Читать книгу - "44–ая реинкарнация злодея - Алекс Го"

как чувствовала себя Мэйфан во второй жизни, когда он почти обманом заманил ее на пик боевых искусств. Неужели он сейчас столкнулся с кармическим воздаянием?

Бывший глава Кровавой жатвы всерьез задумался, а не спрыгнуть ли с горы прямо сейчас. Ему в прошлых жизнях приходилось и воровать, и попрошайничать, но настолько низко он еще не падал. Эти люди ждут от него, что он будет копаться в земле, как какой-то крестьянин!

Однако пик духовных трав был весьма пологим, и настолько заросшим зеленью, что Хань Яну показалось, будто тут даже разбиться не выйдет. Он просто прокатится по пышной траве и застрянет в кустах. Поэтому пришлось отказаться от этой идеи.

Пик духовных трав встретил Яна мягким удушьем зелени, обволакивающим теплом влажной земли и терпким ароматом цветущих растений, от которого першило в горле. Солнце, пробиваясь сквозь пелену тумана, рассеивалось в кронах древних кедров, обрамляющих склон горы, и лишь робкие лучи касались грядок, устроенных на каждом свободном клочке земли. Здесь все дышало жизнью - слишком навязчивой, слишком настойчивой. И Хань Ян ненавидел это всем сердцем.

Тут даже общежития учеников были снаружи затянуты Серебристым вьюнком, а внутри в каждой комнате стояло с десяток растений в горшках. И все адепты, кажется, были вполне довольны своей участью и не возражали против того, чтобы возиться в земле. Некоторые даже утверждали, будто любят это. Ян искренне считал их сумасшедшими.

Его руки, привыкшие сжимать клинок или рвать плоть, теперь стискивали деревянную лопатку, и каждый удар по земле отзывался в нем глухим раздражением. Грязь забивалась под ногти, липкая и назойливая, словно сам пик насмехалась над ним.

Старшая ученица Сяо Лань, высокая и строгая, с темными, как смоль, волосами, собранными в тугой пучок, наблюдала за ним с каменной ступени, скрестив руки. Ее взгляд, острый и неумолимый, будто просвечивал его насквозь, видя ту ярость, которую он так тщательно скрывал.

- Ты копаешь так, словно хочешь зарыть в землю кого-то живьем, - заметила она, и в уголках ее губ дрогнула тень улыбки.

Хань Ян не ответил. Он действительно представлял, как закапывает здесь весь этот проклятый пик, всех его старейшин, всех этих слабоумных учеников.

Мэйфан, присевшая рядом на корточки, аккуратно поправляла хрупкие стебли Лунного Шиповника - растения, способного исцелять раны, но лишь если к нему прикоснуться с искренней заботой. Ее пальцы двигались бережно, почти нежно, и Хань Ян невольно наблюдал, как под ее прикосновениями поникшие листья распрямлялись, будто оживая.

- Если продолжишь смотреть на меня так, словно хочешь сжечь взглядом, шиповник завянет, - сказала она, не поднимая головы.

Он отвернулся.

Поначалу ему хотелось сопротивляться. Сжечь теплицы или подорвать баки с жидкими алхимическими смесями, которые в малых дозах использовались как удобрения, а в больших - стали бы ядом, на долгие годы отравившим землю. Но это было глупо, так что оставалось только стиснуть зубы и продолжить заниматься бессмысленным копанием в земле.

Учеников тоже хотелось поколотить, и с его знаниями боевых искусств он бы вполне справился со всеми своими одногодками. Однако это не принесло бы ничего, кроме краткого удовлетворения. Поэтому приходилось терпеть их глупые попытки подружиться. Ян не понимал зачем это нужно, но старшие адепты и учителя тут почему-то постоянно твердили о том, как важна дружба и взаимопомощь, и даже домашние задания обычно заставляли делать в парах или группах.

Пятерка девчонок, еще со времен экзамена действовавшая как сплоченная команда, то и дело пыталась и его в это втянуть, хотя он и сопротивлялся. Хань Ян подозревал, что они все попаданки, но пока не был в этом точно уверен, все же с четырьмя из них он прежде не был знаком.

А-Хуа, круглая, румяная, с вечно растрепанными волосами, часто находила его в дальнем углу сада, где росли ядовитые травы. Она приносила с собой сладкие лепешки и, не спрашивая, садилась рядом, болтая о пустяках - о том, как старшие ученики боялись подходить к Черной Белладонне, о том, что старейшина Ли в молодости был знаменитым травником-отравителем, о том, что если шептать Золотому Жасмину свои желания, они могут сбыться.

- Ты знаешь, почему тебя поставили ухаживать за ядовитыми грядками? - спросила она однажды, отряхивая крошки с одежды.

- Потому что все здесь ненавидят меня, - проворчал он.

- Потому что ты единственный, кто не боится их, - поправила она. - Остальные, если долго работают с ними, начинают слышать голоса. А ты… ты, кажется, не слышишь.

Хань Ян замер. На самом деле, он тоже слышал. Но по сравнению с прошлой жизнью, когда в его голове звучали крики и вой жертв, голос трав был не громче шелеста книжных страниц. Шепот в листьях, скрип корней под землей, тихий смешок, когда он проходил мимо Кровавого Корня. Он настолько привык игнорировать странные звуки, что даже не вслушался ни разу, о чем они там бормочут.

К концу первого года он неожиданно для всех стал лучшим учеником пика. Ядовитые растения слушались его. Черная Белладонна раскрывала свои цветы при его приближении, Смертоносный Плющ обвивал его запястья, не оставляя ожогов, а Кровавый Корень, от которого другие ученики сходили с ума, лишь тихо шелестел, будто рассказывая ему свои секреты.

А еще через год Хань Ян получил доступ в Запретный сад, где роси самые опасные и ядовитые растения. Их яда, правильно собранного и приготовленного, хватило бы на то, чтобы отравить весь цзянху.

Глава 41. Шесть попаданцев

Запретный сад стал его убежищем. Среди ядовитых стеблей и листьев, пропитанных смертью, Хань Ян чувствовал себя почти спокойно. Здесь никто не осмеливался его тревожить — даже старейшины пика предпочитали не заходить сюда лишний раз, доверяя ему уход за растениями, которые могли убить одним прикосновением.

Он собирал яды методично, без лишней спешки, аккуратно раскладывал высушенные лепестки и корни по специальным зачарованным контейнерам. И для себя тоже небольшую часть яда сохранял так, чтобы никто не заметил недостачи. Впрочем, под его присмотром растения плодоносили и цвели сильнее обычного, и урожая он получал куда больше, чем другие ученики.

Отраву он копил не для того, чтобы кого-то убить, а на будущее. Опыт говорил ему, что скоро придется столкнуться с Бао Цзяном. Не факт, что даже самый сильный яд сможет прикончить главного героя, но можно ведь немного помечтать,