Читать книгу - "Между войной и миром - Владислав WISE"

Пока ждали остальных гостей: Артура Борисовича с Яной Фёдоровной, двух коллег Мамеда по институту с их жёнами, и двух его земляков из Баку, приехавших в Москву на праздники, — Андрей нашёл возможность уединиться со Светланой для беседы.

— Света, — обратился Андрей к девушке, с любовью и любопытством смотревшей на него — о чём пойдет речь, когда они вдвоём вышли на балкон под лучи весеннего солнца.

— Света, мне кажется, что вы жестокая и бессердечная девушка.

— Это кто вам такое сказал? — враз ощетинилась Светлана.

— Я сам сделал такой вывод.

— На каком основании? — Светлана в упор посмотрела на собеседника.

— Вы за своими книгами совсем забыли свою маму. Оставили её в полном одиночестве. Не уделяете ей должного внимания.

— Понимаете, Семён Игнатьевич, — воинственное настроение вмиг покинуло Светлану, — мама никак не хочет понять, что я уже не ребёнок. Она всё ещё воспринимает меня малышкой, за которой нужен глаз да глаз, и которой следует регулярно подтирать сопельки. Вы бы объяснили ей её заблуждения.

— Лихо! — рассмеялся Андрей. — Мама мне жалуется на дочь, а дочь на маму, а я вроде разводящего и миротворца между вами.

— А почему бы и нет?

Задорно спросила девушка, в глазах которой заиграли озорные огоньки.

— Ладно, я вас помирю, — дал задний ход Андрей, понявший по взгляду Светланы, что ему готовят ловушку, и резко сменил тему.

— Света, — у меня будет к вам большая просьба.

— Слушаю вас? — насторожилась девушка, настраиваясь на серьезный лад.

— Вы ведь записаны в библиотеку имени Ленина?

— И не только. Также в ИНИОН, нашу институтскую библиотеку имени….

— Стоп, стоп, стоп, этого достаточно. Вы не могли бы заказать копии книг по истории, и географии Афганистана. Его климату. Его архитектуре. Обычаям и нравов народов, населяющих эту страну. Деньги на это, если потребуется, я вам выделю.

— Собираетесь в Афганистан? — насторожилась девушкам.

— Не исключено. Есть интерес к богатствам его недр. Хотелось бы знать заранее, куда я попаду, и с кем буду иметь дело, если меня отправят туда в командировку.

— И надолго? — прищурилась девушкам.

— Как получится. А там увидим. Да не переживайте вы. Я же не навечно туда уезжаю. Обычная рабочая командировка. Связь будем держать постоянно.

— И когда вы едете?

— Пока не скажу, не знаю сам, но не раньше, чем через полгода.

— Друзья мои, — на балконе появилась фигура хозяина приёма, — все уже собрались. Ждут только вас. Прошу!

Мамед Алиевич сделал жест, приглашая Андрея и Светлану покинуть балкон. И пройти в комнату, с накрытыми столами, где уже рассаживались гости Мамеда Алиевича и Валентины Ивановны…

Свердловск. 9 мая 1976 года. 19:10, квартира Крейцеров.

Перед дверью квартиры Крейцеров Ермолаев-Оберлендер взглянул на часы. И недовольно поморщился. Он опоздал по меньшей мере на три часа, от обещанного супруге срока. А с другой стороны не сбежишь же из обкома, когда в кабинете Первого секретаря обкома партии собрались ведущие партийные бонзы области, и местные администраторы из высших чинов области и города. С рюмками в руках они отмечали годовщину Дня Великой Победы над гитлеровской Германией и её союзниками. Борис Николаевич произнёс пространную речь перед собравшимися. Он весьма объективно заметил, что 9 мая это Священный День не только для народов Советского Союза, но и для всех народов, чьи представители сражались на фронтах против солдат Гитлера и его союзников. Не забыл упомянуть вклад в общую победу народа Соединённых Штатов, что особенно понравилось Оберлендеру-Ермолаеву.

