Читать книгу - "Падение - Марк Дж. Грегсон"

Закрываю глаза и засыпаю.

Проснувшись, брожу по острову, пока взгляд не натыкается на кое-что на поляне.

Пиратский корабль, пришвартованный на траве.

Судно представляет собой приземистую металлическую коробку с высокими перилами и короткой командной рубкой. Это угнанный транспортник Ордена, выкрашенный в красный цвет и разрисованный пиратскими черепами. Прячусь за деревом. Может, получится пробраться зайцем. Или… замираю, выглядывая из-за ствола. Двое пиратов лежат в луже крови на земле прямо у трапа.

Хмурюсь. Работа другого проулона? Тут на корабле появляется фигура, крадущаяся к рулевой рубке.

Нет, кое-кто похуже.

Себастьян.

Он все еще жив?!

Не знаю, откуда берутся силы, но я бегу вперед, перепрыгивая через трупы, и осторожно поднимаюсь по шатким сходням на борт.

Себастьян стоит на палубе спиной ко мне. Он напевает ту самую приставучую песню, накручивая лебедку гарпунного якоря, вонзившегося в землю острова. Останавливается перевести дух. Снова крутит. Цепи со скрежетом тянутся вверх.

Подкрадываюсь к нему. У меня есть мушкет, и я подумываю проломить ему череп, покончив с этим жалким ничтожеством раз и навсегда.

Но нужно сделать все тихо.

Поэтому я слегка касаюсь его плеча.

Он резко оборачивается. «Конрад!» Он замирает. «Что с твоим лицом? Погоди, ты что…»

Толкаю его со всего маху. Он летит назад и переваливается через перила корабля. С криком падает на землю. Но падение не вырубает его, как я надеялся. Он кашляет и смотрит на меня снизу вверх.

Вскакивает на ноги. Должно быть, понимает, что я задумал, потому что с криками и мольбами несется к сходням с другой стороны корабля. Но я уже закидываю их на палубу.

Он бросается к цепи гарпунного якоря, собираясь за нее уцепиться. Стремительно возвращаюсь к лебедке и кручу изо всех сил. Он прыгает, но цепь уходит вверх, выскальзывая из его пальцев в самый последний момент.

Он застывает и смотрит на меня снизу вверх.

«Ты оставишь меня здесь, после того как я столько раз пощадил тебя?»

Встретившись взглядом с его ядовитыми глазами, я вспоминаю слова, которые он мне когда-то сказал.

«Себастьян, — произношу я, — хоть я тебя и погубил, но это не станет главной радостью моей жизни».

Разворачиваюсь, игнорируя его вопли. Игнорируя стук его ладоней по металлической обшивке корабля. Возможно, он отчаянно пытается найти хоть какой-то выступ, чтобы зацепиться. Но этот корпус абсолютно гладкий. Вхожу в застекленную рулевую рубку, встаю на навигационную плитку, цепляю струны на пальцы, и вскоре корабль отрывается от земли джунглей.

«Пощади!» — кричит он. «Пощади!»

Он не получит никакой пощады.

Панические крики Себастьяна заглушаются ревом двигателя. Направляю корабль в бушующие потоки ветра, улетая прочь.

Счастливого пути, птичий помет.

ГЛАВА 29

Несмотря на боль в теле, я почти улыбаюсь, когда мой транспортный корабль взмывает в открытое голубое небо, и вокруг ни одного пиратского корабля.

Ветер бьет в стекло рулевой рубки, и я наконец-то снова капитан небес. Я погружаюсь в старое привычное уютное чувство. Именно здесь мне и положено быть.

Но, пролетая мимо зеленых островов, кишащих джунглями, и гигантских водопадов, пересекающих серые горные склоны, я осознаю, насколько медленно летит этот корабль. Я все еще на территории пиратов. Скорее всего, они отправятся на мои поиски.

И мне ни за что не уйти от погони в этой ржавой жестянке, похожей на птичий помет.

Решаю прижаться ближе к одному из островов. Проношусь над верхушками деревьев и приближаюсь к череде водопадов, срывающихся со склона горы. Струны на моих пальцах натягиваются, когда я замедляю корабль до полной остановки. Через мгновение я вглядываюсь в прикрепленный телескоп, свисающий с потолка рубки, осматривая каждый водопад, пока наконец прямо над местом, где вода с грохотом разбивается над огромным бассейном, не замечаю пещеру — достаточно широкую для корабля.

Это может оказаться крайне скверной затеей. В пещерах много кто любит селиться, а Юго-Восточные острова известны своими аномально крупными шелтаунами.

Я осматриваю пространство вокруг своего корабля. Ничего, кроме парящих островов и пухлых белых облаков. Тем не менее я возвращаюсь к струнам, тяну их вниз, чтобы заставить корабль снизиться, и осторожно подталкиваю судно вперед. Водопад с грохотом обрушивается на палубу, яростно хлеща по рулевой рубке. Легким движением пальца включаю световые огни корабля, озаряя скалистую стену пещеры. Как только транспортник полностью скрывается внутри, снимаю кольца управления и спрыгиваю с навигационной плитки.

Толкаю дверь рубки и шагаю на мокрую палубу под шум бурлящей воды. Капли с каменного потолка сочатся на спину. Обхожу судно по краю, проверяя, достаточно ли оставил места. Корабль парит примерно в пятнадцати футах над землей, а дальше, у самого входа в пещеру, бурлящие потоки пены разбиваются о камни далеко внизу.

Похоже, я в безопасности.

Что ж, пора проверить, какие у меня припасы. Особенно если я планирую прятаться здесь несколько дней.

Приподнимаю люк в полу рулевой рубки и спускаюсь по лестнице на холодный нижний уровень. Стоит мне соскочить на металлический пол, как пальцы сами тянутся к маленькому кристаллу на стене. Он, вместе с еще полудюжиной других кристаллов, освещает внутренний отсек со шкафчиками и лавками.

Похоже, пираты заботились об этом корабле.

Распахиваю шкафчики. Сапоги, сменная одежда, вода в банках, несколько крекеров и острое желе из венаторского перца. В самом низу одного из ящиков даже нахожу коробку с инструментами для ремонта, включая горелку. Горелка по форме напоминает автопистолет, со стволом и всем прочим. У Родерика на «Гладиане» было несколько таких. С их помощью прожигают металл. Бросаю ее обратно в коробку к гаечным ключам, отверткам и болтам.

С грохотом захлопываю последний шкафчик, толкаю дверь слева от них и захожу в санузел. Душа нет, только унитаз, раковина и зеркало. Теснота жуткая. С трудом протискиваюсь внутрь. Паунд в этой конуре ни за что бы не поместился. Ему пришлось бы сидеть, выставив колени наружу.

Едва не смеюсь от этой мысли.

Но тут же внутри все щемит от напоминания о друзьях, и я задаюсь вопросом, в порядке ли они.

Замечаю свое отражение в зеркале и замираю, потому что почти не узнаю себя. Рана от когтей проулона на левой стороне лица выглядит ужасающе. Это большая, длинная красная полоса, которая оставит уродливый шрам, если не воспользоваться лекарствами.

Я поворачиваю кран, счищаю грязь и листья с лица — более осторожно вокруг раны, обнажая свою более бледную, чем обычно, кожу и впалые щеки. У меня по-прежнему те же решительные брови, но на подбородке проступает едва заметная тень растительности, и этот