Читать книгу - "То-Рек. Великая охота - Катэр Вэй"

с собой унесла, а клиенты остались голодными. Вот и устроили забастовку с требованием немедленно вернуть кормёжку! Какого чёрта Нэра вообще бросила малышей и попёрлась в лес⁈

Об этом я тут же у неё и спросил.

— Барк сказал, чтобы все, кто может нести добычу, шли помогать. Вот я и пошла, — пожала она плечами, пристраивая второго малыша к свободной груди. Таш старательно помогала ей. — Не думала, что так надолго уйду.

— Не думала она! — раздражённо проворчал я. — Всё! Больше никуда не ходишь. Сидишь дома, с детьми! Хватит с тебя лесных прогулок!

Хотя и сам хорош! Видел же Нэру в лесу, а про близнецов даже не подумал.

— А мясо? Там ведь ещё много осталось… — неуверенно начала Нэра.

— А вот здесь мясо и будешь охранять! — перебил я, указывая в сторону поляны. — От этих вон, что внизу остались. Заодно за детьми присмотришь. Поняла?

Нэра посмотрела на меня, потом на близнецов, которые наконец перестали надрываться, и виновато кивнула.

— Поняла.

Вел с Лиором облегчённо переглянулись. Рыжий коротко спросил, нужна ли помощь, и, получив отрицательный ответ, увёл друга к источнику. Вскоре оттуда донёсся стук глиняных плошек и довольное фырканье. Парни с удовольствием умывались и пили прохладную воду.

Я же направился проверить нашего раненого.

Кабу лежал у стены, укрытый шкурой. Услышав мои шаги, он приподнял голову, но почти сразу снова опустил её на подстилку. Взгляд у мальчишки был какой-то мутный, рассеянный.

Я присел рядом, собираясь заговорить, но тут откуда-то сверху спикировал Вестник и устроился прямо на моём раненом плече.

— Ай, блин! — зашипел я от неожиданной боли и попытался согнать наглую птицу.

Не тут-то было! Этот пернатый гад ещё и клюнул меня в руку!

— Да чтоб тебя! Вестник, свали! Больно же!

Мальчишка, наблюдавший за моей потасовкой с чёрным вороном, вдруг испуганно дёрнулся, шарахнулся к стене и попытался уползти с лежанки.

— Вел! Сюда! Кабу придержи! — взвыл я, отбиваясь от крыльев и клюва Вестника, окончательно зверея.

Рыжий тут же примчался от источника, подхватил мальчишку и уложил на место, но тот принялся мычать что-то неразборчивое и отбиваться. А я наконец ухитрился схватить Вестника за туловище, прижав крылья.

— Ты совсем охренел, придурок пернатый⁈ — рявкнул я прямо в его наглую воронью морду. — Ещё раз меня клюнешь, зараза, полетишь в лес на вольные хлеба! Понял⁈ А ну марш на своё место!

Я отпустил ворона, подкинув его в сторону жердей для просушки шкур. Тот торопливо замолотил крыльями, унося свой пернатый зад подальше от разъярённого меня, и забился куда-то в угол пещеры.

От поднявшегося переполоха немедленно разорались козлята, а следом к общему концерту присоединились оба поросёнка, сидевшие в своих загонах.

— Вас ещё не хватало! — зло прорычал я.

Плечо саднило всё сильнее. Я осторожно отогнул край повязки и скривился. По коже потекла тонкая струйка крови.

Вот ведь пернатая сволочь! И без того плечо болит, а теперь ещё и кровит снова!

— Вел, держи мальчишку, не давай ему вставать и следи, чтобы он головой не ударился, — попросил я, стараясь унять злость. — А мне рану промыть надо.

Рыжий что-то там угукнул, пытаясь удержать буйного пациента на подстилке.

Я поднялся и отправился к источнику.

Рана оказалась не такой уж глубокой, но болезненной.

