Читать книгу - "Капля крови на бусине дзи - Элла Чак"

их. Я сделаю пометки, чтобы тщательно проверили пятна на пальцах и восстановили состав. Теперь я пойду осмотрю тело сам и место повешения.

– Капитан, она… не повешена.

– Но Ма Линь дал понять…

– …что он полный идиот? – вырвалось у меня, и Лян Фан начал озираться, надеясь, что нас никто не услышал.

– Субординация, я прошу не забывать, что ты на службе.

– Прошу прощения, – согласилась я, что перегнула палку.

Мне было физически больно за молодую жертву. Умереть так рано… Она была не сильно старше брата, наверняка была в кого-то влюблена, отвела я глаза от Лян Фана, и, может быть, была удачливей в любви, чем я, но менее удачна в решении, повлекшим такую страшную смерть.

– Жертва не повешена. Ствол сосны проходит сквозь тело. Через половые отверстия. Крона вышла через рот. Причина смерти не удушение и не повешение. Причина смерти – мгновенная травматизация. Уверена, внутри у нее будет месиво, а куски органов будут найдены на самых высоких пиках ветвей.

– Что? – позеленел Лян Фан, – крона вышла через рот, разорвав органы через… – теперь отвел глаза он, посмотрев на белый шатер, скрывающий тело.

Лян Фан пытался найти хоть один способ убить подобным образом.

– Но… не существует таких быстрорастущих сосен.

– Только в мифологии.

– Чжоу Шэнь, не порти идеальный отчет небылицами. Есть тело, значит, есть убийца. Не забывай простую истину.

– И в деле Чжоу Юншэна тоже, – сдвинула я брови. – Ты сам, кажется, забыл.

Теперь и я поклонилась ему, позволив осмотреть труп и место смерти самостоятельно, а пока я размышляла над увиденным, больше похожим на казнь. Да, не убийстве, а казни. Женщину могли бы обезглавить, застрелить, задушить, оглушить, расчленить. Что угодно, но зачем вся эта театральщина? Не насадить тело на ствол так точно, филигранно, и как к тому же в таком случае верхние ветви, увешанные органами, окропились кровью?

В толпе зевак я заметила рыжую стайку монахов с обритыми головами. Даже им было любопытно, что произошло в рапсовом поле недалеко от храмов-близнецов.

Молодой бамбук растет со скоростью от десяти сантиметров до одного метра за сутки. В древние времена приговоренного к казне привязывали горизонтально над молодыми заточенными ростками бамбука и оставляли на ночь. К утру преступник умирал в жутких муках, пронзенный растением.

Вот только жертва с дорогим маникюром располагалась вертикально по отношению к земле.

– Юньнаньская сосна[26]… – промямлила я, не сводя взгляд с монахов.

Юньнаньские сосны растут на высоте три тысячи метров в горах. Вымирающий вид, и в ее пучках по три хвоинки. Всегда по две или пять у других видов, и только у этой – три.

– Это послание, – приближалась я к монахам, бормоча себе под нос, – древний рецепт туши, божественная сосна, что еще… Сколопендра!

Вечнозеленые деревья – символы бессмертия души. Их ветки тянутся к небу. Я читала в книгах, что деревья – это мостики между землей и небом. Сосна не растет, как бамбук. Ей нужен год, чтобы вырасти на десять цуней[27], а судя по состоянию тела, женщина была убита этой ночью и умерла мгновенно. Кровь почти свернулась. Лужи нигде не набрались. Если бы она умирала долгие часы, здесь всюду была бы кровь. Поэтому дети и приняли ее за резиновую куклу. Она выглядела худой, словно сдувшейся.

Юньнаньская сосна прикрывала наготу трупа своими необычными сорокасантиметровыми иглами. Они были мягкими и считались самыми длинными иглами среди сосновых. Голова жертвы, чье имя мы еще не знали, была запрокинута и, словно из вазы, из ее рта, глазниц и ушей к небу устремились длинные ветки. Ноги погибшей не соприкасались с землей. Кожа ее не была поцарапана, а на губах остался ровный след помады точь-в-точь в тон цвета лака на ногтях.

– Сюда, капитан! – позвал Лян Фана медэксперт Су Фу, пока тот вышел из палатки, пробуя отдышаться, – я кое-что нашел под иглами!

Я увидела, как Лян Фан снова скрылся за пологом, и поторопилась к монахам.

Может, я все еще искала в каждом круглом лице и бритой голове моего отца (если не умер, то наверняка сбежал в храм). Взволнованными воробьями они не сводили взглядов с ширмы, за которой от содержания желудков уже избавилось трое людей Лян Фана.

Ма Линь ожидал и от меня нечто подобное – они с Су Фу делали ставки, как долго я продержусь без обморока.

Из-под моих ботинок на примятой полусотней полицейских, криминалистов и экспертов траве прыгали красные сверчки.

Первый вопрос обескуражил не только монахов, но и обычных зевак:

– Кто из свидетелей сообщил по телефону, что на дереве резиновая кукла? Из интим-шопа, – добавила я, – кто этот человек?

– Ну я, – отозвался из толпы мальчишка лет восьми.

– Почему ты так решил?

– Она была словно ненастоящая…

– Ясно. И где ты успел увидеть такие игрушки?

– Вы, тетушка, без телефона, что ли, живете?!

– Я не тетушка, а инспектор полиции. Как твое имя?

– Хэ Чжэн.

– Кто-то был рядом с деревом? Ты видел человека, Хэ Чжэн? Может, была машина или кто-то бежал?

Мальчишка шаркал ногой и крутил между ладонями хлыстик для скота.

– Никого не видел. Туман был! Черный!

– Черный туман? Уверен?

– Ну конечно, уверен, тетушка! То есть госпожа полицейская. – Он явно перестарался с обращением.

– Инспектор Чжоу Шэнь, – добавила я. – Который был час, когда ты увидел черный туман?

– Рассвет. У меня коза убежала, и я искал ее, но не нашел. До сих пор не нашел! А вы найдете?

Я разговаривала с пареньком, боковым зрением заметив странное. Лян Фан выскочил из-за ширмы и пустился в бег. От палатки до толпы очевидцев была половина ли[28], и капитан со всех ног бежал в мою сторону, утопая во влажной траве и иногда поскальзываясь. Его взгляд был расфокусирован (как тогда на рынке, когда вместо моего лица ему привиделись черные лотосы), перекошенные губы свело от страха. Он оглянулся и тут же рухнул в траву руками вперед, сделал кувырок, прыжок и, не сбавляя скорости, продолжил свой непонятный бесцельный забег.

Он приближался и к толпе зевак, не собираясь останавливаться. Еще немного, и капитан врежется в нас. Снесет с ног меня с пареньком, потерявшим козу.

– Лян Фан! – я выставила вперед руку, крикнув, – капитан Лян Фан!!!

Он был то ли в трансе, то ли под гипнозом. Он видел что-то, чего не существовало для остальных. Что-то невероятно страшное, что вынудило его бежать.

– Тетенька! Вы ее найдете? – требовал ответа паренек, дергая меня за край пиджака. – Вы из полиции! Вы найдете мою козу?!

– Фа-а-а-а-н! – рухнула я на корточки, прижимая мальчишку к земле и закрывая его голову между своих локтей, когда капитан перепрыгнул через меня и свидетеля, нашедшего труп вместо животного.

Лян Фан сгруппировался, сорвал желто-черную ленту и продолжил нестись вниз по холму в сторону вод реки Янцзы.

Репортеры оживились, защелкали фотоаппаратами, набрасываясь на меня с вопросами:

– Что это было?