Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

— Товарищ генерал! — послышался крик одного из солдат.

Пётр Алексеевич бросил на него взгляд, а затем резко повернул голову, прослеживая направление, на которое указывал рукой боец.

И направление было в сторону реки.

А плывший над прудом туман во мгновение ока вскипел, взметнулся вверх. Молочные клочья и вихри порой были выше макушек деревьев.

— Явилась, — прошептал землянин, глядя на проступающую в этом беззвучно клокочущем мареве фигуру.

Глава 4

Сделка

Так много сил приложено, чтобы встреча состоялась. Но когда это случилось, Пётр Алексеевич не знал, как себя вести. Перед ним было нечто сродни инопланетянину. Даже Инфант Кровавого озера и те два демона-отступника были куда понятнее.

Но в одно он верил, не сомневаясь: есть логика. Логика зависит от фактов и субъективных аргументов. Аргументы — от личных мотивов.

И вот с мотивами было туговато.

Тем временем существо неспешно пролетело над водой и опустилось на тот самый деревянный причал для лодочек, что и Николь-Астра до него.

— Впустишь? — послышался невероятно мелодичный и красивый женский голос.

— Что? — переспросил генерал, немного опешив, и посмотрел на волшебницу.

Та сверлила укрытое золотой накидкой создание недоверчивым взглядом. А затем взяла слово:

— Ты демон древнего мира! И это ты пыталась нас убить, я узнала твою магию! Как можно тебе доверять⁈

— Я не с тобой говорю, ведьма! — повысило голос существо и сделало шаг босыми ногами. А следом подняла руки, коих оказалось аж целых пять штук, и дотронулась ладонями до воздуха. Виделся локоть и шестой руки, но сама длань была спрятана под накидкой.

Сперва казалось, гостья стоит и кривляется, словно уличный мим, но от прикосновений по воздуху потекли тускло светящиеся волны золотистого цвета.

— Ты хотел поговорить, но не впускаешь, чужак, — пропело существо.

Генерал сделал вдох и нарочито неспешно подошёл к преграде. Он совсем забыл, что пепельный круг, насыпанный именем Небесной Пары, держит всяких тварей. И спецэффекты такие же, как видел раньше — светлый купол, похожий подсвеченный стеклопластик, на котором в момент ударов возникали яркие царапинки и сколы.

А ведь даже курьеры часто пользовались светоразделом, когда ночевали у Гнилого Березняка.

Курьеры, но не он сам. Потому и забыл.

— А что тебе мешает войти? — негромко спросил он, застыв всего в одном шаге от существа, держа в голове условную стенку из бронированного стекла. Сам он без проблем может перешагнуть её, а вот нечисть упрётся, словно в бетон.

— Вежливость, — пропело создание.

Оно неспешно достало шестую руку, и на ладони показалась белая крыса, на которой был нацеплен рукав от камуфляжа с кармашками вместо одёжки.

— Если бы я захотела, то это животное было мертво. А духи шепчут, что в теле крысы заперта душа твоей дочери.

— Ну, допустим, — не стал переубеждать золотистое создание генерал. Пусть думает, что это так. Хотя он в самом деле переживал за Шарлотту. Пусть и не родная, но на дочку похожа как две капли воды, и он в ответе за девчонку.

— Меня зовут Ламинара. И если бы я хотела вашей смерти, вы были бы мертвы, — пропело существо.

— Избитая фраза, — пробурчал генерал, разглядывая чёрную бархатную маску с прорезями для глаз. А ведь создание почти не моргало, будто и в самом деле было неживым.

— Зато честная, — протянула Ламинара.

Она неспешно присела на корточки и опустила тельце крысы на струганые доски причала. А потом дотронулась одной из рук до шёрстки, сложила пальцы щепотью и так же неспешно потянула. За щепоткой от тельца потянулись тонкие серебристые паутинки.

— Стоит мне влить силы в нити, что тянутся к твоей дочери, и её разум сгорит в агонии. Боль. И ещё раз боль. Вот что будет преследовать её до самой скорой смерти. Она будет готова на всё, чтоб прекратить эту боль. Перережет вены, выпьет яда, прыгнет с утёса.

Ламинара замолчала и театрально, как опытный артист, развела руки в разные стороны.

Нити сперва потянулись за щепотью, но потом вдруг опали и растаяли, как сахарная вата в горячем чае. А крыса дёрнулась, открыла глаза и зашевелила носом, принюхиваясь к новым запахам.

— Но я отпускаю её душу, — прошептала сущность, продолжая диалог. — Отпускаю, ибо я здесь для разговора, а не для угроз и смертей. Так ты впустишь меня?

Пётр Алексеевич усмехнулся и поискал взглядом невидимую стенку. Получается, легенды об упырях, требующих приглашение, в этом мире тоже воплощены в реальность. На Земле смысл ритуала потерялся в веках. Остался только сжатый факт практической части. А здесь он ясен до предела. Дом под защитой высших сил, и войти можно, только пользуясь благосклонностью хранителей.

В общем, в этом и есть суть любых божественных оберегов — они как фейсконтроль на наличие партбилета и пропуска, хотя бы одноразового.

Надо взять на заметку.

— А если скажу, что пускаю только на один каст? Как ты поступишь?

— Уйду через каст, — мелодично пропело существо.

— Ей нельзя верить, — произнесла Астра, которая подошла ближе и взялась рукой под локоть генералу. — Надо говорить не впуская.

— Молчи, ведьма. Но если не впустит, разговора не стоится.

— Не впускай. Пусть говорит так.

Пётр Алексеевич задумался.

С одной стороны, отказываться от задумки — верх идиотизма, ведь столько сил и времени потрачено. И Астра заартачилась в самый неподходящий момент — узнала она, видите ли. Раньше была вяло не против, а сейчас прямо в штыки.

С другой стороны, идти на поводу у тёмной сущности — это игра в русскую рулетку, и ствол уже приставлен к виску, а палец на спусковом крючке. Неизвестно, что случится, если создание впустить. Вдруг оно, как те упыри, перебьёт всех, пустив поздний ужин. Или завтрак, если у неё день и ночь вывернуты наизнанку.

— Не пускай, Пэтэр, — повторила Николь-Астра, сжав руку на локте генерала.

Землянин посмотрел на одетую в собранный из подручных запасов наряд волшебницы и кивнул.

— Хорошо, не буду пускать.

Астра выдохнула и ослабила хватку.

И Пётр Алексеевич шагнул за незримый светораздел сам, выскальзывая из хватки.

— Не надо! — только и успела прокричать волшебница. Она дёрнулась следом, но тут же замерла, ибо прямо перед её лицом возникла длинная и тонкая ладонь создания, которая готова была вцепиться в глаза жилистыми пальцами. А по