Читать книгу - "Право на Власть - Евгений Волков"

такие как Ганс, в подобные моменты чувствуют упоение властью куда острее любого аристократа. Ещё бы: с ними на равных говорят бароны, герцоги и прочие лорды! Власть бывает разной, и порой именно от таких мелких шестерёнок зависит, насколько гладко будет работать весь государственный механизм.

— Воистину так. Сильные вассалы всегда во благо сильной Империи. Подскажите, милорд, как у вас обстоят дела с выходом на внутренний рынок? — Ганс неспешно шагал по довольно чистым улицам, с неподдельным интересом разглядывая окружающие строения.

Почти вся эта часть города была уже поднята из руин, но местами между новенькими фасадами всё ещё зияли прорехи неразобранных завалов. В такие моменты чиновник притормаживал, многозначительно качал головой, после чего вновь ускорял шаг.

— К сожалению, не слишком хорошо. Можно говорить прямо, господин Ганс?

— Конечно, милорд, какие могут быть секреты? — театрально взмахнув рукой, проговорил чиновник.

— Я предполагаю, что не все Великие Дома рады возрождению моей династии, и потому всячески препятствуют нам. В частности, тормозят нашу инициативу о поставках гелиона на внутренний рынок Империи.

Я не стал в открытую говорить о том, что мои подозрения касаются самого императора и его приближённых. Ни у одного из Домов не было такого огромного влияния на административные органы Империи, как у самого Трона. И я прекрасно понимал, почему император так поступает. В открытую выступить против меня он уже не мог: союз с принцессой связывал ему руки. И тем не менее усиление новой, не слишком предсказуемой фигуры на политической доске не устраивало никого, и в первую очередь — Трон. Но и вечно вставлять нам палки в колёса они не смогут. Рано или поздно им придётся принять новые правила игры.

— Печально такое слышать. Порой я удивляюсь тому, как элита Империи ведёт себя, словно малые дети в песочнице… — Ганс пугливо оглянулся, словно испугавшись собственных неосторожных слов, а затем вновь посмотрел на меня.

Я лишь понимающе улыбнулся, соглашаясь с чиновником.

— Пожалуй, вы правы, господин Ганс. Что-то в этом определённо есть.

Чиновник кивнул, после чего остановился у разрушенного склада. Рядом был сформирован стихийный памятник погибшим: огромный кусок стены одного из зданий был сплошь расписан разными именами. Среди надписей виднелись рубленые буквы языка ракси и каллиграфические письмена лаарискай. Но большая их часть была сделана на общем языке — десятки и десятки имён.

Это был один из монументов, которые люди сами установили в память о гибели родных. Таких по всему городу было около десятка. Я не трогал эти стихийные места скорби, тем более что некоторая их часть была создана не без участия моего Департамента разведки. У подножия камня лежали различные подношения: от детских игрушек до голографических фотографий.

Ганс несколько секунд молча смотрел на монумент, затем подошёл ближе и с явным интересом стал изучать надписи. Некоторое время он шевелил губами, вчитываясь в текст. Я догадался, что, помимо общего, имперский казначей прекрасно знает и другие языки необъятной Империи.

— Знаете, Император не любит подобные проявления сочувствия. Не то чтобы он был совсем уж чужд этому. Просто… — Ганс замолчал, явно подбирая более подходящие, дипломатичные слова.

— Просто обычно мятежников стирают из истории, — жёстко продолжил я вместо чиновника.

— Верно, — кивнул посланник и повернулся ко мне. — И я бы был поосторожнее с такими проявлениями сочувствия. Не все поймут, милорд.

— Большинство из имён, что вы видите на этой стене, принадлежат простым гражданам. Мало кто из них действительно желал пойти против Империи.

— Понимаю. Да и протекторат Её Высочества теперь снял с любого раграсского жителя все прошлые обвинения. Но тем не менее…

— При всём уважении, господин Ганс, я сам буду решать, что является важным для сектора, в котором я правлю. В том числе и то, чью память здесь будут чтить.

— О, безусловно, милорд, безусловно. Прошу простить меня за мою дерзость, — представитель Трона склонился в полупоклоне, будто и правда желал вымолить прощение.

Я снисходительно кивнул, принимая извинения Ганса. Он казался мне скользким и крайне неприятным типом, что, впрочем, свойственно всем чиновникам его уровня. Он был весьма изворотлив, в этом не было ни малейшего сомнения.

Выпрямившись, Ганс кивнул, словно решив что-то для себя, и подошёл ближе, после чего произнёс:

— Я думаю, Казначейство в моём лице вполне довольно открывающимися перспективами. И спешит напомнить, что налог, который вы сейчас должны уплатить, в следующем году существенно вырастет. В этот раз мы потребовали уплату с учётом недавних событий и того факта, что вы лишь недавно вступили в управление сектором.

— Понимаю, господин Ганс. Однако год — немалый срок, который я постараюсь использовать как можно выгоднее.

— Я в вас и не сомневался, милорд, — улыбнувшись, проговорил чиновник.

В этот момент требовательно пискнул мой коммуникатор. Вытащив его из кармана, я отсоединил небольшую гарнитуру и вставил её в ухо. Несколько секунд тишины, после чего я почти сразу услышал голос своего временного адмирала Крейна:

— Милорд, мы только что получили сигнал бедствия от каравана, следующего в Раграс. Он подвергся атаке в секторе вторичного разгона. Мы не можем проигнорировать прямой запрос о помощи, — спокойно доложил адмирал.

Я скрипнул зубами. Вот и ответка от пиратов. Скорее всего, в этот раз они неплохо подготовились к нападению. Смущало, что они совершили его достаточно близко к Раграсу, что позволит нам быстро прийти на выручку. Но, с другой стороны, если они уйдут безнаказанными, это станет весьма дерзким ответом, который, безусловно, вновь ударит по рынку. Убытки в такой момент нам категорически противопоказаны.

— Флоту — боевая готовность. Я скоро присоединюсь. Готовиться к прыжку в указанную систему, — скомандовал я.

Но почти сразу же последовали слова Адриана, который дополнил мой приказ новыми тактическими штрихами:

— Я предполагаю, что это нападение — ловушка. Предлагаю первому и третьему ордеру совершить прыжок одновременно, а второму — с задержкой в тридцать минут.

— Выполняй. Свяжись с «Рукой Гхарда», пусть ко второму ордеру припишут два тяжёлых корабля поддержки. Контракт мы оплатим.

— Будет исполнено, милорд.

Отключившись, я посмотрел на молчащего Ганса, который с совершенно невозмутимым видом всячески показывал, что мой разговор его абсолютно не касается. Спрятав коммуникатор в карман, я