Читать книгу - "Между войной и миром - Владислав WISE"

С южной части Кабула донеслись звуки серьёзного боя, с применением танков и авиации. До посольства доносились глухие взрывы бомб и ракет.

— Нда, — закурил уже третью папиросу Андрей Исаевич, — Во попали!

— Это точно, — согласился советник и добавил. — Лишь бы не исламисты. А то и нам достанется.

— Это точно, — подтвердил Медников, который за время своего пребывания в Афганистане успел побывать в пуштунской одежде и в сопровождении местных в некоторых глухих регионах Нуристана и у горных гильзаев. И здесь насмотрелся на нравы глубинки, где местный мулла подменял собой закон и власть. Если он к тому же был фанатиком веры… То ой!

Где-то около полудня над центром Кабула, сотрясая дома своим пролётом на низкой высоте, пронеслась шестерка «Сушек» в направление резиденции Дауда Хана. Оттуда вскоре донеслись взрывы ракет, которыми Су-7 обстреляли дворец Арг.

Вскоре после этого в кабинет вернулся Охримюк. В руках он держал начатую бутылку коньяка.

При виде бутылки советник освободил столешницу от бумаг и полез в глубь стола. Достал рюмки, стаканы, тарелку с печеньем, две бутылки газировки. Жестом предложил придвигаться со своими стульями к столу.

— Диспозиция такова, товарищи, — начал Охримюк, разливая коньяк по рюмкам, в то время как советник разливал по стаканам газировку. — Сегодня офицеры — члены и сторонники Народно-Демократической партии Афганистана, в частности фракции «Халк», решили освободить своих лидеров из тюрьмы. Они подняли. 4-ю и 15-ю танковые бригады и ввели их город. Их поддерживают пехотные части Первого армейского корпуса, 444-й и 450-й батальоны командос. В их руках аэродром Баграм, где дислоцируются 322-й авиаполк и другие части. На аэродроме имеются истребители МиГ-21 и Су-7. На данный момент идёт бой за дворец Арг, где укрылся Дауд Хан со своими. Халкистами, штурмующими дворец, командует полковник Аслам Ватанджар. Полковник Абдул Кадир распоряжается в Баграме. Су-7 только что обстреливали дворец Дауд Хана. Министерство обороны халккисты уже взяли. Идёт бой у здания Министерства внутренних дел, которое от танков обороняет рота полицейских. Захвачены Международный аэропорт Кабула и штаб жандармерии. На южных окраинах города идёт бой с частями 7-й пехотной дивизии, которая пытается прорваться ко дворцу Арг, чтобы помочь Дауд Хану. Пока это вся информация о происходящем.

— Это точно не исламисты Хекматияра? — усомнился советник.

— Точно, точно! — заверил Охримюк, чокаясь с присутствующими.

— За победу!

— За победу! — поддержали его Медников и советник.

А Евгений Михайлович вдруг рассмеялся.

— А теперь представьте картину. Гору, что за американским посольством, знаете?

— Видели, разумеется,

— Так вот. Она сейчас усеяна сотнями жителей Кабула, которые с вершин наблюдают за событиями в столице. Как зрители в цирке.

— Комментировать не буду, — выдохнул Андрей Исаевич.

— Восток дело тонкое, — усмехнулся советник, вспомнив фразу героя одного из советских фильмов.

Рюмки ещё раз были наполнены.

Ещё дважды в тот день и наступившую ночь — какой, к чёрту, сон, если вокруг все грохочет от взрывов танковых снарядов и ракет, Охримюк приносил свежие новости, вместе с запечатанными бутылками спиртного.

Из того, что он рассказывал, наиболее интересным было сообщение о воздушном бое между истребителями базы Баграм и истребителями с базы Шинданд. Бой был скоротечным. Длился всего десять минут. Это было связано с ограниченным запасом горючего. База Шинданд располагалась за 500 миль от Кабула. Пока долетели. Десять минут боя, и назад. Иначе горючего не хватит вернуться на родную базу. В бою потеряли один истребитель.

