Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

заверить, что непохож на брата и заслуживает иного отношения. Может быть, Василий преследовал все эти цели разом… Еще и сказал так обтекаемо «вы можете двигаться дальше». Словно не знал, что лишившийся руки, но рвавшийся в бой Владимир собирался уйти вместе с ними и хотел взять с собой самых «больших любителей махать клинками», и потому ждали некроманты, по большей части, выздоровления бывшего василевса.

Впрочем, Агата бы не удивилась, если бы узнала, что Василий просто обижен на отца. Будь у нее отец и брось он ее вот так, усадив на престол и уверив всех вокруг в своей смерти, тоже бы обиделась. Владимир, боявшийся, что при нем-калеке Василию не дадут развернуться, решил скрыть свое выздоровление ото всех кроме нескольких гильдейцев. Старший Комнин рвался к власти, жаждал ее, но буквально в шаге от престола споткнулся и решил сойти с пути, оставить вместо себя юного Василия.

Скорее всего новый василес сумеет удержать власть. Владимир в присутствии Агаты просил и Александру, и Механика поддержать сына, заверил, что такова его воля. Да и Василий, открыто показывавший желание развивать алхимию, магию и науку и закончить войны, для многих был еще более выгодным правителем чем его отец. А остальных, пока некроманты находились в столице, быстренько лишили должностей и выслали прочь. Владимир постарался все устроить, но все же Василий имел полное право злиться.

Агата и сама злилась. Потому что сотрудничала с Владимиром, видела в нем союзника, а он, потрясенный предательством сына, решил все спихнуть на другого человека, еще и поставив ее «опекать и защищать». Такой вот гарант стабильности. Даже присягу новому василевсу приносили в присутствии Агаты и Валентина. Официально они были в роли почетных гостей, первыми заверивших соседей в вечной дружбе, но по факту стояли рядом чтобы показать, с кем столкнутся желающие навредить новому правителю. Агата видела Василия общающимся с более-менее выздоровевшим и приехавшим в Келиград Тайрэ, и собиралась оставить в столице и его как посла, и небольшой гарнизон. Так, на всякий случай. Вряд ли кто-то возразит.

У выхода из сада она нос к носу столкнулась с человеком, которого меньше всего ожидала тут увидеть.

— Ой-Тере! — Клинок с радостью ответила на объятия капитана. — Какими судьбами?

— Когда ваш посланник меня нашел, я был на дальней гряде, пока добрался к вам — вы уже покинули Рутту, пришлось сюда ехать. Есть разговор, — загорец говорил устало. — Лучше там, где нас не увидят. И там, куда я смогу донести ящик, который пока портит собой красивую мозаику на дворцовом крыльце.

Агата подняла бровь.

— Идем.

Некромантам во дворце василевса выделили целое крыло, в котором находились и рабочие кабинеты, и личные покои. В комнате Агаты обнаружились обсуждавшие лечение ожогов Валентин с Доминикой, но Ой-Тере никого прогонять не стал.

— Наверное, оно и к лучшему, — он принялся возиться с ящиком, который Моро поставил прямо на пол.

Скрипнули петли, и Раджин вырвался на свободу. Агата замерла: хорошо знакомый ей дух встопорщился, распушил чешуйки, словно собирался напасть. Всмотрелся в ее глаза… И обвился вокруг руки.

В ее разуме зазвучал раскатистый голос. Голос, который она уже слышала. Так говорил Ом-Нон, дракон из того храма острова.

«Равновесие нарушено. Мои братья идут по давно оставленным землям, следуя воле отца. У них есть цель, и не стоит становиться у них на пути».

И больше ничего. Только Раджин ткнулся в ее ладонь, словно собачонка, пытающаяся спрятаться от злого мира.

— И все? — с удивлением проговорила Агата. — Ты приехал, чтобы запугать?

— Я? Это не мое послание. Ом-Нон призвал Раджи и сам его передал. Не знаю зачем. Я уже успел узнать что тут у вас творится. Кстати, ваш костяной друг и Тара со своими алавитами потопили несколько странных кораблей с каменными воинами на борту. Духи, которые были с ними, просто улетели, мореходы из них оказались неважными. Но, Агата, Ом-Нон ни на кого не напал. Ни на кого. Хотя я, когда искал Раджи, был на его острове.

Клинок прищурилась.

— На что ты намекаешь?

— Я не знаю, — честно отозвался загорец. — Но, Агата, духи разумны. Я прожил с Раджи бок о бок не один год, и я точно знаю, о чем говорю. Понятия не имею, что происходит на их землях, но, уверен, у них правда есть цель. И не все они, как видишь, враждебны.

— Не все, — отозвался Валентин. — Вот только пока их миролюбивость укладывается в статистическую погрешность.

— Куда-куда?

— Погрешность. Неточность. Два более-менее мирных духа против тысяч агрессивных.

— Я надеялась, что ты знаешь, чего они могут хотеть и как с ними бороться, — призналась Агата. — Нет идей?

Ой-Тере развел руками.

— Ом-Нон как-то говорил, что до договора мир был иным, а теперь в одной его части магия бьется, словно сердце испуганного человека. А теперь сказал, что наши проблемы, ветра и ярость бурь — это только начало.

Агата прищурилась.

— Он про дикую энергию, так? Ту, которая выплескивается в мир из-за смерти одних магов и Осветления других?

Ой-Тере неуверенно пожал плечами.

— Может быть. Я не знаю, к чему это все. Я пытался спросить и у Раджи, и у Ом-Нона, что и как, но ответ лишь «таков план». Я залез во второй раз на эту чертову гору — и все зря! Мир словно сошел с ума!..

— Это точно, — усмехнулся Валентин. — Агата, пока тебя не было, приходил гонец. Вроде знакомый с тобой фроантиец от «Львов». Их приграничные разведчики сообщили, что Союз отводит войска.

— Что? Серьезно⁈ — Агата уставилась на мужа.

— А что тут такого? — не понял Ой-Тере.

— Союз дружит с теми, кто правил в этом городе, — важно ответила Доминика, — а теперь тут мы. И все думали, что они будут атаковать.

Агата кивнула. Вот, значит, почему ее искал Василий… Неужели договорился с церковниками? Или просто узнал, что они отходят, перегруппироваться или еще ради чего-то?

— И еще он передал это, — Валентин показал на письмо, лежавшее на столике у кона.

Клинок взяла конверт. Печать с оттиском кольца, записи на тайном некромантском… Только теперь она ничего не поняла и протянула послание мужу.

— Даже так… — пробормотал Валентин, пробежав глазами текст.

— Нам выйти? — поинтересовался Ой-Тере.

Агата, поглаживая духа-дракона, ручного, не собиравшегося атаковать, покачала головой.