Читать книгу - "НеТёмный 10 - Александр Изотов"

— И не говори, — усмехнулся Кутень.

Виол сослужил мне последнюю службу, уведя за собой толпу упырей до того, как я перехватил управление «брошью хозяина». И Морката исполнила своё обещание — лишила его дара превращаться в оборотня. И наплевать богине, что он остался на краю гибели, ведь вниз тут лететь ещё много.

К счастью, я не чувствовал, что бард укушен. Иначе бы он тоже давно подёрнулся тленом.

Встав на выступ, я смахнул останки упырей и бережно взял Виола на руки. Хотел было уже оттолкнуться, чтобы взлететь вверх, как вовремя застыл. Не спеши, бросс, подумай.

Хм-м… Если я обернусь пламенем, бард споёт последнюю песнь на погребальном костре. Если же я превращусь в холод… ну, от Виола тоже останутся только написанные им песни. Это, конечно, неплохо для барда, но хотелось бы сохранить его живого. А как его отсюда перенести-то?

Чувство опасности кольнуло меня, и я едва успел закрыться спиной, чтобы прикрыть телом барда. Вспыхнули мои щиты, но тщетно — плечо пронзила леденящая боль.

Я вывернул голову, чтобы увидеть торчащую из наплечника стрелу. Зачарованный наконечник достал кожу, но броня остановила его. Обернувшись, я вытаращился на стрелка, парящего в полусотне шагов на крылатой твари. Приручённая тенепёрая гарпия, взмахивая чадящими Тьмой крыльями, несла на своей спине… Дайю⁈

Да, это была лучевийская принцесса, облачённая в изящный тёмный доспех. Обнимая ногами шею магической твари, она держала в руках чёрный лук, и довольно улыбалась. На груди принцессы тоже алел рубин «броши хозяина».

Меня не удивило то, что гарпия была летающей, ведь полутёмные создания есть загадка даже для служителей Тьмы. Где-то, наверное, уже бегают кромешные дымчатые волчата от Кутеня, и кто знает, как кровь цербера усилила их?

— Хм, надо бы навестить, — задумчиво сказал Кутень, услышав мои мысли. Я лишь сдвинул уголок губ.

Мне не нравилась улыбка Дайю… Неужели Адгам настолько глубоко поразил злобой сердце девушки, что она забыла про своих друзей? И не только забыла, но и готова убить?

Наконечник стрелы холодил, пытаясь высосать мои силы, но чарователи наверняка не подозревали, что их магии придётся выхлебать бездонный колодец. Скорее заклинание захлебнётся, на меня теперь надо с десяток таких стрел, если не больше.

А вот аура принцессы стала гораздо сильнее, чем до этого, уровня магистра. Пятый ранг за такое короткое время⁈ Без тёмной алхимии это было невозможно!

Вот он, ещё один путь быстрого получения силы, к которому ни один служитель Тьмы в здравом уме не прибегнет. Только лишь в том случае, если он на краю гибели! Ну и кое-что смыслит в алхимии.

Я напряг магическое зрение. Да, её чакры были на пределе, а контуры могли порваться в любой момент, и тогда принцессу пожрёт её же магия Тьмы — человеческое тело не было способно принять столько магической силы за такой короткий период. Броссы, конечно же, не в счёт, хе-хе!

Тут я вспомнил, что у лучевийской принцессы была капля бросской крови в роду. Поэтому-то она и была ещё жива, другого объяснения не было. Я стиснул зубы, понимая, что это лишь отсрочка. Ей срочно нужна была помощь целителя, чтобы остановить разрушение контуров!

Тёмный Жрец не скупился на обучение своей лучшей ученицы, и вкладывал в неё силу любыми способами. А значит, она для него такой же расходный материал… посланный, чтобы убить меня. Если она не справится, он пошлёт ещё кого-нибудь. Вон их сколько у него по крепостям сидит, этих расходных материалов.

Я положил барда обратно на скалу и крикнул:

— Дайю! Я пришёл за тобой!

— Ты? Ты пришёл за мной? — девушка рассмеялась, — Зачем? Глупый бросс, зачем тогда бросал меня?

Ещё одна стрела свистнула с мою сторону, но я всего лишь смахнул её рукой, даже не стал ловить. Выдрал первую, надоевшую зудеть в плече. Сделал шаг вперёд.

— Я не бросал тебя! — крикнул я, — Наши пути разошлись, но вот я снова тут! Пришёл за тобой.

— Почему же ты лжёшь, Малуш? — Дайю звонко рассмеялась, но затем её взгляд похолодел, — Ведь ты пришёл не за мной! Ты пришёл, чтобы убить того, кто обо мне заботился всё это время.

Она отложила лук и раскинула руки в стороны. На её ладонях сгустилась Тьма, в прожилках которых сверкало алое пламя. На пальце принцессы я чётко разглядел Червонное Кольцо, символ крови и Тьмы, союза Жреца и поглотившей его стихии. Вот только кольцо было искусственное, не созданное Тьмой.

Сознание Дайю тоже было подёрнуто тёмным заклинанием. Обман. Вокруг принцессы один обман… Немного труда надо, чтобы сломить чужую волю, особенно если эту самую волю всё время гложут сомнения.

— Сначала оставил одну… Отдал дяде, которому я была не нужна! Который убил моего отца! Я была одна!

— Если бы я мог, Дайю, я бы сразу нашёл тебя!

— Да⁈ Тогда почему ты пришёл, чтобы убить господина Адгама⁈ Он приютил меня, заботился обо мне, как своей дочери! И ты хочешь отнять его у меня⁈ — в глазах Дайю плескался гнев, — А ведь я не верила… Прости меня, господин Адгам, прости!

Гнев, наполовину искусственный, наполовину искренний, подпитывал заклинания, наложенные на Дайю коварным бардом. Сожри меня Бездна, какая же могучая бардовская магия, даже я бы не смог так заморочить мозги!

Вот ведь смердящий свет! «Брошь хозяина» на нагруднике принцессы тоже замерцала, и вдруг я понял, что сейчас произойдёт… Когда гнев Дайю достигнет пика, брошь впрыснет в её кровь яд упыря, и на короткий миг я получу обращённого в чудовище магистра. Я уже с таким сражался, и вполне понимаю, что меня ждёт.

Но это Дайю! Я не могу позволить…

— Дайю, нет! — я стиснул кулаки, готовясь сорваться в атаку. Сорвать брошь, не дать магии активироваться.

— Да!!! — девушка расхохоталась.

Пружины тёмных заклинаний уже окутали её разум и тело. Ещё чуть-чуть, и Адгам использует свой козырь. Одноразовый козырь… И я не успеваю!

Кутень, покосившись на меня, вдруг дёрнулся и обернулся псом. Тем самым привычным нам всем цербером, которого Дайю последний раз видела не таким уж и большим щенком. И этот самый щенок полетел вперёд, скача прямо по воздуху и нарезая круги вокруг щёлкающей пастью недовольной гарпии, будто просился с ней поиграть!

Пылающие гневом глаза девушки вдруг подёрнулись удивлением. Заклинания, вихрящиеся вокруг её разума, на мгновение застыли, будто их чуть не