Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

улице раздался женский крик. Затем послышался звон разбиваемой посуды. Через несколько мгновений над крышами показался густой черный дым.

Кто именно поджег сарай — уже никто не узнает. В Тамблтоне подобное происходило ежедневно. Достаточно было одной опрокинутой свечи, одной драки, одного пьяного, решившего бросить факел в окно, чтобы огонь перескочил с одной деревянной постройки на другую.

Поэтому сперва никто даже не обратил внимания.

Потом закричали уже десятки людей.

- Горим!

Через несколько мгновений над кварталом поднялся столб пламени.

Лошади заржали, пытаясь сорваться с привязей. Женщины выбегали на улицы с детьми на руках. Кто-то уже тащил сундуки, кто-то наоборот бежал к горящим домам, надеясь успеть вынести награбленное имущество.

Для армии победителей подобное зрелище давно стало привычным, солдаты смеялись. Одни бросились смотреть на пожар просто ради развлечения.

Другие решили воспользоваться суматохой, и что-нибудь украсть уже у своих же товарищей.

Третьи побежали спасать бочки с вином, охрана трактира тоже дрогнула.

Сначала ушёл один, потом второй, капитан что-то крикнул им вслед, но сам тоже обернулся посмотреть на дым.

Именно этого Джон и ждал, он лишь едва заметно поднял два пальца, несколько человек растворились среди толпы.

Никаких строев, никаких команд. Каждый двигался самостоятельно, как будто тоже оказался случайным солдатом, заинтересовавшимся происходящим.

Один остановился справить нужду прямо возле стены, другой шатаясь допивал украденный бурдюк, третий громко ругался на какого-то штормовика, изображая совершенно пьяного.

Со стороны невозможно было понять, что все они видят друг друга.

Лишь изредка кто-нибудь бросал короткий взгляд, этого было достаточно.

Джон шел последним.

Он намеренно сутулился.

Грязный плащ скрывал кольчугу, а под поношенной курткой вместо веревочного пояса прятался узкий кинжал, сделанный специально для подобных дел, мечей не было почти ни у кого.

Они слишком бросались бы в глаза. Каждый нес лишь короткое оружие, которое можно было скрыть под одеждой.

Чем ближе они подходили к трактиру, тем отчетливее слышались пьяные вопли.

Внутри кто-то горланил песни, кто-то стучал кружками по столам. Раздавался женский плач, следом — взрыв хохота.

Ульф Белый праздновал.

У входа оставалось уже не больше двенадцати человек, половина куда-то убежала смотреть на пожар.

Оставшиеся больше следили за вином, чем за улицей, один спорил с другим.

Двое уже дрались между собой, еще один сидел прямо на земле, прислонившись к бочке и мирно спал.

Джон остановился возле перевернутой телеги, незаметно осмотрел улицу.

Второй шанс им действительно никто не даст.

Стоило хоть одному человеку поднять тревогу — и через несколько минут весь квартал заполнился бы вооруженными штормовиками. Тогда о покушении можно было забыть.

Он перевел взгляд на своих людей, каждый уже занял заранее условленное место.

Никто не смотрел на командира, никто не держался рядом.

Но Джон видел их всех.

Старый охотник привычно оценил ветер, расстояние до дверей, расположение часовых и пути отхода.

Затем медленно сжал кулак.

Приготовились.

Оставалось дождаться только одного сигнала. Только тогда две пятёрки одновременно начнут две самые важные операции за всю свою жизнь.

***

Ульфу нравилась его жизнь, его новая жизнь, особенно когда у него есть каждый день новые девки, много элитного вина, и в целом власть, как и перспективы. Эймонд мертв, и теперь он стражник Ульф Белый может стать верховным лордом. Даже может завоевать Утес Кастерли, он поднялся из грязи в князе.

Еще несколько месяцев назад он был никем. Безродным бастардом, которого могли прогнать из любой харчевни пинком под зад, если хозяину не нравилось его лицо. Он пил дешевое пойло, спал где придется и мечтал лишь о том, чтобы следующий день оказался не хуже предыдущего.

Теперь же весь мир перевернулся.

Стоило ему оседлать дракона — и оказалось, что законы существуют только для тех, у кого дракона нет.

Лорды кланялись.

Рыцари осторожно подбирали слова.

Даже самые знатные люди Вестероса теперь смотрели на него не сверху вниз, а снизу-вверх.

Он был самой великой силой в этом мире – всадником дракона.

Ульф мог делать все что угодно, хотел имел несколько женщин, хотел заставлял их всех трахатся друг с другом. На любые возражения на тему Семерых и греха у него была Серебрянокрылая, всех можно было просто скормить дракону, следующие уже знали, что произошло с предшественницами. И теперь старались.

Это была великая власть. Он теперь как лорд.

Да что там он выше всех лордов, они ничего ему не сделают даже если он будет трахать их жен, на их глазах.

- ААААХХХААААА!!! – Хохотал Ульф а под ним девушки испугано пищали.

Это доставляло больше удовольствия чем секс. Страх всех перед ним.

И очень быстро Ульф пришел к простому выводу, значит, все лорды и простолюдины всегда были трусами. Не благородство удерживало их от преступлений, не честь, не вера.

Только страх перед теми, кто сильнее, теперь сильнее оказался он.

И потому весь мир стал принадлежать ему, каждый день подтверждал эту мысль, кто-то приносил лучшие вина, кто-то присылал новых служанок, кто-то клялся в верности, кто-то предлагал свою дочь в жены.

Все улыбались, все льстили, все надеялись получить хоть крошку его благосклонности. А если кто-нибудь пытался возразить...

Всегда можно было указать пальцем в сторону Серебрянокрылой.

Этого хватало.

Люди удивительно быстро соглашались почти со всем, когда понимали, что их могут скормить дракону. И Ульфу нравилось не столько само повиновение.

Ему нравилось видеть этот страх, он ловил его взгляды.

Замечал дрожащие руки.

Видел, как люди стараются угадать каждое его желание еще до того, как он успевал открыть рот, это опьяняло сильнее любого вина. Постепенно он перестал замечать разницу между людьми и вещами.

Одни приносили еду, другие наливали вино, третьи развлекали, четвертые умирали. Все существовали лишь затем, чтобы делать его жизнь приятнее.

Иногда Ульф даже пытался вспомнить свое прошлое, холодные ночи, грязные улицы, постоянный голод. Лица тех, кто смеялся над безродным бастардом.

Но воспоминания уже казались чужими, будто все это произошло с каким-то другим человеком. Тот человек умер в тот день, когда впервые взлетел на Серебрянокрылой.

Вместо него родился новый. Тот, кто искренне считал, что дракон делает своего всадника существом иной породы - не человеком.

Повелителем.

И именно в этом заключалась главная опасность, Ульф уже не мечтал стать лордом, лорд обязан править.

Обязан отвечать за людей, обязан думать о будущем. Ульф же хотел только одного — чтобы сегодняшний день длился вечно.

Чтобы вокруг были вино, золото, страх и люди, готовые исполнять любую прихоть. Он уже не понимал, что мир, построенный лишь на страхе, всегда рушится в