Читать книгу - "Между войной и миром - Владислав WISE"

всё так просто. Дауд не совсем прочно сидит в своем кресле. Идёт борьба двух группировок за влияние на правительство: Нур Мухаммеда Тараки и Бабрака Кармаля. Обе выступают с марксистко-ленинских позиций. Группа Тараки более радикальна в своих высказываниях. Кармаль намного осторожнее. Считает, что афганское общество не созрело для решительных перемен и перестройки государства на социалистические рельсы. Считает, что социальные преобразования в стране если и делать, то постепенно и осторожно, чтобы не вызвать недовольства у людей, духовенства, племенных вождей. Доля истины в его рассуждениях есть. Дауд же много обещает, но мало делает. В связи с этим, как объяснили мне в МИДе, положение в Кабуле весьма нестабильное. И МИДовцы тоже против того, чтобы ты ехал в Афганистан. Они считают, что появление в Кабуле человека твоего уровня может быть воспринято как наше вмешательство во внутренние дела Афганистана и сильно пошатнуть позиции сторонников дружбы с нами. Николай Константинович согласился с мнением руководства МИДа и принял такое решение: ты в Афганистан не поедешь.

Андрей изобразил гримасу недовольства, хотя внутренне соглашался с доводами Буракова.

— Отправим туда Медникова Андрея Исаевича. Он человек твёрдых убеждений, и достаточно здравомыслящий, чтобы определить, что полезно для нашего государства, а что нет. Поработай, пожалуйста, с ним в этом направлении. Месяца хватит для подготовки Медникова к поездке?

— Лучше два, — ответил Андрей быстро сориентировавшись как себя вести во время пространного монолога Буракова, и пояснил.

— Мне тут обещали организовать ряд встреч со знатоками Афганистана, специалистами узкого профиля. На некоторые из них я возьму Андрея Исаевича, пусть это вникает.

— Разумно, — согласился Бураков.

— Передай Медникову, что через два месяца у него командировка в Афганистан.

И резко сменил тему.

— Я слышал, Света собирается в Париж.

— Собирается, — улыбнулся Андрей. — Вы же знаете, ее хлебом не корми дай походить по музеям, а тут Лувр, художественная галерея.

— Понимаю, — усмехнулся Артур Борисович и протянул Андрею бумажный листик с написанным на нём номером телефона. — Пусть Света позвонит по этому телефону Яне Фёдоровне. У неё будет к девушке небольшая просьба.

— Передам, — весело усмехаясь, ответил Андрей.

— Ты чего веселишься?

— Наших женщин как эпидемия поразила. Валентина Ивановна, Анна Валерьевна, Анфиса Григорьевна, Алла Петровна, Ульяна Андреевна, и ещё четыре дамы из числа жён друзей Мамеда Алиевнча, все делают заказы Светлане. Света только успевает записывать их просьбы и пожелания, что им привезти из Парижа. А у меня теперь головная боль, где достать столько валюты, чтобы на всех хватило.

— С валютой решим, — рассмеялся Артур Борисович.

— Что ты хочешь, женщины! Каждая хочет быть красивой и особенной, выделяться из своего круга общения. Как, к субботе готов?

— Готов. Дарья Семёновна уже снасти приготовила.

— Кстати, а что сама Дарья Семёновна просила привезти ей из Парижа?

— Только Светлану. Чтобы дочь вернулась домой в целости и сохранности. А всякая ерунда западников ей неинтересна. Всё, что ей требуется, она и здесь найдёт.

— Молодец.

Вновь рассмеялся Бураков.

— Настоящий патриот своей страны на деле, а не на словах.

Тут загорелся зелёный огонек селектора и раздался голос Елены Аркадьевны.

— Артур Борисович, вас просит зайти Николай Константинович.

Андрей мгновенно поднялся.Бураков махнул ему рукой, ступай мол.

Андрей вышел из кабинета начальника и прошёл к себе.

В своей приёмной попросил секретаршу.

