Читать книгу - "Павший - Анна Щучкина"

Я натянул на лицо ухмылку.

– Можешь написать прощальное письмо. Хотя не знаю, кому ты его адресуешь… Едва ли своим родителям. Разве что кому-то из друзей.

Я ожидал вспышки гнева, проклятий или даже слез. Но Кристен лишь презрительно фыркнула и, к моему удивлению, опустилась на пол рядом со мной. Между нами стояла бутылка вина и одинокий бокал.

– Ты пришел сюда пить вино и снова манипулировать моими чувствами? – Взгляд Кристен скользнул по мне, оценивая, проверяя мою реакцию. – Зачем ты меня держишь?

Я устало вздохнул.

– Мы уже говорили об этом. Может, выпьешь? – Я открыл бутылку и наполнил бокал до половины. – Винтажное, из личных запасов императора. Говорят, он берег его для особых случаев.

– А это особый случай? – насмешливо спросила Кристен, но бокал взяла и сделала глоток. – Неплохо. Для такой мерзкой твари у него хороший вкус.

– Не все, что связано с императором, должно быть отвратительным, – заметил я. – Даже у худших людей бывают хорошие стороны.

Кристен хмыкнула.

– А где твой бокал? Или боишься, что я подсыплю тебе крысиный яд? Его тут много. И крыс тоже. Как, мать твою, ни странно.

– У меня нет второго бокала. – Я пожал плечами. – И я не пью.

Подняв бровь, Кристен обменяла свой бокал на бутылку, затем наполнила его в моих руках, а сама закинула голову и жадно глотнула из горла.

Такого дерзкого хода я не ожидал.

– Ну? – Кристен утерла рот тыльной стороной ладони. – Мое здоровье.

Я коснулся бутылки краешком бокала, усмехнулся и пригубил вино.

Мы сидели в молчании некоторое время. Кристен еще пару раз приложилась к бутылке. Подземелье словно дышало вокруг нас – тихие шорохи, далекие капли воды, скрип камней. В другом конце коридора что-то проскребло по полу – вероятно, крыса.

– Знаешь, – наконец произнесла Кристен, – теперь я все чаще думаю, что было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах. Не в этой жизни.

Мне стало смешно. Почти искренне.

– В какой же? У меня их было много.

– В той, где ты не предаешь всех вокруг ради своих целей. В той, где я не мечтаю перерезать горло собственным родителям.

– Такой жизни не существует. – Я покачал головой. – Ее прожили бы другие Александр и Кристен. А мы с тобой те, кто мы есть, именно из-за обстоятельств. Они сделали нас такими.

– Очень удобная позиция. – Кристен сделала еще глоток, и я последовал ее примеру. – Снимает всю ответственность. «Не я виноват, а обстоятельства».

– Я не снимаю с себя ответственности. Каждое мое решение, каждый шаг – мой выбор. Но выбор всегда ограничен условиями.

Кристен отпила еще вина. Ее щеки начали розоветь, глаза блестели в полумраке. Вино действовало – именно на это я и рассчитывал.

– Если твой план с Анисой провалится, что тогда? – внезапно спросила она.

Я напрягся, но постарался не показать этого.

– Откуда тебе известно об Анисе?

– У стен есть уши, Александр, – усмехнулась Кристен. – Даже в подземелье. Особенно когда стражники думают, что пленница спит.

Я мысленно отметил необходимость сменить охрану. Эти болтают слишком много.

– Если план провалится, – медленно произнес я, – придется действовать иначе. Возможно, мне самому придется сделать шаг, который…

Я замолчал, подбирая слова.

– Который приведет тебя к смерти? – закончила Кристен, и в ее голосе прозвучала странная нотка – почти забота.

– Все мы когда-нибудь умрем. Вопрос лишь в том, будет ли эта смерть иметь смысл.

– Как патетично! – Кристен закатила глаза, но в ее насмешке не было прежней злости. – Герой, готовый пожертвовать собой.

– Я не герой, Кристен. И ты это знаешь лучше всех.

Бутылка опустела уже на две трети.

– Скажи, – негромко произнесла Кристен, наклонившись ко мне, – ты бы помог мне убить родителей? За Иниго и Шо?

Вопрос повис в воздухе. Я долго смотрел на нее, видя на бледном лице выражение страшной боли.

– Я помогу тебе, – наконец ответил я, – если останусь в живых.

– Вот оно что. – Кристен отклонилась назад, прислонившись к стене. – Ты действительно планируешь не дожить до коронации Винсента? Как же так, Александр? Все это планирование, интриги, жертвы – и ты не увидишь результат?

В этих вопросах звучало искреннее недоумение. Я молчал, разглядывая трещины на потолке. Как объяснить то, что я сам едва понимаю?

– Если бы Костераль выжил… – Горло сжалось при упоминании этого имени, и я осушил бокал. – Возможно, с ним я смог бы найти какой-то покой. Но теперь мой черно-белый мир стал просто черным. И в этой тьме я просто должен доделать то, что начал.

– А как же Винсент? Как же твоя сестра?

– Я не могу оставить Анису одну в мире, где еще существует Астраэль. Но до определенного момента план будет работать и без меня. Дальше… что будет, то будет. Я уже сделал все, чтобы все сложилось как нужно. Винсент займет престол.

Кристен долго молчала, затем подняла на меня затуманенный взгляд.

– Ты всегда говоришь загадками. Думаешь, это делает тебя интереснее?

Я слабо улыбнулся.

– Думаю, это сохраняет мне жизнь.

– Трудно представить, что тебя что-то пугает, – фыркнула она, делая еще глоток. – Великий и ужасный Александр, манипулятор и интриган, боится…

– Я боюсь многого, Кристен. Боюсь, что все было напрасно. Боюсь, что умру прежде, чем закончу дело. Боюсь, что Винсент не справится с бременем короны.

– У него же рога, – пробормотала она. – Зацепится.

Мы посмотрели друг на друга и прыснули со смеху, как глупые подростки.

– Будем надеяться, Кристен… Будем надеяться.

– Знаешь, что забавно? – Она почесала слегка покрасневший нос. – Я тебя ненавижу. Действительно ненавижу. Но иногда… иногда я понимаю тебя лучше, чем кто-либо другой.

Кристен вновь подняла бутылку, но обнаружила, что та почти пуста. Она с удивлением посмотрела на нее, затем на меня.

– Ты решил меня напоить?

– Хотел, чтобы ты расслабилась, – мягко поправил я. – Чтобы поняла – здесь самое безопасное для тебя место.

– Безопасное? – Кристен прищурилась. – В темнице?

– Со мной. Отпустить тебя я не могу, Кристен. Ты – гарантия моего плана Б.

Она нахмурилась, пытаясь осмыслить мои слова.

– Плана Б?..

– Хватит вопросов. – Я поднялся на ноги. – Уже поздно. Мне нужно хоть немного поспать перед завтрашним днем.

– Собираешься снова спать здесь?

– Если ты не против. Обещаю не храпеть.

Она хотела встать, но ноги не слушались. Бутылка вина – крепкого, терпкого, императорского – сделала свое дело. Кристен попыталась снова, неуклюже хватаясь за стену.

Я протянул руку.

– Позволь помочь.

– Не прикасайся ко мне, – заплетающимся языком огрызнулась Кристен. – Я сама.

На четвереньках, пошатываясь, она добралась до матраса и рухнула на него. Ее дыхание почти сразу стало ровным