Читать книгу - "44–ая реинкарнация злодея - Алекс Го"

задумывал Хань Ян: элегантно и изысканно. Не пышная свадьба смертных с кричащими нарядами и пьяными гостями, а торжественное, наполненное глубокой символикой действо, где они с Су Лили обменялись кольцами по обычаю ее прошлого мира и парными печатями на запястье, благодаря которым всегда можно было понять, в порядке ли партнер.

От этого действа красная нить, связывавшая их, на миг будто стала материальна, и Яну даже показалось, что гости могли ее увидеть. Но, к счастью, их кармическая связь осталась тайной для приглашенных. Гости - главы пиков и избранные старейшины - наблюдали со смешанными чувствами: кто-то с одобрением, кто-то с весельем, а кто-то все еще с легким недоумением. Однако под давлением народной молвы все вынуждены были смириться.

Потом пара отправилась в свадебное путешествие - еще один обычай из другого мира. Но их медовый месяц закончился уже через неделю, когда Хань Ян в чайной услышал обрывки чужого разговора. Группа молодых заклинателей с восхищением обсуждала некоего «брата Бао».

«…и он ее спас, представь! Бандитов с одного взгляда поверг!»

«Говорят, он из знатного рода, но скромен, не кичится…»

«А та принцесса теперь без ума от него…»

Ненависть, почти забытая за последние годы относительного спокойствия, кольнула Хань Яна в сердце. Бао Цзян. Протагонист. Его заклятый враг из прошлых жизней. Человек, само существование которого было воплощением несправедливости вселенной.

Вернувшись в Тяньшу, он заперся в мастерской на несколько часов, потом позвал Сяо Ланя. Мальчик, уже почти юноша, вздрогнул, почувствовав кипящую ауру ненависти, исходящую от «старшего брата». К счастью, в этот раз она была направлена не на него.

- Смотри, - бросил Ян, развернув перед ним несколько черновиков.

Новая баллада цикла о «Нефритовой заклинательнице» вышла мрачноватой, но оттого еще более захватывающей. Она повествовала о коварном злодее по имени Бао Цзян, потерянном наследнике главы уничтоженного культа Кровавой жатвы. Не имея сил открыто противостоять добру, он избрал иной путь: притворялся праведным героем, спасал знатных девушек от подстроенных им же опасностей, а затем, используя чары принуждения и темные артефакты, обращал их в своих безвольных рабынь. Он вытягивал из их семей деньги, редкие зелья и древние реликвии, набирая силу для будущего возрождения своего культа.

Кульминацией баллады стала попытка Бао Цзяна посягнуть на саму Нефритовую заклинательницу накануне ее долгожданной свадьбы с верным учеником. Злодей, ослепленный жаждой обладания такой могущественной женщиной и ее богатствами, чуть не разрушил счастье влюбленных. Но храбрый ученик, движимый любовью и яростью, разгадал его план и вступил с ним в бой. В пылу битвы Бао Цзян раскрыл свое истинное лицо, но был вынужден бежать, не сумев одолеть могущественную пару.

Песня была полна драматизма, отчаяния невинных жертв, ярости благородного героя и сладости триумфа. Мелодия была простой и запоминающейся, а имя «Бао Цзян» повторялось в каждом куплете, неизменно в связке со словами «обман», «предательство», «похоть».

Сяо Лань, в процессе увидевший несколько вариантов деяний Бао Цзяна, побледнел как полотно, но подтвердил: песня станет невероятно популярной. Хань Ян, довольный, выпустил ее в мир. И эффект превзошел все ожидания: имя Бао Цзяна быстро стало нарицательным для подлого соблазнителя и вора.

Баллада разлетелась по стране быстрее, чем летал на своей небесной лодке сам Хань Ян. Ее напевали на перекрестках, в тавернах, во дворцах. И везде она находила отклик.

Особенно - при дворе, где одна юная принцесса не так давно была «спасена» бравым заклинателем Бао Цзяном от банды разбойников и теперь смотрела на него влюбленными глазами. Ее брат, большой поклонник творчества «неизвестного барда», услышав новую балладу, побледнел. Сходство было пугающим: и описание внешности, и даже детали «спасения» принцессы совпадали с рассказом сестры.

Беспокойство распространилось по знатным домам и по орденам. Люди начали присматриваться к девушкам, спасенным «славным героем» и находили тревожные знаки, говорившие о применении запретных чар.

Протагонист пытался действовать по старой схеме - очаровать, запутать, убедить. Но в этот раз против него была целая страна, а из-за баллад сейчас даже последний нищий знал, что Бао Цзяну верить нельзя.

Обеспокоенные родители, объединившись с заклинателями, предприняли меры. Протагониста попытались задержать для допроса, однако это было роковой ошибкой. Загнанный в угол Бао Цзян показал свое истинное лицо. Он устроил кровавую баню, прорываясь из окружения, а одурманенных девушек использовал вместо живого щита.

Теперь он не был благородным заклинателем. Он был разоблаченным злодеем, наследником кровавого культа, в черном списке у властей и всех праведных орденов. Его лицо красовалось на листках с объявлением о розыске по всей стране, и под портретом крупными иероглифами было выведено: «Бао Цзян. Крайне опасен. Мошенник, насильник, убийца». Награда за его голову была очень щедрой и привлекла самых отъявленных головорезов со всего континента.

Хань Ян, услышав эти новости, позволил себе искреннюю, ничем не омраченную улыбку. Столько жизней он пытался победить протагониста с помощью меча или заклинаний, но в лучшем случае удавалось свести битву к ничьей, убив себя одновременно с противником. А сейчас с помощью силы искусства он наконец-то сумел одолеть врага. Они с ним словно поменялись местами. Теперь Хань Ян - прославленный гений, а Бао Цзян - подлый злодей, ненавидимый всеми в стране.

- Он в ярости, - тихо доложил пророк, проверив состояние протагониста по просьбе старшего брата. - Винит во всем «неизвестного поэта». Он поклялся найти того, кто очернил его имя, и заставить долго и мучительно умолять о смерти.

Хань Ян усмехнулся.

- В этот раз у него руки коротки до меня добраться. Посмотрим, как ему понравится быть всеобщим изгоем.

Однако несмотря на бахвальство, Хань Ян понимал, что это еще не конец. Бао Цзян до сих пор жив и попытается вернуть себе былую славу и положение. От обвинений ему теперь не отмыться, но он может пойти по темному пути и на самом деле стать главой культа.

Глава 62. Луч надежды

Тишина в покоях Сяо Ланя была звенящей, нарушаемой лишь прерывистыми, хриплыми вдохами. Пророк сидел на циновке, обхватив голову руками, его плечи мелко дрожали. По щекам текли слезы, но он их почти не замечал

Он увидел конец света. Небеса раскололись, и небожители спустились вниз. Они уничтожили самых могущественных заклинателей мира с такой легкостью, будто муху прихлопнули. Города, великие ордена, горные пики - все обращалось в пыль и пепел под их ударами.