Читать книгу - "44–ая реинкарнация злодея - Алекс Го"

засверкало, вобрав в себя его злость, восхищение и обиду. Взмахи клинка посылали гигантские энергетические лезвия, которые врезались в скалу, вырубая тонны камня. Пыль и осколки дождем сыпались вниз, оглашая окрестности грохотом, похожим на раскаты грома. Кто-то из мастеров Тяньшу поднялся в небо посмотреть, что происходит, но наблюдение им вскоре надоело, и они оставили разбушевавшегося гениального ученика в покое.

Ян не останавливался несколько часов. Когда последняя вспышка Ци угасла, а его собственная энергия была почти исчерпана, он отплыл подальше, чтобы увидеть результат.

На скале был высечен гигантский двойной портрет. Су Лили, с ее характерным хитрым прищуром и легкой улыбкой, и он сам, Хань Ян, с горящим, одержимым взглядом, обращенным к ней. Изображение было настолько детализированным и мощным, что от него исходило почти физическое давление. Казалось, образы вот-вот оживут, повернутся и посмотрят в сторону наблюдателя. А под взглядом таких коллосальных исполинов даже бессмертному стало бы не по себе.

Все в Тяньшу слышали грохот, а некоторые даже не поленились сбегать на соседние пики или взлететь в небо, откуда портреты было лучше видно. Когда Хань Ян вернулся, соученики провожали его странными взглядами, но никто не рискнул ничего сказать по поводу его недавнего «художества». Многие творческие личности были слегка не от мира сего, но даже им такой размах показался сумасшедшим. А некоторые завидовали, что сами не додумались до чего-то подобного, и теперь слава первооткрывателя достанется Хань Яну.

Несколько дней спустя окрестности Тяньшу напоминали муравейник, в который ткнули палкой. Обычно простые люди не рисковали слоняться без дела рядом с орденами, но в этот раз все было по-другому. Слухи о «Скале влюбленных», которая якобы сама собой появилась тут за одну ночь, разнеслись быстрее лесного пожара. Вскоре сюда стали стекаться не только любопытные из ближайших деревень и городов, но и настоящие паломники - молодые пары, верящие, что лик учительницы приносит удачу в любви, и одинокие сердца, молящиеся о такой же страсти, как у ученика пика искусств.

Популярность баллад о «Нефритовой заклинательнице» взлетела до небес. Теперь это была не просто красивая сказка, а почти реальная история, подтвержденная монументальным доказательством. Письма от романтично настроенных жителей со всех уголков страны завалили приемную ордена. Люди, которые хоть немного разбирались в делах бессмертных, уже прознали, что женщина на портрете - это Су Лили, и теперь усердно строчили в послания вроде: «Позвольте им быть вместе», «Любовь сильнее условностей!», «Не разлучайте прекрасную пару». Отметилась даже правящая семья - принцессы и наложницы, зачитывавшиеся книгой «Искра в сердце жемчужного тумана», требовали счастливого конца для этой истории.

В один из дней глава Тяньшу вызвал к себе Су Лили.

- Сестра Су, обычно мы пресекаем неподобающие связи между учителем и учеником. Но в данном случае совет старейшин склонен сделать исключение. Нас буквально завалили требованиями позволить вам быть вместе, - начал он, с трудом сохраняя официальный тон и показывая на огромную кипу посланий на столе. - Тебя, между прочим, в этих письмах называют «коварной соблазнительницей», «повелительницей сердец» и требуют, чтобы ты «взяла на себя ответственность за чувства бедного ученика». Так что, похоже, твоя репутация пострадала куда сильнее, чем репутация ордена.

Су Лили слушала, сохраняя невозмутимое спокойствие:

- Глава ордена, вы же понимаете, что все эти баллады и портрет - не более чем плод буйной фантазии моего ученика.

- О, я прекрасно понимаю, - он усмехнулся. - Но попробуй объясни это толпе паломников у подножия горы, которые ждут чуда и воссоединения «самой сильной пары Поднебесной». Они верят в эту историю сильнее, чем в каноны великих предков. Сила искусства порой страшнее любого заклинания. Так что считай, что ты получила официальное «добро» от совета старейшин, просто чтобы успокоить народ. И чтобы эти письма наконец-то прекратились.

Су Лили почтительно поклонилась и удалилась, оставив главу ордена разбирать очередной свиток с жалобой на то, что «Нефритовая заклинательница» слишком холодна к своему ученику. Вернувшись к себе, она позвала Хань Яна и тот явился мгновенно. Его поза была почтительной, но во взгляде читалось торжество и ожидание долгожданной награды. Он видел паломников и слышал пересуды. Его план сработал даже лучше, чем он мог представить, тем более что монументальный портрет был создан в порыве эмоций, а не ради какой-то цели.

- Хань Ян, - начала наставница, и ее голос был мягок, как шелк, отчего у злодея появилось дурное предчувствие. - Ты сочинял баллады, писал роман, высекал наши лики на скале, словно мы пара бессмертных божеств. Ты изменил общественное мнение всей страны и устроил в ордене цирк, из-за которого меня только что вызвал глава для весьма курьезной беседы.

Она сделала паузу и холодно продолжила:

- Я все ждала, когда до тебя, наконец, дойдет, что ты забыл сделать одну важную вещь. Ты так и не признался мне в своих чувствах. А значит, все твои грандиозные, безумные и прекрасные деяния за ухаживания официально не считаются. Это просто искусство ради искусства. Не более того.

Хань Ян застыл на месте, будто его парализовало. Самодовольное выражение пропало с его лица, сменившись паникой. Он действительно забыл! Во всех книгах о любви это был ключевой момент, но ему подобная чушь казалась слишком приторной и нелепой, поэтому он решил заменить слюнявые признания балладами.

А потом Ян заметил, что наставница едва сдерживает смех, и понял, что она над ним издевается.

- Ты! Злобная и коварная женщина! Сердца у тебя нет, сначала влюбила меня в себя, а теперь дразнишь?! Выходи за меня немедленно!

Су Лили перестала сдерживаться и засмеялась:

- Ужасное признание, но так и быть, я подумаю над твоим предложением.

- Некогда думать! Конец света скоро, - Хань Ян схватил ее за руки, а потом все-таки сделал то, о чем писалось в любовных романах - подтолкнул ее к стене и поцеловал.

Судя по тому, что его за такую дерзость не отшвырнули вспышкой Ци, книги и в этом не соврали.

А где-то в своих покоях Сяо Лань, случайно коснувшись стены и увидев эту сцену, вздрогнул, надолго зажмурился и решил, что это знание он точно унесет с собой в могилу. Некоторые видения были слишком опасны для разума бедного ученика.

Глава 61. Разоблачение героя

Церемония обретения партнера на тропе совершенствования прошла именно так, как и