Читать книгу - "Корона Джасада - Сара Хашем"

явно подбирался ради анонимности, и Сэфа едва сдерживала смешок. У льва было бы больше шансов сойти за божью коровку. Стоило кому-то хоть мельком вглядеться в лицо Вайды, и весь маскарад рухнул бы в то же мгновение.

— Ты никогда не упоминала, что умеешь шить, — заговорила Вайда впервые с тех пор, как посреди ночи приказала слуге разбудить Сэфу и доставить её в карету.

Сэфа едва не споткнулась на ровном месте. Страх обжег кожу, и ей до безумия захотелось прижать тыльные стороны ладоней к щекам, чтобы сбить подступившую к лицу кровь.

— Ваше Величество? — только и смогла пискнуть она.

— Мои слуги болтают о платьях, над которыми ты трудишься в своих покоях. Они для меня?

Недошитые платья в комнате. Мышцы живота Сэфы расслабились от облегчения.

— Они недостойны вас, Султанша, — ответила Сэфа. — Просто глупое занятие, чтобы скоротать время, когда не спится. Способ отвлечься.

— Вот как. Неужели служить мне настолько ужасно, что тебе требуется ежедневная передышка? — Нижняя губа Вайды задрожала.

— Конечно же нет!

— Прекрасно. — Надутые губы сменились выражением скуки, словно прилив смыл буквы, выведенные на песке. — От чего же тогда тебе нужно отвлекаться?

Благословенная красота Байры. Каждая волосинка на теле Сэфы встала дыбом.

Эмоции не должны быть такими… мимолетными. У них не бывает четких контуров и различимых границ. Но Султанша примеряла чувства как шляпки, подбирая их под случай и отбрасывая с легкостью, от которой у Сэфы мороз шел по коже.

— От собственной головы, — ответила Сэфа. Вряд ли стоило признаваться, как сильно слуги её ненавидят. Как они замолкают при её появлении или кладут еду на грязные тарелки. Учитывая, что вся роль Сэфы в Слоновом Дворце сводилась к сбору информации для Султанши, враждебность персонала не шла ей в плюс.

— Хм, — отозвалась Вайда. Этот неопределенный звук оборвал дальнейшие расспросы, и Сэфа с благодарностью погрузилась в молчание.

За последние несколько недель Сэфе показалось, что она начинает лучше понимать Вайду. Хихиканье могло означать либо чью-то неминуемую гибель, либо шутку, над которой посмеялся бы разве что десятилетний ребенок. Если же её вздох длился дольше пяти секунд, всем в радиусе мили следовало срочно спасаться бегством.

Самой неизменной привычкой Султанши была одержимость собственной внешностью. Она проводила по нескольку часов в день под присмотром специалистов; Сэфа лично видела, как в покои Вайды заносили всё — от пиявок до горячего воска.

На первый взгляд это казалось крайним проявлением тщеславия. Но Сэфа наблюдала за тем, как Вайда смотрит на себя в зеркало. Эта напряженность неприятно напоминала дни после покушения на Сильвию в Слоновом Дворце. Едва придя в себя, Сильвия потребовала у Уэса нож, который вытащили у неё из груди. Когда неохотно подчинившийся гвардеец передал оружие, Сильвия вытерла лезвие о штаны, провела большим пальцем по острию и спрятала его в сапог.

Вайда разглядывала свое отражение с той же холодной решимостью, с какой Сильвия смотрела на нож, который едва её не убил.

Сэфа прибавила шагу, пытаясь поспеть за широким шагом Вайды.

— Султанша, вы уверены, что это безопасно? Я могу догнать кучера и попросить его вызвать вашу стражу.

Взгляд прищуренных глаз, который метнула в неё Вайда, красноречиво советовал прикусить язык.

Они свернули за угол, и Сэфа ахнула, когда Султанша резко схватила её за руку.

— Смотри, куда прешь, — прошипела Вайда.

Сэфа едва не наступила на газон одного из купольных домов, где росло несколько высоких кустов с… неужели это человеческие руки?

Вайда, вновь продемонстрировав пугающую способность читать чужие мысли, пояснила:

— Лафа Соуда. Видишь эти лозы? Внутри каждой есть свой позвоночник, который держит её вертикально. Они ловят любого нарушителя, до которого дотянутся, и держат до прихода хозяина.

— А как они понимают, что нельзя трогать хозяина? — Сэфа с опаской разглядывала раздувшиеся лозы.

— Пока Лафа Соуда растет, садовник подмешивает пинту хозяйской крови в лейку. Растение не тронет того, кого узнает.

Сэфу передернуло. Растения в саду Райи, может, и были самыми обычными и залитыми водой, но они приносили радость. Сэфа не могла представить, как можно выращивать живое существо на чем-то, кроме любви.

Они шли до тех пор, пока Сэфа не почувствовала пульсацию в ногах.

— Хочешь, я вмешаюсь?

Вайда задала вопрос так, словно они продолжали разговор, в котором Сэфа забыла поучаствовать.

— Вмешаетесь?

Вайда покрутила пальцем над шеей.

— Твоя голова. Твои способы отвлечься. Хочешь, чтобы я вмешалась?

Изогнутая бровь подтвердила худшие подозрения Сэфы. Вайда знала правду. Каким-то образом она прознала, что прислуга отравляет Сэфе жизнь. Впрочем, удивляться не стоило. Само присутствие Сэфы в Слоновом Дворце служило доказательством тотальной слежки, устроенной Вайдой.

Сэфа представила, что будет, ответь она «да». Если прислуга недолюбливает её сейчас, то после жалобы Султанше возненавидит окончательно. Издевательства не прекратятся — они просто станут изощреннее и незаметнее.

Сэфа покачала головой:

— Я сама со всем разберусь.

— Вот и славно. — Бледная улыбка тронула губы правительницы Лукуба. — Дам тебе совет, дорогуша. У тебя совершенно нет таланта к обману, а мои слуги не терпят слабости.

Взгляд Вайды устремился к ковру из звезд, вышитому на ночном небе.

— Знаешь ли ты, что до того, как Ровиал обрушил свое безумие на королевства, именно Байра была самой ненавистной из Авалин? Ее иллюзии наводили ужас. Она могла создавать целые миры в чужих головах, и враги становились заложниками реальности, которую она для них плела. Все, что они любили, чего боялись, что презирали… она продевала сквозь игольное ушко своей магии. Некоторые даже считают, что сама её красота была иллюзией, меняющейся так, чтобы угодить любому, кто на неё смотрит.

Сэфа уставилась на Вайду. За столь дерзкие заявления в некоторых частях королевств могли и убить. Но слышать подобное от прямого потомка самой Байры…

— А вы? — услышала Сэфа собственный голос. — Вы сами верите, что её красота была иллюзией?

Свет от гирлянды фонарей, покачивающихся между куполами, отразился в темных глазах Вайды, словно запертое пламя.

— Я думаю, что знание того, что реально, одинаково недостижимо как для смертных, так и для Авалин.

Они свернули в узкий переулок, вынудив Сэфу отстать от Султанши на шаг. Стены выросли, смыкаясь вокруг них, словно медленно сжимающаяся челюсть. Под ногами зашуршали камни: чистая белая мостовая сменилась гравием и грязью.

В конце тупика из тени шагнула фигура в капюшоне. Вздрогнув, Сэфа схватила Вайду