Читать книгу - "Лучший травник СССР 4 - Сергей Александрович Богдашов"

Я допил чай и поставил кружку на ступеньку. В лесу крикнула какая-то ночная птица, и Воланд, лежавший у моих ног, поднял голову, но тут же снова опустил.

— Ладно, — сказал я. — Найду. У нас в Свердловской области есть старые рудники. Где-то там должны быть растения, которые выживают в грязи. Завтра начну искать.

Про «закрытые города» говорить не стал, не поймёт.

— «Только не лезь туда сам без защиты. Ты не бессмертный».

— Знаю. Возьму дозиметр. А вот Василия с собой не возьму — он мне ещё нужен.

Ратибор хмыкнул — кажется, одобрительно. И замолчал. А я остался сидеть на крыльце, глядя в темноту, и думал о том, что теперь у меня появилась ещё одна задача. Не самая простая, но, кажется, самая важная. Потому что дети — они всегда важнее. Даже если они далеко, в другой стране, и говорят на другом языке.

Глава 17

Финал

Травы и растения, которые умеют собирать на себя радиоактивные элементы я безусловно поищу, но потом. Пока их ещё нет, даже первые подснежники не появились. Зато припоминая разговор с наставником, где он как всегда пафосно расписывал достижения травников их мира я запомнил, что несколько раз там не только травы мелькали, но и зерна какие-то. С них-то я поутру и начал, попросив Ратибора подробно рассказать, что за зёрна у них были и нет ли у нас чего похожего.

Чечевица, фасоль и бобы — они первыми под раздачу попали.

Три дня. Около сотни опытов, прежде чем с чечевицей и бобами что-то стало получаться.

Поиск мы тут же сузили, но самым результативным препаратам внимания уделили больше, подвергая их более сложным исследованиям.

Мне никак не давала покоя «земляная груша», которую наставник не раз упоминал. Я чего только ему не перетаскал. Начал с картошки и свёклы, потом привозил репу, турнепс и прочие корнеплоды, но всё бес толку.

— Солнышко моё, ты случайно ничего не знаешь про земляную грушу? — чисто из отчаяния поинтересовался я у жены поутру.

— Топинамбур что ли? — ответила она, ни на секунду не задумавшись.

— Э-э… ну да, видимо он. И ты знаешь где его взять? — не поверил я своему счастью, как и тому, что незнакомый мне корнеплод оказывается известен в сёлах.

— У нас много, кто его раньше выращивал, — хихикнула жена, — Пусть и не по своей воле.

— Это как? — не понял я.

— Растение довольно агрессивное. За ним глаза да глазки, иначе тут же на участок к соседям умчится.

— А что он из себя представляет? — спросил я на полном серьёзе, так как мне, городскому жителю, а потом вояке, с продукцией, получаемой с сельских огородов знакомиться особо не где было.

— Почти та же картошка. Вкус приятный, урожайность хорошая, особенно если после капусты или гороха высадишь. Стебли выше меня машут и цветы ярко-жёлтые выкидывают, почти, как у подсолнечника.

— Хм. Цветы такие видел. Помню, ещё удивился, отчего подсолнух без шапки вырос, а тут вон оно что… — глубокомысленно заметил я, — Сможешь ведро этой штуки купить? — не рискнул я повторить впервые услышанное название.

— Василию закажи. Он как раз собрался ехать в село, чтобы новым мотоциклом хвастаться, — по-доброму улыбнулась жена нашим мальчишеским выходкам.

А я вот ничего смешного не вижу. Мотоцикл в подарок Василий честно заслужил. Не грех и похвастаться перед приятелями и бывшими коллегами по работе, где его не слишком-то ценили.

* * *

Пятеро фиолетовых сутулых фигур, со странным для взгляда профилем, сидели вокруг вековой липы на самодельных скамейках, собранных из нескольких ящиков и досок.

Кубинцы мои медитируют. Мерзля́ки они страшные. Я им уже и по телогрейке выдал, и даже валенки на всех привёз, а они мёрзнут. Пришлось дополнительно выделить по солдатскому шерстяному одеялу, в которое они закутались с головой, как в кокон.

Пытаются с Силой Леса установить контакт. У двоих уже получилось, так что энтузиазм из них прёт, а я готовлю средства от простуды. И пусть днём на улице уже плюс пять, но я в них верю. Не сегодня, так завтра кто-то в простуду и сопли уйдёт. Южане, что с них взять. Им любой сквозняк поперёк здоровья.

Топинамбур Василий привёз, а нам с наставником потребовалось ещё три дня лабораторных работ, чтобы понять — эликсир на этом овоще будет третьим.

Ну никак свойства топинамбура не вписываются в те процессы, которые два следующих снадобья делают, зато в роли предварительной очистки ему равных нет. Как хороший пылесос всё вредное на себя тянет, потом благополучно отправляя лишнее в унитаз. Заодно питательную среду для полезных бактерий в кишечнике создаёт и «хороший» холестерин добавит, за счёт снижения уровня «плохого».

Очень полезная штука из простого овоща получилась! И в приготовлении проста. По крайней мере тот же Мамин должен справиться с приготовлением этого эликсира. А оценить его пользу главврач сможет так, как никто другой.

Могучее средство от отравлений ему в руки! На природные яды это снадобье не особо сильно повлияет, а вот на любые техногенные отравления, где металлы и минералы присутствуют — как никакое другое! И пусть мне пока достоверно неизвестно, что нынче чаще случается — укус гадюки или отравление той же ртутью, но противодействие найдено. Пусть пока теоретически, так как несколько пробирок практической роли не сыграют.

Но я и школу Травников строю не просто так.

Пусть не вдруг, но появятся у меня ученики, которые снадобья десятками в день начнут выдавать, а там, глядишь, кто-то и до возможностей длительного хранения дойдёт, и это позволит создавать запасы на случай массовых катастроф.

Тогда уже счёт не на сотни, на тысячи пойдёт. Но пока это всего лишь мечты!

* * *

Поездка в Челябинскую область вышла не совсем запланированной. Ратибору блязнуло. Он с чего-то вдруг решил полынь проверить, и не ту, что у нас за огородом растёт, а другую, по которой радиация прошлась.

В Свердловске про «хлопок» на очистных «Маяка» только глухой не знает, но болтать про это не принято, государственная тайна, как-никак. Ага обычная такая тайна, про которую все знают. А как не знать, если несколько сёл и деревень, а заодно и весь Шадринск, были переселены после того, как там прошёлся радиоактивный след.