К семи вечера в руках халкистов оказалось Министерство связи. Это определили по радиосообщениям, которые пошли на всю страну. В сообщениях на двух языках — фарси и пушту, основных языках Афганского государства — говорилось о переходе власти к Революционному совету Вооружённых Сил.

Около полуночи. Евгений Михайлович принес весть о том, что танки, не занятые осадой дворца Арг, двинулись в направлении города Джелалабад, где дислоцировалась 11-я пехотная дивизия, чьи офицеры отказались признавать власть Революционного совета Вооружённых Сил.

В полночь центр Кабула был охвачен огнём. Су-7 обстреливали ракетами резиденцию Дауд Хана.

К утру 28 апреля в центре столицы Афганистана все стихло. Только по окраинам Кабула ещё, постепенно затихая, гремела стрельба. В основном — автоматная. Чуть позднее стало известно из сообщений радио, что Дауд Хан погиб, а из тюрьмы освобождены лидеры Народно-Демократической партии Афганистана, в чьи руки перешла власть в стране.

К вечеру в Кабуле всё стихло.

Москва. 28 апреля 1978. Госплан.

Андрей был у себя в кабинете. Изучал документацию по предприятиям Караганды, когда в его кабинет без предупреждения, отмахнувшись на ходу от Марины Алексеевны, ворвался Фёдор Петрович Рыбкин.

— Только что передали, — с порога, проговорил он, — в Афганистане, военный переворот. Президент Дауд Хан убит!

Андрей тут же вспомнил Медникова и свои планы в отношении Афганистана.

— Кто?

— Пока неясно. Какой-то комитет из военных.

— Только этого не хватало. Спасибо. Попробую узнать, что там, и не пострадал ли Андрей Исаевич.

После этих слов Андрей открыл рабочую тетрадь в нужном месте и набрал записанный им, во время визита в МИД, рабочий телефон работника, с которым ранее имел беседу.

— Кошкин из Госплана беспокоит, — начал Андрей, едва на том конце сняли трубку.

Собеседник мгновенно понял, по какому случаю звонок.

— Не переживайте, Семён Игнатьевич. Сюрприз, конечно, неприятный, но нашим ничего не угрожает. Это не исламисты.

— Спасибо.

— Будут новости, я вас наберу.

— Спасибо.

Разговор прервался.

После звонка в МИД Андрей посмотрел на взволнованного Рыбкина.

— Нашим ребятам ничего не угрожает. Какие-то внутренние афганские разборки. К нам отношения не имеют.

— Это радует. А то, как подумал, что там могло быть…

— На рыбалку завтра едешь? — перевёл разговор на житейские проблемы Андрей, чтобы отвлечь Фёдора от событий в Афганистане.

— А куда я денусь, — ответил Фёдор и, делано вздохнув, добавил. — У Артура Борисовича не откосишь.

Андрей рассмеялся и пообещал.

— Передам Артуру Борисовичу твои слова.

— Не вздумай, а то ещё больше набросает работы и заданий.

— Это он может. Ладно, пошутил. Артуру Борисовичу ничего говорить не буду. Иди, работай. За Андрея Исаевича не беспокойся. Похоже, у него всё будет в норме. В понедельник позвоним в Кабул и узнаем наверняка.

— Спасибо.

Федор Петрович ушёл.

Андрей, усмехаясь, вернулся к документам, с которыми работал.

Кабул, 28 апреля, Вечер. Гостиница для советских специалистов…

Вечером 28 апреля Евгений Михайлович Охримюк в своей комнате в гостинице для советских специалистов рассказывал Медникову Андрею Исаевичу последние новости, которые он смог выяснить у военных советников из советского посольства.

А именно. При захвате дворца Арг, когда бойцы 444-го батальона коммандос во главе с лейтенантом. Имамуддином ворвались в кабинет Дауд Хана, в нём находились: сам Дауд Хан, его брат