Читать книгу - "Танго с огнем - Александр Горбов"

на втором этаже, Мефодий там лет пять не был. Терпеть не может по лестницам ходить. В кабинет Мухина пошёл, у него ключ есть. Туда, в кабинет, телефония проведена. И на квартиру Мухина тоже. Вот Мефодий и побежал докладывать, что Мухина тут дожидается не абы кто, а посланец самого Ивана Карловича. Не будь вы с ним знакомы, могли бы здесь и до вечера просидеть. А так, я думаю, Сильвестр Аполлонович очень скоро прибудут. Квартира-то его неподалёку.

– Боюсь, что Мефодий Ильич меня не совсем верно понял, – как бы смутился я. – Я прибыл не по протекции Ивана Карловича, не настолько близко с ним знаком. Он меня просто сюда направил. Полагаю, это было просто первое, что пришло ему в голову.

Мы с Иваном Карловичем заранее договорились, что о личном знакомстве с ним я сообщать не буду – дабы не вызывать подозрений.

Саратовцев довольно рассмеялся:

– Так и вовсе красота! Верно, вы ведь и словом не обмолвились о протекции, это уж Мефодий сам додумал. А Мухин сейчас примчится на всех парах! То-то взбучку задаст Мефодию… Ничего, им обоим полезно. Одному – не наушничать, другому – почаще на службе появляться.

Саратовцев как в воду глядел.

Через четверть часа после того, как Мефодий вернулся из архива, в кабинет ворвался Сильвестр Аполлонович Мухин.

Глава 9

Лик начальственный

Это был крупный мужчина лет за пятьдесят, с сановным брюшком, глазами навыкате и короткими седыми усами. Он, как и работники присутствия, был одет в двубортный мундир, оттенком напоминающий малахит, с золотыми пуговицами и такую же фуражку. А брюки – тёмно-синие. И обувь – обычные ботинки, не сапоги. Ведомство всё же не военное.

Золотое шитьё погон было разделено двумя узкими продольными полосами – коллежский советник. Серьёзный чин, в полном соответствии должности.

– Приветствую, господа.

Мухин обращался вроде бы ко всем, но смотрел на меня.

Я коротко поклонился. Мефодий вскочил и отрапортовал:

– Разрешите доложить, Сильвестр Аполлонович! Это господин Скуратов, по протекции Ивана Карловича. Дожидаются вас.

Саратовцев фыркнул и спрятался за листом бумаги.

– Да чего же меня дожидаться? – изумился Мухин. – Я на службу никогда не опаздываю! Не имею такой дурной привычки. Нынче просто срочную телеграмму жду, решил по дороге самолично на почту зайти. Рад познакомиться, господин Скуратов! – Он протянул мне руку. – Честь имею, Мухин Сильвестр Аполлонович! Могу узнать, кем вы приходитесь Ивану Карловичу?

– Очень приятно, – я пожал протянутую руку. – Меня зовут Михаил Дмитриевич. А Ивану Карловичу я никем не прихожусь, он просто направил меня сюда на службу. Не знаю, отчего вы решили, что нас связывают родственные отношения.

– Э-ээ… – сказал Мухин. И метнул яростный взгляд на Мефодия.

Мефодий побагровел до кончиков ушей и поспешил сделать вид, что занят работой. Саратовцев снова фыркнул.

– Прошу в мой кабинет, – процедил сквозь зубы Мухин и широким шагом вышел в коридор.

Дверь в его кабинет была следующей после двери присутствия. На ней красовалась табличка с витиеватыми буквами: «Г-н заведующий Коллегией Государевой Магической Безопасности Мухин С. А.».

Мухин вынул из кармана ключ, вставил в замок и нахмурился. Дверь не была заперта. Он её распахнул. И прогремел:

– Ты что здесь делаешь?!

– Извиняйте, ваше благородие, – безмятежно отозвался густой женский голос. – Прибираюся. С вечера не поспела. А вы ж по утрам в такую рань не ходите.

