Читать книгу - "Помещица - Алёна Цветкова"

гулко отдавались в пустом вестибюле. Не имело смысла врать самой себе, мне здесь все нравилось. Я, в отличие от прабабки, никогда не жила в столь просторных помещениях, моя двухкомнатная квартира казалась мне большой еще полчаса назад. Но, видимо, где-то в глубине души осталось что-то от моих предков. Я подняла взгляд к потолку, чтобы восхититься удивительной фреской, в обрамлении массивных лепных украшений.

На первый взгляд они казались чересчур, но при этом не подавляли своей тяжелой массивностью. Удивительно... Не знаю, кто создал эту красоту, но это совершенно точно был мастер своего дела. Я положила ладонь на пыльные мраморные перила. И сделала наш наверх, чувствуя, как от восторга замирает сердце.

Я обошла все... В хозяйском крыле располагались покои супругов, в которых помимо спальни были еще несколько комнат, четыре детские комнаты и большая гостиная, для совместного времяпрепровождения. В комнатах не было мебели, но в остальном, несмотря на заброшенность и запущенность, все сохранилось в более-менее приличном виде. Нет, ремонт, конечно, был нужен, но только косметический.

Как и в библиотеке. К счастью, все книги отец перевез в наш московский дом... Иначе они пропали бы: на потолке виднелись разводы, а штукатурка кое-где отвалилась, обнажив кирпичную стену. Скорее всего прохудившаяся крыша, о которой говорил Кузьма, находилась именно здесь, над библиотекой.

В остальных комнатах на втором этаже все было в порядке. Сухо и очень холодно. Только когда мы с Кузьмой вошли в гостевое крыло, стало гораздо теплее. Как ни странно, гостевые комнаты оказались довольно аскетичными. Никакой лепнины и позолоты. Впрочем, они и обставлены были обставлены довольно скудно... Хотя, скорее всего потому, что кроме узкой кровати, небольшого шкафа, туалетного столика и прикроватного коврика впихнуть туда еще что-то не представлялось возможным.

Закончив осмотр, я осталась довольно. Если не считать проблем с библиотекой, состояние всех остальных комнат внушало оптимизм. Усадьба была построена на веки и стояла крепко. Ни трещин, ни покосившихся стен, ни треснувших деревянных рам... Ничего.

Кузьма ведь говорил, что усадьбы соседей за семнадцать лет, которые прошли после отмены крепостного права, начали разрушаться, без ежедневного ухода. А наша усадьба простоит еще несколько десятков лет прежде, чем начнутся первые изменения.

Возможно, мой прадед был не так уж не прав, когда вложил все деньги в квадратные метры?

- Кузьма, - улыбнулась я спутнику, таскавшемуся позади меня и называвшему комнаты, в которые я заглядывала, - ты молодец. Ты очень хорошо присматривал за хозяйским домом. А теперь пошли обратно. А то уже стемнеет скоро, а мне еще в город надо.

Груня ждала меня на крыльце. Стоило нам с Кузьмой появиться из зарослей, не спеша спустилась со ступенек и направилась к нам навстречу.

ГЛАВА 32

- Госпожа, - хмуро окинула она нас обоих коротким, но очень цепким взглядом, - вас ждет один из возниц. Говорит, только вы можете решить его вопрос.

- Хорошо, - кивнула я, - пусть подойдет.

Я немного устала с непривычки. Тело юной Ларисы Дмитриевны не привыкло к столь долгим прогулкам. А мы с Кузьмой осматривали усадьбу не меньше трех часов. Поэтому доковыляла до лавочки, стоявшей у каменной стены дома-амбара, плюхнулась на нее и со стоном вытянула гудевшие ноги. Как же хорошо... Подставила лицо тусклому осеннему солнцу и закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и покоем.

Я слышала тяжелые шаги. Возница, о котором говорила Груня, подошел. Но я не смогла открыть глаза даже тогда, когда он громко прокашлялся, желая привлечь внимание.

- Что ты хотел? - пробормотала, чувствуя закрытыми веками мягкое тепло солнечного света. Как же хорошо!

Возница снова прокашлялся, но продолжал молчать. Я чуть-чуть приоткрыла один глаз и увидела того самого мужичка, который правил возком, едущим сразу за каретой. На нем как раз ехали Маруся с Петрушкой.

- Ну?! - усмехнулась я. - Говори уже, что хотел.

- Госпожа-барыня, - возница неловко переминался с ноги на ногу и теребил шапку, снятую с головы. - Я тогось... По поводу Маруськи вашей...

Когда он начал говорить, я снова опустила веки, мысли медленно и расслабленно качались в голове, пряча тревогу о будущем, больше всего о финансовой его части, под маску безмятежности.

Возница опять замолчал. Пауза тянулась до тех пор, пока я не потеряла терпение и не открыла глаза, чтобы убедиться, что он еще здесь.

- Ну?! - немного раздраженно произнесла я, - что дальше-то?

- Ну, дак, - мужик судорожно дернул бородой и промямлил, - я это... того...

На миг поднял на меня испуганный взгляд и, захлебнувшись воздухом, опять замолчал.

- Да, чтоб тебя. - тихо выругалась я... И рявкнула, теряя терпение, - говори уже!

Возница крупно вздрогнул и, словно подстегнутый моим криком, выпалил:

- Госпожа-барыня, позвольте на вашей Маруське жениться! Жена моя в прошлом годе померла. Вдовец я нынче. И она вдовая...

Жениться?! Я с интересом вылупилась на потенциального жениха. Это же рефлекс такой у всех женщин. Как только встречаешь чужого жениха, так непременно хочется оценить сокровище, которое вот-вот достанется другой. Вот и я тщательно рассмотрела Марусиного кавалера.

Немолодой, лет под пятьдесят, но все еще очень крепкий и кряжистый мужик. Чересчур стеснительный, конечно... Вон как засмущался... Готова поспорить, если бы не борода, скрывающая половину лица, то легко можно было бы увидеть, как сильно он покраснел. И руки... Уж так он шапку свою теребил, что еще немного и на клочки разорвет.

Одежда чистая, аккуратная, заштопанная... Правда, я еще в Саратове обратила внимание, что заплатки на его штанах пришиты неумело. Слишком большие и грубые стежки. Да, и стянуто кое-где так, что ткань некрасиво топорщится. Как будто бы ребенок шил... Или он сам. Сказал же, в прошлом году овдовел.

Но, с другой стороны, значит не ленивый мужик. Марусе повезло...

- Поздравляю, - улыбнулась. И фыркнула, желая разрядить обстановку и пошутить, очень уж напряженным выглядел кавалер. - Доводите друг друга до добра, счастья и любви!

Но мое шутливое поздравление привело совсем не к тому эффекту, на который я рассчитывала. Возница не только не улыбнулся, напротив, он как будто бы напугался еще больше. Даже шапка в руках застыла без движения...

- Дак... Госпожа-барыня... Звиняйте, не пойму, об чем вы, - пробормотал он. - Можно али нет, Маруську мне в жены?

Тут уж я на миг растерялась. Чего это он. А потом как поняла!

- Ты что же ко мне пришел просить ее руки и сердца?! - удивленно