— Марина Алексеевна, пригласите ко мне Андрея Исаевича.

Две минуты спустя в кабинет Кошкина вошёл Медников.

— Андрей Исаевич, — Андрей внимательно посмотрел на своего подчинённого, которого искренне уважал как человека твёрдых убеждений, настоящего патриота своей Родины. И как очень грамотного специалиста в своём деле.

— У нашего руководства и у нас, — последние два слова Андрей выделил голосом, давая понять Медникову, что всё, что тот услышит дальше, имеет важное значение для страны, — есть интерес к Афганистану. Его недрам, возможностям их разработки. Руководство намерено отправить представителя Госплана для оценки целесообразности расширения сотрудничества с нашим южным соседом по вопросу разработки его недр. По линии Совмина и Министерства геологии там работают наши специалисты, но руководство Госплана хотело бы дать свою оценку целесообразности разработки недр Афганистана.

Как вы смотрите, чтобы посетить Афганистан и поработать там несколько месяцев?

— Поеду. Надо, так надо, но…

— Я в курсе, что вы не специалист по Афганистану. И не думаю, что таковой есть во всём Госплане. Поэтому ближайшие два месяца, вы и я, посетим ряд экспертов по Афганистану для консультаций. Как специалиста по логистике прошу подготовить в своей сфере вопросы знатокам Афганистана, которые вас будут интересовать для составления итогового отчёта.

— Сделаю.

— Как быстро?

— К концу четверга будут готовы.

— Тогда передайте часть своих обязанностей Павлу Андреевичу. И будьте готовы в четверг к поездке со мной в Совмин. Нас там будет ожидать Охримюк Евгений Михайлович, лучший специалист Союза по недрам Афганистана…

Медников молча кивнул головой.

— Можете идти, Андрей Исаевич, — отпустил Андрей подчинённого.

Оставшись один, Андрей начал анализировать происшедшее.

«Поездка не получилось… Логика в рассуждениях Артура Борисовича, и МИДовцев есть… В Афганистане мне лично пока делать особо нечего… Ладно, посмотрим, что будет в 1978-м, когда Тараки возьмёт власть и в Афганистан войдут наши войска… То, что посылают именно Медникова — это удача. Андрей Исаевич наш человек. Человек, на которого можно положиться… Нужно будет настроить его на создание сети из толковых афганцев, наших друзей. Патриотов своей страны, не терпящих западных корпораций. Андрей Исаевич этих жадных хищников терпеть не может и сумеет найти единомышленников среди афганцев… Удачно получилось, что именно Андрей Исаевич едет, а не кто-то другой…».

Глава 3

Часть 1. «Во всякой мудрости много печали…»

Москва, 10 июня 1976 года, 11:15, Совмин, кабинет Охримюка Евгения Михайловича, сотрудника аппарата Совмина, одного из ведущих геологов страны, специалиста по разработкам недр Афганистана. Именно Евгений Михайлович в 1957 году подписывал первый договор между СССР и Афганистаном об организации геологических изысканий в Афганистане советскими специалистами.

— Проходите товарищи. Рад видеть вас у себя.

Хозяин кабинета крепко пожал руки Кошкина и Медникова. Чувствовалась заинтересованность хозяина кабинета в разговоре с посетителями.

— Присаживайтесь. Я много слышал хорошего о вас, Семён Игнатьевич и о вас, Андрей Исаевич, а потому рад нашему личному знакомству.

Андрей знал, что Евгений Михайлович фронтовик, орденоносец, человек убеждённый, фанатик своего дела, целеустремлённый и трудолюбивый, один из тех, на ком держалась практическая геология СССР, потому ему было вдвойне интересно познакомиться с такой личностью, крупнейшим специалистом в своей отрасли.

Охримюк сразу же перешел к деловой части встречи.

— Мне звонили по поводу вашего визита и тому вопросу, что вас интересует. Мои сотрудники подготовили для вас соответствующие материалы.

Охримюк показал на внушительную стопку бумаг, что высилась