Похоже, мышцу всё же зацепило. И чем прикажете лечиться? Даже мазь Барка закончилась. Гадство…

Я тщательно промыл плечо чистой водой, осмотрел рану, смазал её мёдом и прикрыл чистым мхом. Затем закрепил повязку полоской кожи, пропустив её наискось через грудь, и осторожно натянул жилетку.

Вот и вся перевязка. Ни бинтов, ни антисептиков. Каменный век во всей красе!

Зато, пока возился с раной, немного успокоился.

Когда я вернулся к лежанке, от разъярённого Егора не осталось и следа. К больному подошёл уже спокойный, собранный доктор Белов.

Мальчишка уже не дёргался и не мычал. Он лежал спокойно, с закрытыми глазами, но Вел на всякий случай продолжал его удерживать. Я кивнул Рыжему, давая понять, что можно отпускать. Тот осторожно убрал руки и немного посторонился.

Я снова присел рядом с мальчишкой и негромко спросил:

— Кабу, как ты себя чувствуешь?

Он повернул ко мне голову не сразу, словно до него с запозданием дошло, что обращаются именно к нему.

— А?.. Хорошо, — наконец пробормотал мальчишка.

— Голова болит?

— Болела… — Он нахмурился. — Нет, болит. Сильно.

— Ты меня узнаёшь?

Кабу посмотрел внимательнее.

— Нет, — ответил он и вдруг озадаченно оглянулся. — А мы где?

— В нашей пещере. Ты головой ударился.

— А-а… — Он прикрыл глаза, будто это объяснение требовало больших усилий. — Не помню.

Я проверил зрачки, попросил мальчишку проследить глазами за моим пальцем, пошевелить руками и ногами. Двигался он нормально, но на просьбы реагировал с заметной задержкой. Взгляд то сосредотачивался на моём лице, то становился мутным, словно Кабу куда-то уплывал мыслями. В какой-то момент он вообще перестал следить за пальцем и лишь после повторной просьбы снова сумел сосредоточиться.

На вопрос о самочувствии пожаловался, что нутро сводит.

Тошнит, значит. Понятно.

Я покосился на Нэру, Таш и близнецов.

Нет уж. Здесь нужен постоянный присмотр. Неконтролируемое поведение мальчишка уже проявил, а значит, повториться это может в любой момент.

Тут Кабу слабо ухватил меня за руку.

— То-Рек…

— Что?

— Мне надо в кусты. Только я сам не дойду.

О как! Уже и имя моё вспомнил! А ведь только что уверял, что не помнит. Похоже на посттравматическую амнезию со спутанностью сознания. Память работает урывками: то вспоминает, то снова всё забывает. Нехорошо. Очень нехорошо.

— Тебе сейчас лучше не вставать, — вздохнул я, оглядывая пещеру в поисках подходящего решения.

— Очень надо, — жалобно повторил мальчишка.

— Вел, тащи вон тот горшок! — Я указал на один из неудавшихся при обжиге, с отколотым краем.

Рыжий тут же метнулся за ним и протянул мне посудину.

— А что ты хочешь с ним де…

Он осёкся на полуслове. Челюсть у парня отвисла, а брови поползли на лоб, когда до него наконец дошло, для чего мне понадобился горшок.

Я тем временем осторожно приподнял Кабу и попытался устроить его над посудиной, стараясь не тревожить собственное больное плечо. Мальчишка оказался неожиданно тяжёлым.

— Ну чего вылупился⁈ — пропыхтел я, с трудом удерживая пациента. — Помоги лучше! Тяжёлый он, зараза!

Вел наконец опомнился, подхватил Кабу под мышки и помог удержать его в нужном положении. Правда, при этом продолжал коситься на горшок с таким выражением, словно я только что совершил величайшее кощунство.

Ну да, Рыжий, представляешь? В горшки, оказывается, можно не только еду складывать. Вот тебе и очередное достижение цивилизации!

— Клади его на место, — пропыхтел я, отставляя в сторону нашу новую ночную