Но это всё осталось позади. Трибуна. Демонстрация. Коньяк в кабинете Первого секретаря обкома партии. Важным представлялось лишь опоздание. Ермолаев-Оберлендер очень не любил нарушать свои обещания, особенно если он давал их нежно любимой супруге, а тут…

Тяжко вздохнув, Егор нажал кнопку звонка, расположенную у двери. Секунда ожидания. И дверь распахнулась. На пороге стоял Яков Маркович.

— А! Потерявшийся герой. Проходи, Егор, проходи.

Гостеприимным жестом пригласил в квартиру. Дождался, когда гость снимет верхнюю одежду. Указал во что переобуться.

В дверях, ведущих в гостиную, откуда неслись звуки шумного застолья, показалось Алёна Михайловна. При виде супруги Егор начал со слов:

— Извини…

Но Алёна бесцеремонно перебила мужа.

— Ай, оставь. Мы уже в курсе, что ты задержался в кабинете Первого.

— Откуда знаете? — удивился Ермолаев-Оберлендер.

— Наина Иосифовна просветила. Или ты забыл, на что способна тетя, если ей необходимо что-то выяснить.

— Это точно! — Ухмыльнулся Яков Маркович. — В этом Сарочке не откажешь. Любую спецслужбу обставит, если ей понадобится что-то узнать. Но проходите в комнату. Или вы намерены провести вечер в этой прихожей?

— Ну уж, нет, — рассмеялся Ермолаев-Оберлендер, и взял супругу за руку. Алёна подмигнула улыбающемуся дяде, и прошла с Егором в комнату, где за накрытым столом сидело до десятка гостей. Михаил Аронович и Дора Михайловна. Их дочь Римма с супругом Дмитрием. Евгений Львович с Милой Яковлевной. Швец Натан Борисович, директор местного дома культуры, со своей супругой Ноной Михайловной, Соня, племянница Милы Яковлевны, студентка Уральского государственного университета со своим избранником Николаем, скромным парнем из сельской глубинки, студентом того же университета. Во главе стола, на правах хозяйки, с видом владычицы восседала Сара Абрамовна. При виде появившегося в комнате Егора, она намерено торжественным тоном, произнесла.

— Возрадуемся, друзья! К нам прибыл сам Егор Егорович. Сегодня он так красиво смотрелся на трибуне рядом с первым секретарем обкома. А как изящно он махал своей рукой в такт Борису Николаевичу, приветствуя демонстрантов.

За столом грянул дружный хохот. Егор усмехнулся и, подняв руку, повторил присутствующим свой жест, которым приветствовал проходившие мимо трибуны колонны трудящихся. Хохот усилился. И чуть позже сменился дружными аплодисментами.

Алёна, чьи глаза горели гордостью за супруга, провела Егора к предназначенному ему стулу. Место было между Алёной и Сарой Абрамовной. Усадила Егора. Села рядом и протянула мужу рюмку со спиртным.

С рюмкой в руках поднялся Яков Маркович.

— Друзья, — начал он…

Празднование продолжалась.

Москва. 20 мая 1976. Квартира Кошкина.

Андрей с несколько растерянным видом наблюдал за действиями Светланы, которая в его рабочем кабинете, рядом с купленным на днях прибором для чтения микрофильмов, выгружала из своей сумки рулоны фотоплёнок, с фотокопиями текстов книг про Афганистан, которые она выполнила в библиотеках Москвы.

— Это всё? — с надеждой спросил Андрей, когда двадцать первый по счёту объёмный рулон пленки оказался на столе.

— Всего лишь треть того, что можно было накопировать, — спокойным тоном заметила Светлана с насмешкой во взгляде, поглядывая на того, кого она так любила.

— Я решила, пока, ограничиться основными работами. Но если вы посчитаете нужным и, если этого мало, я