Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

— Здравствуйте Алексей Николаевич — проговорил Антонов, с каким-то протягиванием фразы. Слегка царапнувшей слух. А вот ротмистр промолчал, лишь кивнув Алексею.

В кабинете воцарилось молчание, никем не прерываемое. Алексей молчал по простой причине того, что это его сюда вызвали, значит и совсем не ему начинать этот разговор. А вот Антонов с ротмистром молчали скорее всего в некой попытке оказать психологическое давление на школьника. Может с кем-то другим бы это и получилось, но уж точно не с ним. И, наверное, дело было даже не в том, что сорок лет с лишним он уже прожил раньше. Даже месяцы, прожитые в этом мире, давали достаточно жизненного опыта и бытовой мудрости, чтобы не вестись на эту уловку. И это безразличие школьника, явно начинало раздражать «взрослых» присутствующих в кабинете.

— Алексей Николаевич, мы сегодня вызвали вас чтобы обсудить ряд вопросов. Основной вопрос, который требуется обсудить, это окончание следствия жандармским управлением. — директор, закончив речь повернул голову в сторону прежде молчавшего жандармского офицера, передавая тем самым эстафету в начавшейся беседе.

Жандарм качнулся вперёд. Буквально на пару сантиметров, но это малозаметное движение Алексей ощутил отчётливо и ясно.

— Алексей Николаевич согласно вашему статусу свидетеля должен сообщить что расследование в отношении разбойного нападения на вас, и сопровождающего жандарма завершено. Виновность молодого господина Новикова и его слуг полностью подтверждена. По Роду Новиковых решение принято в соответствии со всеми уложениями о государевой службе и выражено в понижении в дворянских правах главной ветви Рода до личного дворянского достоинства. Без права возвышаться до потомственного дворянства в течении пятидесяти лет, как всем живым родовичам, так и их потомкам. Также представителям этого Рода запрещена государственная служба в течении пятидесяти лет. Со всеми ограничениями по получению государственного образования. Кроме этого в соответствии с Уложением о наказании с виновного Рода вязы виры перед пострадавшими сторонами. Перед государственной службой и Жандармским корпусом в размере двадцати тысяч рублей серебром, перед семьёй погибшего жандармского урядника в размере десять тысяч рублей серебром. И собственно перед вами в размере пяти тысяч рублей серебром. У вас по этому поводу есть какие-либо замечания или вопросы? Может быть желаете опротестовать какое-либо решение? — жандарм впился взглядом в лицо Алексея. Словно рассчитывал найти на его лице отблески жадности или иной какой низкой эмоции.

Вот только Белодревову в этот момент было совсем не до жадности. Его мозг лихорадочно анализировал услышанное, и надо признать услышанное его поразило достаточно сильно. Понижение в дворянских правах с наследственных до личных, пусть даже и только главную ветвь Рода, с которой и происходил его визави практически ставило на этом Роду крест. А в купе с отрезанием любой возможности возвыситься до потомственных в течении половины века, это было почти стиранием этой ветки Рода из истории. А если ещё и добавить запрет на возможность учиться и служить на государственном поприще, то вообще швах дело для родственников несостоявшегося убийцы. Такое и врагам не пожелаешь, хотя врагам то конечно и пожелаешь поправил сам себя Алексей, даже скорее поможешь достичь такой клоаки. Мелькнула мысль, а думал ли одураченный Вероникой Новиков вообще о чём ни будь подобном? О даже самой малой возможности такого исхода. Скорее всего нет. Но в любом случае виновен в первую очередь сам несостоявшийся убивец, кто бы и что ему не говорил, но на низость и подлость он пошёл сам, с трезвой головой и ясными мыслями. Так что куда шёл, туда и пришёл. Не Алексею тужить об этом. И вообще неожиданно для него дело это завершилось ещё и прибылью. Пять тысяч серебром это же о-го-го какая на самом деле сумма. Можно мелкую мастерскую или мануфактурку со стабильной доходностью прикупить. Например, маслобойню средненького размера. Шиковать конечно не получиться, но и голодная смерть точно теперь не грозит. Покашливание ротмистра вывело Алексея из своеобразного транса, и напомнило, что от него прямо здесь и сейчас ждут ответа на заданный вопрос.

— Нет, совершенно никаких замечаний, или несогласий по поводу принятого решения не имею. — чётко и уверенно отчеканил Алексей, прямо смотря в глаза ротмистру.

Ротмистр ещё примерно секунд десять молча побуравил стоящего перед ним парня, затем нахмурившись каким-то своим мыслям потянулся к внутреннему карману кителя, отстегнув предварительно пару пуговиц на нём, и достал вексель. Белодревову даже не надо было смотреть чтобы понимать, что этот банковский билет именно его часть виры полученной от провинившегося Рода Новиковых.

— Вот распишитесь в ведомости — ротмистр ткнул пальцем в бумагу на директорском столе и отступил на шаг в сторону, давая Алексею возможность спокойно подойти и посмотреть на указанный документ.

Бегло пробежав глазами по написанному тексту, и убедившись, что это действительно именно то о чём ему и сказали, он быстро поставил размашистую подпись под уведомлением что Алексей Николаевич Белодревов, Глава Рода Белодревов получил указанную виру в размере пяти тысяч рублей серебром от Рода Новиковых и претензий к указанному Роду более не имеет. Чернила остались на бумаге. Завершив тем самым ещё одну эпопею его новой жизни. Очередной небольшой этап, принёсший ему не только проблемы, но и снова обогативший его существование не самой огромной. Но очень существенной для него суммой. По крайней мере на данном отрезке жизни.

Подождав пару мгновений и дав возможность Алексею отойти от стола, ротмистр, проверив подпись удовлетворённо хмыкнул и повернувшись к Алексею криво усмехнулся.

— Должен также сообщить, что в соответствии с проведённым расследованием, Управление пришло к выводам что предыдущее нападение также было связанно с Новиковыми, а посему принято решение о снятии охраны с вас как свидетеля преступления. Поэтому с этого дня Жандармскому управлению более не требуется охранять вас, или каким-либо иным способом обеспечивать вашу безопасность. — Заметив неприятное удивление, промелькнувшее на лице Алексея, ротмистр откровенно ухмыльнулся и продолжил с неприкрытым сарказмом. — У вас есть возражения по этому поводу?

— Возражений нет — ответ Алексея прозвучал не совсем уверенно, что конечно не укрылось ни от ротмистра, ни от директора, но совладав со своими эмоциями Белодревов продолжил уже более уверенно — Я так понимаю, что более не обязан уведомлять жандармское управление по вопросам своего передвижения?

— Именно так. — с лёгкой полуулыбкой ротмистр продолжил — Более ресурсы управления и корпуса не будут расходоваться для вашей безопасности.

Намёк был настолько неприкрыт и язвителен, что Алексею с трудом удалось удержать лицо, чтобы на нём ничего не отобразилось из той гаммы чувств что, сейчас обуревали его по этому поводу. И по изменившейся ситуации в целом