Читать книгу - "Слухач - Сергей Михайлович Кулагин"

стола фотографии и спрятал их в карман. Дверь резко распахнулась, внутрь ворвались Сармат и несколько вооруженных бойцов. Все целились в меня.

Я сбивчиво рассказал, что здесь произошло.

– Горыныч, – ледяным тоном процедил Сармат, – ты, случаем, ничего не попутал?

Стараясь, чтобы голос не дрожал, повторил:

– Говорил же, Муха с Шубой напали на Тайгу.

Сармат сжал челюсти, окинул меня недоверчивым взглядом, но все же опустил пистолет. Еще раз внимательно осмотрел помещение и спросил:

– Стрелял кто?

– Муха, – ответил я и тут же добавил: – Я пытался ему помешать, но не успел.

Сармат подошел к телу Мухи, рывком вырвал из рук мертвеца автомат, осмотрел, понюхал ствол, даже зачем-то сунул в него палец и произнес:

– Ствол еще даже не остыл.

– Я же говорил…

– Заткнись!

Я смолчал, но унижение запомнил. Я себя знаю: при первой же возможности рассчитаюсь сполна.

Сармат снова осмотрел тела. Под ногами Тайги увидел фотографию, поднял и протянул мне:

– Знал его?

Кивнув, я честно ответил:

– Узнал, это Джин, шестерка Башкира.

– Что за дела у тебя с «трутнями»? – голос Сармата снова стал ледяным.

– Дела у прокурора… – начал я, но по лицу «спартанца» понял, что шутки сейчас неуместны. Он даже не улыбнулся, зато на лбу залегла глубокая морщина. – Мы с ним пересекались.

Сармат схватил меня за грудки и притянул к себе. Я тихо, но твердо сказал:

– Руки убрал.

Он выше и сильнее, но все же опустил руки и процедил при этом:

– Выкладывай всё.

Сармат, насколько я знал, не был авторитетом в криминальном мире, поэтому говорить на жаргоне не стоило.

– Диджин когда-то работал на меня, распространял запрещенку в Уфе и сам подсел. Потом попал за решетку за сбыт и употребление. После суда, где я свидетелем проходил, не встречал его. Думал, он сгинул в зоне. А сегодня меня Тайга к себе позвал, этот снимок показал. Видимо, решил, что через него удалось бы Башкира достать, а эти палить начали… Хочешь – верь, хочешь – нет…

– Если бы не верил, пристрелил бы сразу, без малейшего колебания. Собирайся, пойдем «трутней» гасить.

Я быстро покинул комнату Тайги. Зашел к себе, закрыл дверь и подошел к окну. У здания уже гудела негодующая толпа «спартанцев». Сармат, конечно же, хотел встать во главе «Спарты», но для этого ему нужна была заруба с «трутнями», и я не собирался в этом участвовать.

Жаль, уйти незамеченным не получилось. Я поборол мимолетную слабость. Побег могли посчитать признанием вины. Объявили бы вне закона – это не страшно, я уже был вне закона, но если бы разослали подробную ориентировку по всей области, меня бы быстро выследили и прикончили.

Подошел к кровати, сел. Под ней лежал рюкзак, приготовленный на всякий случай. В нем – четыре снаряженных магазина, нож, «макаров» с дополнительными обоймами и фонарик. Там же фляга с водой, банка тушенки, сухари, соль и справочник Зайцева, от чтения которого волосы вставали дыбом. Угораздило же меня сюда приехать!..

Из головы не выходили слова Тайги о Зельцере, Диджине, Сучкове и Светлове. Зачем они приехали на Ямантау? Явно же не на гастроли. Я понимал, что должен первым понять причину, иначе «спартанцы» в оборот возьмут.

Очень давно Зельцер, Диджин, Сучков и Светлов входили в состав группы «Калининский парк», я крышевал ее в начале 90-х. Парни сочиняли и исполняли дешевую попсу. Тогда однодневки с репертуаром без замаха на смысл пользовались популярностью, за них даже неплохо платили. «Неплохо» – с точки зрения музыкантов, но для меня – сущие гроши. Мне концерты были нужны, чтобы распространять дурь. Для этого в музыкальный коллектив я пристроил Сашку. Но он и впрямь подсел сам, как я и рассказал «спартанцам». Вскоре попался ментам и загремел в колонию. После отсидки вроде бы женился, но вскоре сорвался, развелся и лег в клинику на лечение. Даже если благополучно вылечился – какого хрена он на Ямантау-то забыл?

С отъездом барабанщика Светлова, помнится, лидерство в группе пытался захватить Зельцер, но я вовремя его выгнал. Ходили слухи, что парень укатил в столицу. И вдруг он объявляется здесь! Да еще в качестве егеря, что особенно странно.

Сучков, падла, в свое время кинул меня на бабки. Точнее, я целый год был уверен в том, что кинул, но в итоге музыкант отдал все до копейки. И все равно осадочек остался. Кстати, сумма была немаленькая. Теперь до меня дошло, где и как он ее заработал. Здесь, среди сталкерского отребья, ему самое место.

А вот приезд Светлова – скорее всего, случайность, совпадение. Хотя даже я уже в это не верил.

Тайга перед смертью обмолвился, что егеря ушли из Межгорья. Я знал, что они здесь вроде полиции, так что, похоже, готовилась небольшая войнушка, а мне чужие разборки совершенно не были нужны. Я приехал отсидеться, а не встревать в новые конфликты.

Накинув рюкзак на плечи, я спустился на первый этаж, забрал из оружейной автомат, проверил и вышел на улицу.

Через дорогу была территория «трутней». Я полагал, что следует быстро пересечь открытое пространство и нанести первый удар, однако наш новоявленный лидер медлил, выжидал и терял время. Сталкеры залегли вдоль дороги, стоять остался только Сармат.

На противоположной стороне улицы высилось здание, удивительно похожее на то, которое я только что покинул. Два человека, вышедших из него, быстрым шагом направились в нашу сторону. Первый, коренастый, уверенно пер впереди. Второй топал следом и часто оглядывался.

– Не стрелять! – крикнул Сармат. – Это Корень и Амбар вернулись из разведки.

Сталкеры облегченно выдохнули: все были уверены, что сию секунду начнется заваруха. Я удивленно хмыкнул про себя: Сармат не только кулаками махать умел, но еще и мозгами шевелил. Пока можно было перевести дух – перестрелка, похоже, откладывалась. С одной стороны, это хорошо, с другой – под шумок можно было бы попробовать улизнуть.

Первым о вылазке доложил Корень. Я слышал, как он сказал:

– Внутри пусто.

Амбар добавил:

– И в Баре тоже голяк.

Сармат нахмурился, его глаза вспыхнули яростью. Люди его склада терпеть не могли, когда их планы рушились. Я и сам такой. Сейчас потенциальному лидеру нужен повод возвыситься, стать у руля, но этот шанс у него отобрали. Обстановку разрядил Амбар:

– Зато там полно аномалий.

Сармат схватил его за ворот куртки, встряхнул:

– Повтори?

– Я… это… когда за стойку сунулся, так сразу на «молнияру» и напоролся, – показывая ожог на руке, ответил Амбар. – Молодая совсем, лишь слегка обожгла.

Сталкеры начали собираться вокруг, каждому хотелось посмотреть ожог.

– Зачем ты вообще к Карпычу полез? – Сармат отпустил Амбара, сплюнул и уточнил: – Это точно «молнияра»?