Мы вошли в кабинет. На Мухина бесстрашно уставилась рослая женщина средних лет, в подоткнутой юбке и платке, обернутом вокруг головы на манер тюрбана. Платок был завязан спереди так, что концы торчали в разные стороны, придавая тётке лихой и отчаянный вид. В руках она держала швабру, у ног стояло ведро.

– Куды прёшь по мытому?! – рявкнула уборщица мне, когда я вслед за Мухиным вошёл в кабинет.

– Летать не обучен. Простите великодушно, – парировал я.

Тётка презрительно фыркнула и набросилась на оставленные мной на влажном полу следы с такой яростью, как будто это был я сам. Хотя сапоги чистые. Дождя нет, на улице сухо.

Впрочем, справедливости ради – выглядела тётка до того сурово, что у меня были все основания предполагать: если бы не мое присутствие, могло бы и Мухину достаться на орехи. Взял, понимаешь, моду на работу вовремя приходить! Ну, почти вовремя. А посторонний человек заставил вспомнить о субординации.

Пылая праведным гневом, уборщица дотёрла пол и скрылась в коридоре. На прощанье так грохнула дверью, что в книжном шкафу на полке зазвенела фарфоровая статуэтка – богиня Фемида, держащая в руке весы.

Мухин покачал головой. Снял пальто, пристроил на стоящую в углу вешалку. Уселся за стол и посмотрел на меня. Мне сесть не предложил.

– Чем занимается наша коллегия вы, полагаю, знаете?

– В общих чертах.

В общих чертах это было известно каждому гражданину, имеющему хоть какое-то отношение к магии. Коллегия ведала распределением малахита.

Малахит. Важнейший государственный ресурс. Камень, несущий в себе магию, – казённый источник, из которого питаются маги, состоящие на государевой службе.

Боярская магия – иное, у бояр каждый род владеет собственным источником. Сам его подпитывает, сам распределяет могущество. А государственная магия полностью под контролем государства. И контроль осуществляет Коллегия Государевой Магической Безопасности. Здесь, в Туле и Тульской губернии, этим занимаются Мухин и его подчинённые.

Честно говоря, я был уверен, что ведомство это гораздо более многочисленное. Сейчас подумал, что Тульская губерния – далеко не самая большая и густонаселённая. Ну и, помимо сотрудников присутствия и самого Мухина, здесь есть бухгалтеры, машинистки, рассыльные, на втором этаже – работники архива. Не так уж мало народу получается.

– В общих чертах, говорите? – Мухин покачал головой. – Эх, молодой человек! Думаете, поди, что служба наша – мёд сахарный? Сиди себе в тепле да в благодати, в потолок поплёвывай? Как бы не так!

Он принялся рассказывать о тяготах службы.

Прежде всего, сотрудники коллегии ведали распределением малахита. Камень поставляли с уральских рудников по запросам государственных предприятий. Заводы, фабрики, больницы, сельскохозяйственные службы, железные дороги, пароходства – в магии нуждались все.

Физически источники магии представляли собой шлифованные каменные кубики красивого густо-зелёного цвета, в замысловатых узорных прожилках. Небольшие, длина грани – полдюйма.

В официальных источниках кубики красиво назывались «малахириумы». Для удобства использования их вставляли в серебряные оправы – рассчитанные на один кубик, на два и на три.

Малахириум из двух кубиков был, соответственно, вдвое мощнее, чем единичный. Из трёх – втрое. Ходили слухи, что бывают и более крупные, но правда ли это, я не знал. Да и, честно говоря, до сих пор об этом не задумывался. Сейчас Мухин рассказал, что, помимо распределения малахириума по ведомствам, Коллегия контролирует сдачу истощённых амулетов.

Густо-зелёный вначале, по мере расходования магии малахириум истощался, бледнел и постепенно терял свои свойства. Использованные кубики отправляли обратно на Урал, где вновь заряжали магической энергией. Но возвращать малахириум, как я понял со слов Мухина, подотчётные ведомства не спешили.

– Такие подлецы! – Мухин покачал головой. – Такие ворюги, вы бы знали! Не успел он, понимаешь, по одному запросу