Читать книгу - "Между войной и миром - Владислав WISE"

— Это тебе презент от Семёна Игнатьевича.

Света с любопытством приняла увесистую книгу. Открыла, прочитала название сборника и крепко сжала губы.

Дарья Семёновна с любопытством наблюдала за дочерью.

Та же пробежала глазами оглавление. Наткнулась на статью знакомого ей автора — Арбузова. Открыла её. Прочитала первые строки и восхитилась.

— Ух ты, как интересно. Спасибо!

— Спасибо не мне, а Семёну Игнатьевичу.

— Ему тем более.

Света, продолжая рассматривать что-то в книге, намеревалась скрыться в своей спальне, но Дарья Семёновна остановила дочь.

— Подожди… Ещё есть новости.

— Да, мама? — Света оторвала глаза от статьи и посмотрела на мать.

— Вадим Николаевич хочет с тобой встретиться. У него есть для тебя предложение. Как ты смотришь на то, чтобы в конце июня в составе советской студенческой делегации съездить в Париж на студенческий форум?

— Париж!

Радостно вскрикнула Светлана и, отложив в сторону фолиант, кинулась горячо обнимать мать. — Ой, спасибо!…

Москва, 29 мая 1976 года, 15:15, конспиративная квартира

— Юрий Владимирович поддержал ваше намерение поработать в Афганистане. Особенно после предстоящего, по вашим словам, ввода туда наших войск в 1978 году, — говорил подполковник Удимов Андрею. — Он также одобрил, чтобы вы с помощью Николая Фомина получили возможность регулярно посещать тир для сотрудников МВД и обучаться в нём стрельбе и рукопашному бою в спортзале МВД. Дарья Семёновна рассказала мне, что Света завалила вас микрофильмами научных работ по Афганистану. Чтение всех этих книг и статей занятие, конечно, интересное, но не эффективное. Поэтому принято решение организовать вам, не последнему человеку в Госплане страны, ряд встреч с людьми, которые хорошо знают Афганистан и народы, проживающие в нём. Они проконсультируют вас по многим интересующим вас вопросам.

— Спасибо, — обрадовался Андрей.

Разумеется, все эти люди не должны знать, что вы из будущего, и истинных целей вашего интереса к Афганистану.

— К чему я это говорю. Некоторые из тех, с кем вам придётся общаться, сотрудники Генштаба и спецслужб страны, но не из нашего ведомства. Для них всех вы чиновник Госплана, проявляющий по заданию своего руководства интерес к природным ресурсам соседней страны, и выясняющий возможности нашего сотрудничества с правительством Афганистана. В ходе данной разработки поставьте перед своим руководством в Госплане задачу подключить для встреч с вами и вашей консультации работников МИДа. Они организуют вам встречи с сотрудниками афганского посольства, афганскими чиновниками и специалистами вашего профиля.

Москва, 5 июня 1976 года, 16:15, конспиративная квартира

— Света по заданию нашего ведомства к вам будет небольшое поручение.

Подполковник Удимов посмотрел на внучку Воронцова Семёна Петровича, боевого товарища его молодости.

— Слушаю вас, Вадим Николаевич.

— Нам известно, что вы очень наблюдательная, думающая и находчивая девушка. При вашем воспитании от вашего взгляда мало что ускользнет.

Вадим Николаевич немного замялся, подбирая правильную формулировку для тех слов, что собирался произнести.

— За кем нужно присмотреть? — мгновенно вставила вопрос в образовавшуюся паузу Светлана.

— Вообще то — за всеми. Группа сборная. Много малоизвестных людей. Но, если конкретно, то нас особенно интересуют две девушки из состава делегации. Студентка торгового института Майя Векшина, дочь начальника отдела Продторга Москвы. И студентка химфака МГУ, дочь работника Совмина Войтина Петра Федосеевича Ирина Войтина. Ирина Войтина склонна к экстравагантным выходкам. А у Векшиной зуд на приобретение и перепродажу красивых вещей. Как вы понимаете и в первом и во втором случае легко подставить человека под криминальную статью с последующий вербовкой. Мы пытались не допустить этих двух девушек в состав делегации, но к нам не прислушались. Ваша задача наблюдать за Войтиной и Векшиной. В случае чего либо подозрительного в их поведении или их окружении сообщить нашему сотруднику при группе. Я познакомлю вас с ним перед выездом. Как, справитесь?

— Надеюсь.

— Ну, а в остальном, если что-то вам покажется подозрительным, сообщайте нашему сотруднику.

— Сделаю.

— Тогда…

Но Светлана не дала закончить подполковнику фразу, после которой ей бы пришлось встать и уйти. Она перебила речь Удимова своим вопросом.

— Правда, что вы в молодости дружили с моим дедушкой?

— Правда.

— Расскажите мне о нём, каким он был.

— Он был человеком кристальной чистоты, преданным нашей Родине и нашей партии, профессионалом высокого класса…

Еще полчаса Света слушала рассказ подполковника о своём дедушке.

Квартиру для конспиративных встреч девушка покидала с твёрдым намерением выполнить задание Вадима Николаевича, чего бы ей это не стоило.

Москва, 8 июня 1976 года, 10:40, здание Госплана

На столе у Андрея загорелась зелёная лампочка аппарата внутренней связи.

— Слушаю вас, Марина Алексеевна, — включил громкую связь Андрей.

— Семён Игнатьевич, Артур Борисович просил вас зайти к нему.

— Спасибо.

Андрей поднялся и направился к кабинету заместителя Председателя Госплана.

В приемной Буракова Елена Аркадьевна оторвалась от какой то бумаги, которую изучала, мельком взглянула на вошедшего, и обронила:

— Проходите. Артур Борисович ждёт вас, — и вновь углубилась в чтение.

— Можно? — спросил Андрей Буракова, открывая внутреннюю дверь кабинета своего начальника.

— Проходи, садись, — приветливо махнул рукой Бураков, откладывая в сторону какой-то документ, который он изучал до этого. Дождавшись, когда Андрей устроится на привычном стуле, Артур Борисович начал.

Твоя записка по использованию в интересах нашей страны ресурсов Афганистана заинтересовала Николая Константиновича. Толково написано, очень толково. Только, Сеня. Тебе нет смысла туда ехать. Пошлём кого-то рангом помельче. О тебе. Слишком высокий пост для афганцев. А, если откровенно, то главное не в этом. Тут вопрос политического престижа нашей страны. И не только. Политбюро очень недовольно действиями Мухаммеда Дауда, президента Афганистана. Захир-шах нас вполне устраивал. У нас с ним были прекрасные отношения. Он не мешал нам. Мы не лезли в его дела. Помогали ему в разработке ряда месторождений и не грабили при этом страну, в отличие от некоторых других. Эти же, так называемые демократы…

Бураков досадливо скривил лицо.

— Хотя, о какой демократии у мусульман можно говорить. Это бред и фантазии европейских интеллигентов и либералов, которые приписывают народам, исповедующим ислам то, чего у них не было и не будет. Демократия у мусульман проста. Имам или шейх велел. Верующий сказал: «Аллах велик!», — и тут же начал исполнять поручение. Вот и вся демократия. Развели тут. Но, я не об этом. Короче, наши отношения с правительством Дауда очень сложные. Мы не доверяем его людям и очень опасаемся, что он снюхался или снюхается с американцами. Потому послать к ним человека твоего уровня это выразить Дауду доверие, которого он не заслуживает, и которое может использовать против нас.

Бураков сделал паузу, чтобы ответить на телефонный звонок.

— По твоему предложению Николай Константинович консультировался в МИДе. Нам посоветовали не спешить. В Кабуле не