. Что они собственно и делали — вызывая его для схватки на шпагах, где он был ещё тем профаном. И самое главное во-вторых это был его тайный козырь что он готовил для более серьёзных передряг. Пусть его кольчуга станет неприятным сюрпризом для действительно настоящих противников что будут желать отправить его на перерождение. Да и кроме всего прочего, он просто не имел права дать кому-нибудь узнать, что занимается овладением магическими навыками. Именно такой договор у него был с Савельевым и Даниловым, а нарушать договоренности без особо важных причин — это последнее дело. Слово надо держать.

На последнем занятии с Арсением Сергеевичем его порадовали тем что они наконец-то приступят к атакующим плетениям. В триаде нападение-защита-здоровье это было слабое место Алексея. С целебной магией у него и так всё хорошо. По факту он чуть ли не на уровне Мага уже оперирует ею, занимаясь в своей комнате самоистязаниями. Разрез ножом на руке и самостоятельное лечение раны уже вошло в привычку во время чтения учебников, и давало это превосходный по своей эффективности результат. Да и постоянное использование во время физических тренировок давало неплохо о себе знать. Так что тут у него было всё хорошо. С защитными плетениями тоже был приличный прогресс благодаря прорыву с кольчугой. А щиты так вообще он уже ставил, не глядя и не задумываясь чуть ли не десяток за раз. Оставалось лишь что-то решить с нападением. И вот с этим пока было сложно. Всё что он мог использовать на данный момент — это те же щиты в виде остро заточенных дисков. Но при всей полезности этого плетения это было не то пальто, что надо по сезону. Так что несмотря на не очень большое желание Чанкина отвлекаться от общей магии на другое направление, учитель всё-таки решил начать с ним заниматься и основами водной магии. Тем более что именно это направление у него естественное и одно из самых перспективных. Плюс можно сказать родовое. Присущее всем, кто вышел из Белых, как его отец передавший по наследству сыну приоритет воды в магии.

Поднимаясь на свой этаж к классу, где первые два урока будут как раз у Арсения Сергеевича по теории магии, и где он как обычно, и также как все остальные учителя будет гнобить Белодревова на уроке, Алексей, не ослабляя ни на миг внимания за окружающим его пространством и встречающимися на пути школьниками, думал о предстоящем на тайном занятии сегодня изучении первого атакующего плетения водной магии — водяных пулях. Понятно, что прежде чем перейти к плетению уровня Адепта водяной магии придётся потрудится над самыми простыми плетениями, конденсирующими воду, но это так мелочи жизни. Всего лишь ступенька к настоящему изучению. И в своей способности эту ступеньку быстро перешагнуть Алексей не сомневался. Прогресс в целом давал достаточные для этого основания.

— Господин Белодревов, будьте любезны — голос старого секретаря директора школы был негромким и как всегда противным. Но в душе Алексея отозвался тревожным набатом.

p.s. Подписаться на автора жизнеописания попавшего в другой мир Алексея Николаевича. https://author.today/u/evgenynikitin/works

Напоминаю, что поставленный «лайк» книге улучшает не только мою карму)

Все предыдущие приключения описаны ранее:

Книга 1 «Последний из младшей ветви»

Книга 2 «Наследие младшей ветви»

Все ваши комментарии и высказанные в комментариях размышления, читаю внимательно. Не факт, что они изменят моё видение описываемых событий. но случается что критика или разумные высказывания действительно влияют на понимание тех ложных убеждений что влияют на жизнь Алексея Николаевича. Такое действительно уже случалось.

Глава 29

10 Декабря 1894 года. Понедельник.

г. Буй Костромская губерния.

Директорский кабинет не изменился, оставаясь точно таким же, как и раньше. Вот только теперь, в его пространстве присутствовал кроме непутёвого директора ещё один персонаж. И надо признать, персонаж этот для Алексея не самый приятный, по его воспоминаниям о первом впечатлении что когда-то тот произвёл на него. Высокий и рослый мужчина в тщательно отглаженном жандармском мундире темно-синего цвета с характерными светло-синими обшлагами, воротником и выпушками. Начищенный металлический прибор и пуговицы, теперь, они не поблёскивали как тогда в больнице, но были по-прежнему яркими, выделяющимися на фоне сукна. А серебряное шитье с эполетами и специальными жандармскими аксельбантами, всё также неизменно придавали этому образу какой-то праздничный вид, несколько не уместный, по его мнению, в данной обстановке. Завершался этот образ, щеголеватыми усиками с небольшими завернутыми вверх кончиками. Франтоватость за прошедшее время с их первой встречи никуда не делась. С совершенно без эмоциональным взглядом зеленых глаз, надо признать хорошо гармонирующих с его волосами цвета спелой пшеницы. Вот только Алексей понял, что зря посчитал его глаза без эмоциональными. На короткий миг в них промелькнуло что-то похожее на смесь раздражения и, наверное, презрения, прежде чем ротмистру удалось это скрыть за равнодушной маской безразличия.

— Добрый день Николай Семёнович, добрый день Дмитрий Иванович — поприветствовал по очереди директора и офицера Алексей, вовремя выудив из памяти представленного тогда в больнице Даниловым жандарма. Старательно изображая на лице достойное и учтивое выражение, подобающее этому моменту. Хотя внутри всё напряглось в ожидании не самых радужных новостей, от столь не приятной для него компании. Да и вообще в этом кабинете редко его посещали