Читать книгу - "7 дней катастрофы - Константин Николаевич Буланов"

Вольём их безболезненно в свои уже имеющиеся дивизии. Или хотя бы пусть просто передадут машины двух указанных истребительных полков нашим лётчикам, оставшимся на время безлошадными! Всяко пользы выйдет больше!

Понятное дело, что отнюдь не каждый потерянный самолёт означал гибель его лётчика или экипажа. Нет, кто-то, конечно же, погиб — война, куда без этого. Кто-то угодил в плен — два-три десятка пилотов уж точно выпрыгнули с парашютами над вражеской территорией. Кто-то прямо в этот момент пробирался голодным, холодным да ободранным по лесам и полям, чтобы выйти к расположению своих войск. А кого-то из числа сбитых уже успели отыскать и даже доставить на родные аэродромы. Пилоты повреждённых машин, опять же, никуда не делись. Так что в присылке новичков, мало того, что, как пить дать, большей частью недавно севших за штурвал, так ещё вдобавок совершенно не знакомых с географией театра боевых действий, пользы виделось совсем немного. Буквально крохотуличка. Оттого Дмитрий Григорьевич и вёл такие речи.

— Да как же я могу отказаться, товарищ генерал армии? — откровенно растеряно произнёс Копец. — Это же приказ, подписанный наркомом обороны, командующим ВВС и начальником Генштаба! Я же не имею права его не выполнить и не принять указанные дивизии под свою руку!

— Вот ведь тоже, не было печали, купила баба порося, — совершенно не скрываясь, скривился Павлов, который также прекрасно понимал, как со стороны может выглядеть отказ от этих самолётов в складывающейся ситуации.

Имеющиеся у него недоброжелатели всё так могли перевернуть с ног на голову в итоге и выставить его в настолько дурном свете, что он потом замучался бы оправдываться перед теми же Тимошенко, Жуковым, а то и самим Сталиным. Особенно на фоне грядущего неизбежного отступления под давлением германских войск.

— Я полагаю, что получить хоть что-то в качестве подкрепления — всё же лучше, чем вовсе ничего, — видя начавшую проступать на лице генерала армии тень сомнения, предпринял очередную попытку смягчить недовольство командующего Иван Иванович. Он слишком рано распробовал вкус победы и жаждал вновь показать себя во всей красе, для чего требовались подкрепления. При этом он пока не понимал в полной мере всех тех проблем, с которыми ему при этом предстояло столкнуться, и что из-за этого боеспособность ВВС фронта могла даже несколько упасть, вместо того, чтобы возрасти. Как говорится, всё полезно лишь в меру, а перебор — он и в Африке перебор. Приткнуть же почти 300 дополнительных СБ-2, в БССР пока что было некуда. На аэродромах едва-едва успевали обслуживать и выпихивать в вылеты уже имеющиеся бомбардировщики, которых после всех потерь насчитывалось примерно столько же. И удвоение их числа могло обрушить всю кое-как налаженную систему.

— Ты, знаешь, сделай-ка вот что, — наконец, приняв решение, ткнул Павлов пальцем в собеседника. — Подготовь мне транспортный ПС-84 и согласуй его пролёт до Москвы, чтобы его свои же с неба не ссадили. А то сейчас все, должно быть, на нервах. Сперва начнут стрелять и только после поинтересуются, а кто это вообще там летит. И собери побольше фотографий разбитых вражеских аэродромов, а также подбей общую статистику по нашим и немецким потерям в самолётах. Лично полечу к товарищу Сталину, чтобы напрямую объяснить ему, чего нам реально сейчас не хватает, а чего и даром не надо, — пояснил он в ответ на вопросительный взгляд авиатора.

— Напрямую? Даже через голову наркома? — с хорошо различимыми интонациями сомнения поинтересовался Копец, полагающий подобный шаг явным перебором. Не говно же на лопате им, в самом деле, предлагали, а дополнительные боевые самолёты. Отчего бы было не согласиться молча, вместо того, чтобы вступать в конфронтацию с руководством?

— Так, думаю, выйдет и быстрее, и куда лучше для нас всех! — явно прочитав по лицу собеседника его мысли, генерал армии вновь ткнул в того пальцем. — Глядишь, ещё откуда-нибудь истребительный полк-другой смогу выцарапать в нашу пользу. А то, если всё продолжит идти такими же темпами, то у нас не то что через неделю, а через 3 дня от ВВС фронта останутся одни рожки да ножки, коли немцы закусят удила и пойдут в банальный грубый размен ударами. У них-то сейчас там, поди, много у кого из высшего командования пригорает пониже спины. С такими-то потерями! Явно не такого отлупа в Берлине ожидали, начиная эту войну. А потому для исправления ситуации им теперь понадобится либо громкая победа, либо не менее громкая месть. И свежих сил для этого они, уж будь уверен, не поскупятся отписать на наше направление. Тогда как у нас теперь едва четыре сотни истребителей наберётся, добрая половина которых — «Чайки».

Особых подробностей Дмитрий Григорьевич не помнил, но то, что после войны вообще все без исключения советские бойцы и командиры вспоминали о практически полном отсутствии своей авиации в небе — это было фактом. Но мало кто знал, что причиной тому в самом начале войны было не только уничтожение авиационных частей приграничных округов на аэродромах, но и то, что подкреплений авиаторам брать было неоткуда! Кто бы что ни голосил о наличии у СССР несметных тысяч боевых самолётов, реальность несколько отличалась от статистических данных.

Тот же Западный фронт в каноничных реалиях ВОВ с 22 июня и до конца лета смог дополнительно получить себе лишь те самые 2 смешанные авиадивизии, которые ныне точно также втюхивали Копцу, плюс ещё одну САД, переброшенную с Дальнего Востока, да пару наскоро сформированных полков — истребительный и штурмовой. И на этом всё!

Учитывая же тот факт, что в них всех суммарно не набиралось и полутора сотен истребителей — большей частью И-16 с И-153, разбавленных всего тремя дюжинами МиГ-3, противопоставить себя на равных Люфтваффе эти части, понятно дело, оказались попросту неспособны. Особенно на фоне того, что прибывали они не все вместе одним скопом, а с солидной разницей во времени и потому к моменту появления очередного подкрепления предыдущее уже успевало сточиться в ноль.

Отсюда и страшнейшие потери в бомбардировщиках, конечно. Те сразу же по прибытию отправлялись в бой, естественно, без всякого истребительного прикрытия и при полном господстве в небе германской авиации. Так и сожгли совершенно бездумно под полтысячи машин с довоенными неплохо подготовленными экипажами. Теми самыми экипажами, которых всю войну впоследствии катастрофически недоставало для полноценного освоения тех же Пе-2.

Однако командующий Западного фронта совершенно точно знал, где относительно свободные истребители имеются в достатке.

Конечно же, речь шла об авиационных частях ПВО